И. Зетель

АКТУАЛЬНАЯ ТЕМА

Проблемы, поднятые в статье В. Горностаевой, не новы. О них спорят в филармониях и учебных заведениях. Но — увы! — все еще побеждает сила инерции, казалось бы, по самому существу своему противопоказанная творческому делу.

Пора, давно пора серьезно говорить о неблагополучии, с которым свыклись. Примелькавшееся, привычное все чаще стало выдаваться за общепринятое...

Позволю себе небольшую оговорку. Многое из того, что я скажу, будет на первый взгляд далеко от вопросов, поставленных Горностаевой. Но, мне думается, главное сейчас — не открывать дискуссию по поводу тех или иных положений ее статьи. Нужно заново «приглядеться» к нашему концертному делу, чтобы привести его в соответствие со взглядами музыкальной общественности, получившими отражение в статье «Размышления у концертного зала».

Нельзя не радоваться растущему размаху концертной жизни в нашей стране. Пульс ее все отчетливее ощутим в городах, о которых 15–20 лет назад организаторы гастролей не могли и помышлять. Огромная тяга слушателей к подлинному искусству — удел отнюдь не только центров, давно признанных «музыкальными». Фрунзе и Нижний Тагил, Усть-Каменогорск и Магнитогорск, Серов и Каменск-Уральский — список этот во много крат увеличат постоянно гастролирующие музыканты — радуют необычайной чуткостью публики. В этих городах можно и нужно играть то же, что и в Москве, и в столицах наших республик; ни о какой «облегченности» программы не может быть и речи. Мы начинаем пожинать богатые плоды музыкального просвещения. Буквально на глазах растет наша аудитория.

Тем насущнее представляется вопрос углубления в творческую сторону концертного «спроса» и «предложения». Пристальное, на фактах основанное изучение этого дела не стало еще ни правилом, ни даже исключением.

Большинство наших филармоний неусыпно интересуются лишь «кассовым фактором». По-видимому, многие руководители концертных организаций еще не убедились в том, что продуманная и хорошо организованная пропаганда серьезного искусства отнюдь не противоречит рентабельности. Сошлюсь на опыт Свердловской филармонии, которая из 5000 концертов в год 3600 проводит в строго филармоническом плане (симфонические и камерные вечера, лекции-концерты, концерты-беседы, которые ведут сами исполнители и т.д.). Примечательно, что деятельность местных музыкантов-свердловчан приносит филармонии прибыль, позволяющую во многом возместить сумму государственной дотации Свердловскому симфоническому оркестру. Стоит задуматься: ведь речь идет не о концертах Эмиля Гилельса или Давида Ойстраха, а о выступлениях «своих» музыкантов! При этом из упомянутых 3600 концертов 2800 проводятся исключительно местными исполнительскими силами! (Надо ли подчеркивать, что материальный итог никак не является основным, а тем более единственным критерием творческой дейтельности филармонии. Естественно возникает вопрос: каким же артистом должен быть гастролер при такой интенсивности местной концертной жизни?!)

И вот тут-то, по мнению концертных организаторов (увы, они еще существуют!), лауреатским званиям отводится роль волшебного слова для привлечения публики. Однако слушатели уже разгадали этот нехитрый «ход». В результате иной лауреат, повторно приехавший в город, встречается с залом, который то ли наполовину полон, то ли наполовину пуст... Подчас концертант винит всех, кроме себя. Он не понимает, что «похмелье» им заслужено. (Попутно замечу, что в этом он порой не виноват.) Но факт остается фактом: в ряде филармоний появилась настороженность к лауреатским званиям, а это иногда затрудняет деятельность менее предприимчивых, но одаренных музыкантов, с честью носящих это звание.

Не последняя роль в пропаганде лучшего, талантливого, своеобразного в нашем искусстве принадлежит прессе. К слову сказать, свердловские газеты уделяют музыке, в том числе и исполнительскому искусству, немало места. И все же в редакциях местных газет не всегда понимают, что искусство требует систематического, не «кампанейского» (в дни фестивалей) внимания.

Все это приводит к самотеку и бесконтрольности, доминирующим сегодня в концертной практике, к ее «бюрократизации». Отчасти и поэтому иные гастролеры-лауреаты из года в год повторяют «изъезженные» (в буквальном и переносном смыслвх) программы, дублируют афиши своих коллег, топчутся в привычном кругу «репертуарных» пьес-боевиков.

Так оно надежнее и проще. Трудно даже перечислить, сколько си бемоль-минорных сонат Шопена и Вторых концертов Рахманинова (о Первом Чайковского и говорить не приходится!) выслушивают свердловчане из сезона в сезон. Бетховену — дай иным гастролерам волю — грозит участь прослыть автором всего лишь четырех-пяти сонат. «Аппассионату», «Лунную», «Патетическую» и «Аврору» концертанты окрестили «марочными». Такими же «марочными» у скрипачей стали концерты Мендельсона и Чайковского, а у виолончелистов — «Рококо» и концерт Сен-Санса.

От слишком частого и не всегда бережного прикосновения к шедеврам искусства проигрывают все: и слушатели, и исполнители, и — что особенно досадно — музыка. Ибо существует предел «частоты» звучания. Сужение круга исполняемых сочинений создает благодатную почву для произрастания бурьяна интерпретаторских штампов. Не здесь ли окончательно оформляются прочные основы исполнительских догм, столь огорчительные у ряда молодых победителей различных конкурсов?!

Когда в Свердловске ждут Эмиля Гилельса, Мстислава Ростроповича, Якова Зака, волнует не только встреча с подлинными мастерами, но обязательно с новыми работами этих «первопроходцев»! Такие концерты становятся истинными праздниками музыки, оставляя неизгладимое впечатление. Приходится лишь сожалеть, что подобные праздники бывают не чаще, чем раз в два-три года...

Привлекают творческие искания Т. Николаевой, чьи афиши никогда не страдают стереотипностью (вот и в текущем сезоне в числе новых ее работ оказался грандиозный цикл «Искусство фуги» Баха!). Запомнилась скрябинская программа М. Федоровой, интересная афиша А. Гинзбурга; совсем недавно поразил своим искусством — в том числе и необъятностью репертуара — Виктор Третьяков...

И все же трудно понять отношение к гастрольным программам организаторов концертов — преобладание «глухих» афиш, обилие элементарных просчетов. То исполнителям приходится (как это было с В. Апарцевым) менять программу буквально в день концерта, ибо прислана «не та», давно «отыгранная» афиша; то Т. Махмудова, приезжая с сольной программой, узнает, что ее единственное выступление... с симфоническим оркестром. Привыкшие ко всему исполнители объясняют неуспех концертов очередными «накладками» гастрольных организаций. Но ведь публике до этого не должно быть дела, она приходит слушать не «накладки», а концерты!

Если к гастрольной работе москвичей применимы слова «неразбериха» и «безалаберность», то концертные поездки свердловских музыкантов, включенные в республиканский план, сталкиваются с откровенным пренебрежением. На январь 1967 года была запланирована поездка лауреата всесоюзного конкурса вокалистов Веры Баевой: через некоторое время из десяти запланированных концертов осталось только три, о которых певице было сообщено в самый последний момент. Трудно назвать иначе, чем полнейшей утратой ответственности, отношение к гастролям свердловчан, начальника волжской зоны Гастрольбюро М. Горюнова. Держать несколько месяцев в напряжении исполнителей, лихорадить план концертов по Свердловской области — и в итоге сорвать гастроли, даже не объяснив причины и не ответив на телеграммы. Это уже своего рода мастерство безответственности!

Планирование гастролей — дело, казалось бы, далекое от таких вопросов, как формирование творческого лица исполнителя, на самом деле имеет к нему прямое отношение.

Ведь одно дело — организация приезда молодого музыканта, делающего первые артистические шаги, в города, испытывающие концертный «голод» — нехватку собственных концертирующих музыкантов. Здесь просветительская деятельность исполнителя сама по себе принесет известное удовлетворение и слушателям, и концертанту. Но насколько менее «уютно» может чувствовать себя такого типа исполнитель в консерваторском городе, таком, как, например, Свердловск, где постоянно выступают превосходные музыканты — виолончелист Г. Цомык и балалаечник Е. Блинов; где есть первоклассные дирижеры, группа сильных пианистов, отличный струнный квартет, а в филармонии работают лауреаты всесоюзных вокальных конкурсов В. Афанасьева и В. Баева!

Публика концертных залов, разумеется, сравнивает свои впечатления, и, надо сказать, они часто говорят далеко не в пользу гастролеров.

В то же время существующая (даже территориально!) возможность выступлений лучших свердловских музыкантов в городах Сибири, Поволжья и, что говорить, даже Урала используется крайне слабо. В Перми и Челябинске, находящихся в нескольких часах езды от Свердловска, все занято мероприятиями «стратегического» плана, из которого свердловские артистические силы почти всегда исключаются. Надежды, возлагавшиеся на

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

И. Зетель

АКТУАЛЬНАЯ ТЕМА

Содержание