А. Ленский

ЧТО ПОЮТ НАРОДНЫЕ ХОРЫ?

В последнее время самодеятельные русские хоры получили небывалое распространение: их сейчас несоизмеримо больше, чем коллективов академического направления. В то же время не секрет, что в своей массе они переживают сейчас процесс стилистического блуждания, обусловленный утратой преемственных связей с исконной основой русского песнетворчества — красочной подголосочностью. В силу этого тревожного обстоятельства многие из них заняли некую промежуточную позицию между академическим и собственно народным хоровым пением, сохранив лишь сугубо внешние признаки последнего, такие, как «открытый» грудной звук, обязательный баян, дублирующий партию хора (да еще узорчатые сарафаны, разноцветные косоворотки и т. д.). В то же время сама фактура сочинений, составляющих репертуар, оказалась крайне обедненной, в большинстве случаев тяготеющей к упрощенным схемам гомофонно-гармонического склада. А в результате — полное неумение по-настоящему распеть народную песню (не потому ли их так непростительно мало в программах подобных коллективов?!).

Нельзя согласиться с высказываемыми по этому поводу оптимистическими прогнозами, сулящими долгожданное начало массового перерождения народных хоров в академические. Если даже, по недосмотру, такому пророчеству и суждено сбыться, то ничего хорошего в этом не будет. Ибо русское народное хоровое пение — неиссякаемый источник высочайших эстетических ценностей, и, конечно же, надо всемерно поощрять и развивать это искусство на основе его имманентных свойств — то есть, прежде всего, на основе подголосочности, — а не ждать, когда его первородное начало окончательно изживет себя стараниями тех незадачливых баянистов, которые стоят во главе многих коллективов.

Как известно, подголосочность в ее натуральном виде — это, прежде всего, импровизационность. Поэтому распетая народная песня, будучи зафиксирована в нотных знаках, представляет собой только единичный вариант ее исполнения из числа возможных и практически бесчисленных. Однако то обстоятельство, что лишь очень немногим из хоров доступно искусство импровизационной подголосочности, нисколько не исключает необходимость нотной записи ее лучших образцов. Наоборот, для того громадного большинства коллективов, которые в силу своего случайного, городского или излишне молодежного состава ни в какой мере не владеют этим искусством, «готовые» импровизационно-подголосочные варианты могли бы принести неоценимую пользу.

Если в связи со сказанным перейти к проблемам современного творчества для народных хоров, то, по-видимому, сочинения такого жанра должны содержать в себе либо ярко национальную мелодическую основу, пригодную к последующему импровизационному распеванию ее (что при существующем положении в народных хорах мало перспективно), либо законченный авторский вариант подголосочного распева (как это бывало, например, в сочинениях А. Кастальского). Если же в песне нет ни того, ни другого, а вместо этого дается гармонизованная мелодия, то едва ли ее следует адресовать народным коллективам.

Однако такая точка зрения разделяется далеко не всеми. Некоторые хоровые деятели и композиторы считают, что современная тема в песне и древнерусские приемы подголосочности несовместимы. Конечно, новые времена — новые песни. Веяние современности не может так или иначе не отразиться на хоровых партитурах. Но неужто это должно происходить исключительно за счет подголосочности? Что же тогда останется национального в манере коллективного пения? Чем ценным, своеобразным она будет отличаться от исполнения академических составов?

Неразработанность всех этих вопросов заметно сказывается на методах отбора издательством произведений, предназначенных для репертуара народных хоров. По-видимому, сейчас, по существу, никому не ясно — как и куда их вести? Что и как им надлежит петь? Как следует для них писать?

Перед нами — четырнадцатый выпуск «Репертуара народных хоров», включающий в себя двенадцать произведений советских авторов. (Сборник вышел сравнительно недавно в издательстве «Советский композитор».) Обратимся к его содержанию. Здесь есть удачи.

Вот, например, женский хор a cappella Н. Мешко и А. Мосолова «Ожидание» (слова Н. Журавлева). Благодаря своей узорчатой подголосочности он может занять достойное место в репертуаре хоров.

Четырехтактные припевки-страдания А. Абрамского «Выйди, милый, на свидание» (слова И. Дремова) для двухголосного женского хора с сопровождением балалайки заслуживают внимания и по своеобразию самой творческой идеи автора и по манере ее воплощения. Особую пикантность сообщает припевкам остинатно выдержанная фигура балалайки, не везде «функционально совпадающая» с партией хора. Произве-

дение написано предельно просто, что сулит ему широкое распространение.

Очень хорош женский хор с сопровождением баяна Ф. Маслова — «Русокоса девчоночка» (слова М. Матусовского), — как всегда у этого автора, мелодически выпуклый и свежий, с подчеркнутой подголосочной обособленностью хоровых голосов и интересным синкопированным ритмом. Привлекает внимание своеобразная метроритмика стихотворения с причудливым чередованием в каждом двустишии хорея, дактиля и ямба. Несмотря на то, что в музыке она несколько нивелирована, все же удачная находка поэта обогатила произведение. Верится, что за исполнителями этого привлекательного хора дело не станет!

Радует и другая песня Ф. Маслова — «Девичья лирическая» (слова И. Дремова), написанная для хора a cappella. Правда, хоральность изложения отчасти свойственна этому сочинению, но здесь она искупается колоритной ладовостью гармонии (очень свежо звучат дорийские обороты), а также весьма разнообразной метроритмикой, смело «размыкающей» периодичность (на это «тянет» и чеканный трехстопный хорей стихотворного текста).

Русская народная песня «Ты воспой в саду, соловейко» обработана для хора В. Клюевым довольно профессионально и с хорошим вкусом. Степень сложности ее невелика, несмотря на вариационный метод развития. Смущают только несколько пассивные сплошные параллельные терции в начальных периодах, тем более, что недостатка в них нет и в дальнейшем. Хоральности В. Клюев в общем тоже не избежал, хотя всячески (и часто небезуспешно) стремился ее замаскировать.

Бесспорным украшением сборника оказалась мастерская обработка русской народной песни «Загорелась во поле ковыль-трава», сделанная для смешанного хора a cappella В. Хвостовым. Она подкупает ярким колоритом, привольной распевностью и щедрой подголосочностью. Ценно, что обработка, несмотря на шестиголосный склад, может оказаться доступной многим самодеятельным народным хорам.

Вместе с тем многие сочинения, включенные в данное издание, отличаются весьма характерными недостатками. И быть может, главный из них — вскользь упомянутая уже «хоральность» самого хорового мышления. Подтвердим сказанное.

А. Аверкин. «Люди России» (слова В. Туркина). По своему тонусу и складу — это торжественное сочинение. Написанное с сопровождением баяна, оно интонационно довольно бледно, что несколько странно для творчества мелодически одаренного композитора. Это фактурно не обогащенный хорал с запевом; как и подобает хоралу, тема здесь идет в верхнем голосе, а остальные голоса сопровождают ее, не образуя при этом ни единого подголоска и не претендуя даже на минимальную самостоятельность, свойственную народному коллективному пению. К сожалению, подобный метод создания хоровых партитур стал сейчас у нас едва ли не обязательным. И не удивительно, если и это в общем слабое произведение Аверкина войдет в репертуар многочисленных коллективов.

Принципиально иначе решает задачу А. Мосолов в своем двухголосном женском хоре a cappella «Только зорька заалела» на слова В. Ушакова. Во-первых, музыка его носит явственный русский характер (лад, интонационный строй, метр). Во-вторых, автор поручает одному из голосов выразительный подголосок типа узорчатого противосложения к имитации. Это создает нужный колорит. Но... малопривлекателен сам тематический материал. Да и в таком ли унылом настроении следует петь о «шумной новой жизни» наших колхозов?

В мелодичном женском хоре a cappella Н. Поликарпова «Я тебя люблю до слез» (слова О. Фокиной), при яркой национальной ладовости (резко нарушенной, впрочем, в десятом такте), сравнительной масштабности и умелом преодолении квадратной структуры, опять доминируют элементы «хорального мышления», особенно досадные именно в этой партитуре.

Женский хор a cappella Д. Львова-Компанейца «Объясни мне, ноченька» (слова В. Бутского и Т. Георгиева) — довольно колоритен и даже задушевен. Жаль лишь, что мелодически он недостаточно оригинален, а хоровая фактура его зиждется на строгих аккордово-гармонических принципах.

А. Абрамов — тоже женский хор и тоже a cappella «Зачем?» (слова М. Рябинина). Произведение довольно привлекательное и теплое, не лишенное, однако, элементов сентиментальности (больше, впрочем, в тексте, чем в музыке) и общих мест в мелодике. Увы, снова пресловутая аккордово-гармоническая фактура...

К разряду типичной стилизации a la russe, да еще почему-то в ритме вальса, я бы отнес «Осеннюю песню» Н. Кутузова в сопровождении баяна (слова М. Исаковского). И по музыкальному содержанию, и по манере изложения это, по-моему, самое слабое произведение из всего сборника.

...Нетрудно заметить, что в рецензируемом выпуске большинство произведений написано для женского хора. Это оправдано тем, что народные коллективы подобного состава в последние годы действительно получили массовое распространение. Хуже то, что почти во всех этих произве-

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

А. Ленский

ЧТО ПОЮТ НАРОДНЫЕ ХОРЫ?

Содержание