К сожалению, программа самого концерта была растянутой и перегруженной. После Скерцо для трубы Е. Рахмадиева и Экспромта А. Исаковой «лишним» оказался Экспромт для трубы с оркестром A. Меттуса. После песен А. Рудянского, как перепевы их прозвучали сочинения B. Новикова. Возможно, в фильме «Крылья песни» музыка Г. Жубановой уместна и очень выразительна. На концертной эстраде она как-то плохо слушалась. Словом, эти и некоторые другие пьесы — порой сами по себе не хуже остальных — попали в «невыгодное окружение».

*

Наконец, несколько слов о выступлении оркестра народных инструментов имени Курмангазы. Репертуар его достаточно разнообразен: тут и трехчастная симфония (М. Койшибаев), и Концерт для домбры с оркестром (Б. Баяхунов), и «Концертный кюй» (М. Мангитаев), и песни с оркестром (А. Рудянский), и другие столь же серьезные сочинения. Уже этот факт сам по себе радует. Однако в оркестре нет уверенной дирижерской руки, и потому заметны исполнительские недоделки, неполадки, шероховатости.

Надо ли добавлять, что это отнюдь не вдохновляет композиторов, пишущих для него. Думается, творческие возможности и музыкальная культура нынешнего главного дирижера и художественного руководителя оркестра А. Мурзабекова недостаточны для того, чтобы поднять исполнительский уровень коллектива на должную высоту... А ведь этот самобытный коллектив мог бы, отшлифовав свое исполнительское мастерство, достойно представлять искусство Казахстана не только по всей нашей стране, но и за ее пределами.

*

Совершенно забыты были на пленуме дети. Об этой части аудитории композиторы республики думают пока недопустимо мало. А жаль! Ведь это — будущие слушатели.

*

За шесть дней пленума развернулась широкая картина нынешнего состояния и перспектив развития музыкального искусства Казахстана.

И здесь хочется сказать особо теплое слово благодарности в адрес всех тех, кто дал концертную жизнь новой музыке. Композиторы республики имеют верных, доброжелательных, горячо заинтересованных в развитии национального творчества союзников — талантливых исполнителей. Перед нами выступили все исполнительские коллективы и солисты республики (некоторые — не раз): симфонический оркестр, возглавляемый дирижером и художественным руководителем Ш. Кажгалиевым (мы услышали также дирижеров И. Островского, Г. Дугашева, Т. Османова); хоровая капелла, руководимая А. Молодовым; оркестр казахских народных инструментов имени Курмангазы, камерный оркестр радио, эстрадный оркестр радио. На их плечи, а также на плечи отдельных исполнителей (среди них, кроме уже названных, хочется выделить великолепных музыкантов — пианиста В. Тебенихина, певцов М. Мусабаева и Р. Джаманову, а также постоянных пропагандистов казахской музыки скрипача И. Когана, виолончелиста Д. Баспаева, певца Р. Мусабаева) легла трудная работа — шесть обширных программ. В этих программах прозвучали десятки сочинений; четырнадцать — в том числе оратории, симфонии, концерты — исполнялись впервые...

Безусловно хорошо, что здесь многому дают прозвучать, многим композиторам — себя послушать. Но вряд ли это надо делать непременно в дни пленума, тем более такого ответственного. Он оказался излишне растянутым, отдельные программы — очень перегруженными. Из-за недостаточно четкого отбора материала некоторые произведения и даже отдельные жанры (как, например, а сарреll’ная хоровая музыка) оказались вовсе не представленными.

Были некоторые недочеты в организации пленума. Но в целом он прошел на хорошем уровне.

Композиторская организация Казахстана осознает свои внутренние, еще неиспользованные творческие резервы, уверенно идет вперед, одолевая трудности, по крупицам завоевывая ступень за ступенью на пути к вершинам мастерства.

Трибуна

Ф. Рубцов

РУССКИЕ НАРОДНЫЕ ХОРЫ И ПСЕВДОНАРОДНЫЕ ПЕСНИ

Все чаще и чаще приходится слышать голоса, призывающие оберегать исконно русскую народную песенность. Последняя расценивается не только как высокохудожественное наследие далекого прошлого, но и как живой источник, способный питать развитие современной музыкальной культуры. Примечательно, что наиболее настойчиво эти голоса звучат в среде молодежи — представителей самых разных профессий: от музыкантов и филологов, так или иначе соприкасающихся с фольклором в процессе своего обучения, до инженеров и медиков, физиков и химиков.

Многие люди, стремящиеся к познанию современного искусства, с глубоким вниманием слушают народные песни в их подлинном, этнографическом звучании. И при этом явно сопереживают им, удивляясь их своеобразию, с особой теплотой отмечая их непосредственность и настоятельно допытываясь: живут ли и посейчас в широком быту такие песни и как сохранить неповторимую их красоту? Казалось бы, в наших условиях судьба народной песенности не должна вызывать тревогу, поскольку в культурно-просветительной работе и концертной практике народным песням уделяется большое внимание. Широко развернута самодеятельность, организующая своих участников в многочисленные коллективы народной песни. Созданы и профессиональные русские народные хоры. При некоторых музыкальных училищах существуют особые отделения, воспитывающие эстрадных исполнителей, в том числе — исполнителей русских народных песен.

Разве всего этого мало? Разве все это не обеспечивает сохранность старой, традиционной и формирование современной народной песенности?
К великому сожалению, работа многих народных хоров и самодеятельных коллективов, с нашей точки зрения, не получила верной направленности¹. Поэтому результаты этой работы представляются нам в ряде случаев весьма сомнительными.

Нам думается, что если самодеятельные и некоторые профессиональные хоры именуют себя «русскими народными», то основу своей деятельности они должны видеть в исполнении русских народных песен, то есть тех песен, которые издревле сложились и сейчас складываются в народной среде, либо таких, которые, получив в этой среде глубокое распространение, вошли в народный быт и приобрели облик народных².

_________

¹ Об этом в разное время на страницах журнала писали А. Копосов («Советская музыка», 1968, № 4) и Ю. Красовская («Советская музыка», 1969, № 2). — Ред.

² Считаем нужным уточнить само представление о народной песне как таковой, уточнить даже не применительно к изменчивой и сложной области современного песнетворчества, а по отношению к наследию прошлого.

Не вдаваясь в подробности, напомним, что в песенной культуре русского народа, имеющей многовековую историю, сложилось две традиции: более ранняя — крестьянская, уходящая своими корнями вглубь «древнеславянских» веков, и более поздняя — городская, возникновение которой заметно проявилось лишь в восемнадцатом веке.

В связи с этим, говоря о русской народной песенности, необходимо учитывать сосуществование двух, полноправно русских народнопесенных культур, которые — несмотря на общие национальные корни, взаимосвязь и взаимопроникновение — имеют весьма ощутимые стилистические различия, сказывающиеся и в поэтически-образном содержании, и в структуре напева, и, наконец, в самой манере исполнения, сложившейся под влиянием уровня общей культуры, бытовых условий и традиций той среды, где песни создавались или ассимилировались.

Поскольку народные хоры, о которых идет речь в статье, поют в особой манере и одеваются в стилизованные костюмы, они явно претендуют быть носителями крестьянского фольклора и демонстрировать с концертной эстрады лучшие образцы старой, так называемой «традиционной» песенности, а также — естественно — все то новое, что рождается и бытует в среде современного колхозного крестьянства.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

*

*

*

Трибуна

Ф. Рубцов

РУССКИЕ НАРОДНЫЕ ХОРЫ И ПСЕВДОНАРОДНЫЕ ПЕСНИ

Содержание