Выпуск № 3 (340) | 1967 - страница 63

ния и смены различных форм хорового изложения. Владение большими хоровыми массами было самой сильной стороной творцов партесного концерта — этого характернейшего продукта русского музыкального барокко.

У композиторов второй половины XVIII века форма хорового концерта a cappellа приобретает новые черты: мелодика его одухотворяется, становится более индивидуальной по характеру, внешняя парадность, присущая многим образцам партесного концерта, уступает место стремлению к душевной теплоте, правдивости выражения человеческих чувств. Своего высшего развития эта форма достигла в творчестве М. Березовского, Д. Бортнянского, А. Веделя. Непосредственное сопоставление произведений этих трех мастеров давало возможность ощутить наряду с общими стилистическими тенденциями их творчества также и свойственные каждому из них индивидуальные качества. Концерт Березовского «Не отвержи мене во старости» говорит о незаурядном драматическом даровании этого высокоталантливого русского музыканта, который не смог полностью осуществить свои богатые творческие возможности из-за неблагоприятных условий деятельности и ранней трагической гибели. Сферой Бортнянского была возвышенная созерцательная лирика, окрашенная тонами сосредоточенного философского размышления, причем воплощение его замыслов всегда отливалось в идеальную по своей законченности, классически ясную и стройную форму. Мягким задушевным лиризмом проникнута и музыка Веделя, но его лирика более непритязательна и, если так можно выразиться, «обытовлена». В исполненном его концерте явственно слышатся интонации украинской городской лирической песенности.

Перед коллективом хоровой капеллы и ее руководителем Юрловым при подготовке этой программы стояла чрезвычайно сложная задача. Приходилось самостоятельно искать решения ряда вопросов, связанных с трактовкой старинной русской хоровой музыки, поскольку традиции ее исполнения практически давно утеряны. Немало труда надо было положить и на то, чтобы «впеться» в незнакомый и подчас интонационно далекий материал. В целом достигнут очень хороший результат; исполнение привлекло стройностью, слаженностью; некоторые произведения прозвучали ярко и впечатляюще. Кое-что могло вызвать и споры. Казалось, что в стремлении к динамизму и разнообразию красок дирижер иногда преувеличивает контрасты, допускает форсированную звучность. Но здесь возникает общий вопрос о принципах интерпретации старой музыки, которого я еще коснусь немного дальше.

В программе камерного концерта из произведений русских композиторов обнаружились досадные пробелы, в результате которых картина развития некоторых жанров была представлена в сильно обедненном виде. В частности, совсем выпали произведения Хандошкина, принадлежащие к высшим достижениям русской инструментальной музыки XVIII века. Неубедительно трактовал Концертную симфонию Бортнянского инструментальный ансамбль быдгощской капеллы «Pro musica antiqua». Несмотря на определение «симфония», это произведение, в сущности, камерного жанра, написанное для семи сольных инструментов. Увеличение состава отяжелило звучность, лишило сочинение присущего ему интимного колорита. Непонятно, по каким соображениям исключена была партия арфы, что также привело к известному тембровому однообразию.

Тонко, с большим художественным тактом и проникновением в стиль эпохи исполнили ряд «российских песен» Г. Теплова, Ф. Дубянского и И. Козловского певицы Н. Исакова и Е. Егорова. Отлично были сыграны фортепианные вариации В. Трутовского и Караулова пианистом В. Носовым, хотя внесенные им фактурные дополнения казались излишними и подчас нарушающими оригинальный стиль музыки.

Выступление певца-бандуриста Ю. Демчука, исполнившего отрывки из двух украинских дум, не было предусмотрено первоначальной программой. Как жанр устного народного творчества, не фиксированного в нотной записи, думы могут быть лишь условно отнесены к определенному историческому периоду. Поэтому включение их в программу фестиваля явилось, со строго научной точки зрения, известной «вольностью». Но яркий драматизм самих произведений и выразительное исполнение молодого талантливого артиста произвели сильнейшее впечатление на аудиторию.

В симфоническом концерте русской музыки выступил оркестр Быдгощской филармонии под управлением молодого московского дирижера В. Есипова и хоровая капелла РСФСР. Концерт включал народные бытовые хоры из опер XVIII века, увертюру к опере «Ямщики на подставе» Е. Фомина и «Российскую симфонию на украинские мелодии» неизвестного автора¹, принадлежащие к первым росткам национального симфонизма в России, а также мелодраму Фомина «Орфей и Эвридика».

Это произведение занимает особое место в русской музыке того времени как образец вы-

_________

¹ Симфония дошла до нас только в клавирном изложении и исполнялась в инструментовке М. Вериковского, сделанной в наши дни.

сокого трагического искусства. Бессмертный античный миф, привлекавший внимание десятков композиторов, начиная с эпохи Возрождения, воплощен Фоминым с огромной художественной силой и глубиной выражения. Композитор не ограничился созданием музыкального сопровождения к тексту Я. Княжнина. Он самостоятельно интерпретировал ряд ситуаций и образов, ввел развернутые оркестровые эпизоды, для которых поэтический текст не давал непосредственного повода. Музыка Фомина говорит несравненно больше, нежели звучащие сейчас уже довольно архаично княжнинские стихи: она захватывает своей драматической напряженностью, яркостью и остротой контрастов, непрерывностью симфонического тока, пронизывающего ее от первых тактов увертюры до заключительной «Пляски фурий».

Среди многочисленных отображений того же сюжета в искусстве XVIII века не уступает мелодраме Фомина только знаменитая опера Глюка. Но стилистический строй этих двух произведений, разделенных тридцатилетним промежутком времени, во многом различен. Опираясь на достижения раннеклассического симфонизма и реформированной Глюком «серьезной» героико-трагической оперы, Фомин приближается к стилю зрелого Моцарта¹, иногда же у него слышатся нотки, предвосхищающие неистовый мятежный патетизм бетховенской музыки.

Дирижер Есипов провел программу очень четко и уверенно, сумев найти разнообразные нюансы для произведений различного характера и жанра. В исполнении «Орфея и Эвридики» тщательность отделки деталей соединялась с единством и целеустремленностью общего замысла. Отлично была передана линия непрерывного, мощного драматического нарастания, заключенного в музыке Фомина, несмотря на известную мозаичность структуры, присущую жанру мелодрамы. Цельность художественного впечатления в большой степени зависела и от верного, хорошо продуманного соотношения музыки и декламационных партий (исполнители — артисты В. Коняев и Н. Дробышева). Великолепное произведение русского мастера раскрылось для нас во всем своем трагическом величии.

Пример. Кант — «Буря море раздымает». Из рукописного сборника середины XVIII века (Государственный исторический музей, Москва)

Программа научного конгресса включала 26 докладов, которые были заранее напечатаны в виде объемистого, превосходно изданного тома, врученного всем участникам перед его открытием.

Во вступительном докладе З. Лиссы «Проблема востока и запада в современной музыкальной историографии» были подвергнуты критическому анализу взгляды ряда западных ученых по этому вопросу, суммированы важнейшие достижения стран Восточной Европы в области изучения их национального музыкального прошлого, сформулированы дальнейшие задачи этой работы.

Остальные доклады касались конкретных проблем истории музыки отдельных стран и народов. В числе докладчиков — крупнейшие представители музыкальной науки стран социалистического лагеря: В. Крыстев (Болгария), Я. Ваницкий (Чехословакия), С. Джурич-Клайн, Д. Цветко (Югославия), Б. Раецкий (Венгрия), И. Фейхт, Ю. Хоминьский (Польша), В. Косма (Румыния) и другие.

_________

¹Некоторые участники фестиваля обратили внимание на возникающие в отдельных эпизодах мелодрамы ассоциации с моцартовским «Дон Жуаном». Неизвестно, впрочем, было ли знакомо Фомину это произведение, написанное всего несколькими годами ранее.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Пример. Кант — «Буря море раздымает». Из рукописного сборника середины XVIII века (Государственный исторический музей, Москва)

Содержание