В день закрытия «Метрополитен-опера» музыкальный критик Клайв Барнес писал в «Нью-Йорк таймс»: «Сегодня вечером, если не произойдет чуда, навсегда опустится занавес «Метрополитен-опера», и она прекратит свое существование. Оперные реквиемы — тени Верди — уже отзвучали в лирической тональности. И хотя никто не станет утверждать, что для балетоманов «Метрополитен» значила то же, что для любителей оперного искусства, у всех, однако, должно возникнуть чувство сожаления и грусти по поводу того, что Нью-Йорк лишается большого, пусть даже чертовски трудного театра. Конечно, это прежде всего был театр для пения, но в нем также танцевали. Это был театр, где танцевала Павлова; театр, где выступал Русский балет Дягилева; театр, где у Де Базиля, у Сергея Денгема, у труппы Бэллей-Тиетер — у всех были свои победы и свои поражения; театр, где Сол Юрок, impressario extraordinary, впервые познакомил Нью-Йорк с лондонским Ройал-Бэллей, московским Большим и ленинградским Кировским. Это театр, неплохо послуживший Терпсихоре, и нам следует преклонить перед ним колено в знак уважения.

Итак, сегодня вечером, если, повторяю, не произойдет чуда, все кончится. И кончится выступлением балета Большого театра... И это отнюдь не плохое завершение. А у Большого балета был замечательный, хотя и несколько странный, гастрольный сезон — сезон, оставивший в истории «мету» уже потому, что он был последним балетным сезоном «старого Мета»... и, наверное, еще потому, что он сам добавил кое-что к истории современного балета».

Золотой занавес нью-йоркской «Метрополитен» продан за громадную сумму фирме грампластинок «Виктор». Его разрежут на 45 000 кусков, которые будут продаваться вместе с новой пластинкой фирмы «Вечерние концерты в „Метрополитен“».

Ливан

Она проста, как песня. И говорит она, как и поет, обо всем — о маленьком и большом, о вечном.

Имя ее — Фейруз — простое, как она сама. По-арабски это значит — драгоценный камень.

Фейруз — личность необычная. В Ливане, где она живет и работает, понятия «профессиональный актер», «певица» неотделимы от понятия «кабаре». Драматический театр только начинает свою жизнь; помещений, пригодных для концертов, очень мало.

Вместе с братьями Рахбани — один из которых ее муж — певица создала в Ливане национальный театр. Он работает только летние месяцы, спектакли идут на открытом воздухе в Баальбеке.

Баальбек — маленькое чудо архитектуры. Под его безоблачным небом, как памятник совершенству, стоят три храма — Венере, Бахусу и Юпитеру. Стройные колонны с капителями, лепные украшения с изображением сцен из античной мифологии, массивные своды, великолепная лестница — все это еще до сих пор поражает своим величием и красотой. Покрытый белым камнем, обнесенный древней узорчатой стеной, двор жертвоприношений богу Солнца в храме Юпитера стал в наши дни местом фестивалей.

Здесь на открытой площадке выступают наиболее известные гастролеры, здесь идут спектакли с участием Фейруз. Как правило, сценарий и музыку пишут братья Рахбани. Фейруз — героиня и комментатор всех событий, происходящих на сцене. О размахе этих постановок можно судить уже по одной цифре — в последней принимало участие 170 актеров. Этот спектакль — «Дни Фахра аль-Дина» — драма из истории освобождения ливанского народа от турецкого владычества. Представление музыкальное, красочное, с танцами, одинаково интересное тысячам самых различных зрителей.

В период между фестивалями Фейруз ежедневно работает над новыми песнями, поет на радио и телевидении, записывается на грам-пластинки, гастролирует в арабских странах.

Песни Фейруз — о горестях простого человека, о любви к родине, о красоте и совершенстве, о добре и мужестве — близки и понятны народу.

Материалы подготовили А. Афонина, А. Баранова, Г. Друбачевская, Т. Кукаркина, Т. Ленгиель, М. Подберезский.

Л. Гинзбург

ПАМЯТИ ГАСПАРО КАССАДО

В конце декабря, находясь в концертной поездке, скоропостижно скончался на семидесятом году жизни выдающийся виолончелист и композитор Гаспар Кассадо. Последние годы он жил во Флоренции.

Кассадо родился в Барселоне, в семье музыканта — органиста, композитора и дирижера. С детских лет он начал играть на виолончели; этому инструменту Кассадо посвятил всю жизнь. Ученик Пабло Казальса, он творчески воспринял его наставления и создал собственный стиль, привлекая слушателей всего мира человечностью и вдохновением, внутренней чистотой и подлинной артистичностью своего искусства.

Гаспар Кассадо выступал с крупнейшими дирижерами. В истории музыкального исполнительства сохранятся воспоминания о его исполнении Двойного концерта Брамса с Брониславом Губерманом и Йожефом Сигети, его сонатные ансамбли с Энрике Гранадосом, Артуром Рубинштейном, Карло Цекки, а в последние годы — со своей женой, превосходной пианисткой Чиеко Хара де Кассадо.

Как композитор, Кассадо был учеником своего отца, но многим обязан творческому общению с Дебюсси, Равелем, де Фальей. Среди его сочинений квартеты, трио, сюиты для различных инструментов, концерт, соната в старинном испанском стиле, сюита и много других произведений для виолончели, а также целый ряд транскрипций. В частности, он переработал в концерт для виолончели с оркестром фортепианные пьесы ор. 73 Чайковского.

Гаспар Кассадо проявлял постоянный интерес к советской музыке и был первым иностранным виолончелистом, сыгравшим сонату Шостаковича; он играл и изучал со своими учениками произведения Прокофьева, Шостаковича, Хачатуряна, Кабалевского. Артист с большим успехом концертировал в нашей стране, где у него много друзей. Дважды входил он в состав жюри Международного конкурса им. Чайковского.

Советские музыканты и слушатели навсегда сохранят память об этом замечательном артисте, которого они успели полюбить и который платил им сердечной признательностью и искренней дружбой.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Ливан

Л. Гинзбург

ПАМЯТИ ГАСПАРО КАССАДО

Содержание