Библиография

В. Васина-Гроссман

ГЛАЗАМИ ПУБЛИЦИСТА И ГЛАЗАМИ ИСТОРИКА

Книги С. Левит и И. Мартынова о Юрии Александровиче Шапорине вышли в свет еще при жизни композитора. Сегодня, когда его уже нет с нами, читаешь эти книги с особым волнением. Прежде всего ощущаешь, что, написанные в разных масштабах, в различной манере, обе они близки в одном — в увлеченности темой, в чувстве горячей симпатии к личности и творчеству своеобразнейшего художника и человека.

Исходя из тезиса, ставшего уже общепризнанным, что творчество Шапорина оказалось звеном, связывающим советскую музыку с классической, оба автора ставят себе целью — конкретно исследовать эту связь. Идет к этой цели каждый из них по-своему, один — как критик-публицист, другой — как историк.

Книга Мартынова по интонации внутренне полемична, хотя он не цитирует и не ссылается на мнения своих «оппонентов». Говоря о широком признании творчества Шапорина, автор справедливо утверждает, что «дело музыкально-критической мысли — объективно разобраться в нем, сказать ясно и определенно о том новом, что принесли нашему искусству эти произведения, которые подчас объявлялись некоторыми всего лишь «традиционными» (стр. 145).

Книга построена как ряд глав-очерков, посвященных отдельным жанрам в творчестве Шапорина: вокально-симфоническому, оперному, камерно-вокальному и камерно-инструментальному. Небольшая биографическая глава — своеобразное введение. Последняя, шестая, обобщает отдельные наблюдения. В ней рассматриваются вопросы музыкального стиля. В свете задач, поставленных самим автором, эта итоговая глава приобретает особый интерес. В ней многое сформулировано очень метко, в особенности если учесть, что своеобразие музыки Шапорина не сводится к какому-либо одному яркому и броскому признаку, а заключено в новом синтезе признаков уже известных. Вполне закономерно поставлена на первое место мелодика Шапорина как особая разновидность «мелодии, творимой говором человеческим». Автор рассматривает интонационный

_________

С. Левит. Юрий Александрович Шапорин. Ответственный редактор Н. В. Туманина. М., «Наука», 1964, 394 стр., тираж 1800 экз.

И. Мартынов. Юрий Шапорин. М., «Музыка», 1966, 164 стр., тираж 3685 экз.

язык Шапорина как сплав весьма различных элементов — от народной песни и русской классической вокальной музыки до современной массовой песенности.

Менее индивидуальной представляется Мартынову гармония Шапорина. Но, думается, что здесь не все учтено. Мимоходом брошенное на стр. 148 замечание, что «шапоринская позиция в области гармоние-творчества напоминает мышление не Скрябина, а Рахманинова, с которым, кстати сказать, у него много общего и в трактовке диатонических ладов русской народной песни», — можно было бы развить гораздо шире. Вероятно, следовало вынести в заключение и вопрос о полифонии в творчестве Шапорина; даже приведенные самим автором в третьей главе примеры из оперы «Декабристы» дают для этого достаточный материал.

Все же заключительный раздел в целом безусловно удачен.

Среди глав, посвященных отдельным жанрам творчества, наиболее интересны вторая и четвертая (о вокально-симфонических произведениях и о романсах). Музыка проанализирована обстоятельно; найдены подчас свежие и тонкие определения. Сошлемся, например, на анализы хора «Идут века» (из симфонии-кантаты) и романса «За горами, лесами».

Вполне обоснованно также и выделение в особую главу камерно-инструментальных произведений, наименее знакомых слушателям.

Некоторую неудовлетворенность испытываешь, читая главу о «Декабристах» Шапорина. Верно отмечая единство интонационного строя, соотнесенность его с историческим колоритом сюжета, широту мелодического стиля и другие достоинства оперы, автор распространяет высокую оценку и на музыкальную драматургию «Декабристов». Между тем, думается, на ней не могла не сказаться трудная и сложная обстановка создания оперы. Дело не только в постепенном и оправданном отходе от первоначальной концепции «Полины Гебель» А. Толстого, но и в тех дополнениях и переделках, которые возникали как следствие множества обсуждений оперы в различных учреждениях¹.

Вообще история создания того или иного произведения не привлекала особого внимания Мартынова, и от этого вольно или невольно «фон» портрета композитора оказался нарисованным слишком беглыми, общими штрихами. В какой-то мере этот недостаток компенсируется в заключительной главе, где путь Шапорина соотнесен с общим путем развития советской музыки. Но ведь это уже своего рода послесловие.

Книга Левит, посвященная той же теме, написана совсем в иной манере. Автор подошел к своей задаче прежде всего как историк, стремящийся восстановить творческий путь композитора во всех многообразных связях. Левит собрала и исследовала огромный документальный материал: из личного архива самого композитора, воспоминания его друзей (К. Федина, А. Касьянова, Ю. Тюлина, В. Жданова и других), большей частью записанные по просьбе автора книги; полузабытую прессу 20–30-х годов...

Надо отдать справедливость Левит — материал этот, в котором легко было бы «захлебнуться», очень хорошо организован и ярко экспонирован в книге. Может быть, особенно интересной получилась картина творческой молодости Шапорина, до того вовсе не освещенная музыковедами.

Глава третья («Работа в петроградских театрах») — живой рассказ о работе Большого драматического театра, «у колыбели» которого стояли Горький и Блок, а музыкальной частью руководил Шапорин. Интересный портрет Шапорина за дирижерским пультом дан в рассказах И. Семенова и К. Элиасберга. Эта глава привлекает не только сведениями мемуарного характера. В ней показано, как в работе над музыкой для театра² формировались творческие интересы Шапорина, формировался его стиль, круг его образов. «Сочиняя музыку для театральных постановок, — пишет Левит, — он постиг масштабность образов, задумался над вопросом соотношения истории и современности; через театр он постигал и новое время, и новых героев» (стр. 87).

В книге широко использованы и литературно-художественные материалы, не имеющие доку-

_________

¹ В частности, не вошла органично в драматургию оперы, на наш взгляд, фигура Пестеля, возникшая на одной из последних стадий работы Шапорина над партитурой.

² А масштабы ее были весьма внушительны: за годы 1919–1931 (то есть еще до Первой симфонии) Шапорин написал музыку к шестидесяти спектаклям Большого драматического театра и Академического театра драмы.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Библиография

В. Васина-Гроссман

ГЛАЗАМИ ПУБЛИЦИСТА И ГЛАЗАМИ ИСТОРИКА

Содержание