Выпуск № 5 (474) | 1978 - страница 18

кого «мужского дыхания», но были здесь и четкость, и блеск (эти черты можно отметить в исполнении произведений Венявского, Концерта Эрнста). Его исполнение тех лет было подобно первому пробившемуся стеблю: трудно предугадать размах его роста, да и контур листа пока неясен, но в плотности, напоенности жизненными соками, уверенности, с какой он пробивается к солнцу, уже чувствовалась «крепкая порода». В ту пору Игорь Ойстрах олицетворял собой тип скрипача-виртуоза — и репертуар его, и само исполнение говорили о штурме инструментальных высот, о юношеской доблести и дерзании. Наступившее в эту пору зрелое сознание необходимости дальнейшего совершенствования побуждает юношу поступить в класс Д. Ф. Ойстраха, под руководством которого он закончит консерваторию, а затем и аспирантуру... В репертуаре появляются Бетховен и Брамс, Чайковский и Танеез, Прокофьев и Хачатурян. Игорь Ойстрах постепенно избавляется от легко

что ты уже совсем «независимый человек», хотя и подросток... Игорь нередко спорит с Ойстрахом-старшим, буквально каждое его замечание переживает болезненно и «защи

щается»: он хочет играть по-своему, выразить что-то свое. Постепенно накапливавшийся репертуар

дает ему такую возможность: произведения Венявского, Вьетана, Эрнста, Паганини, Глазунова воспитывают чувство гибкой выразительной фразировки, совершенствуют в игре отточенность, блеск, артистизм, пробуждают интерес к передаче взволнованных ярких эмоций, к миру человеческих переживаний. И вот Игорь Ойстрах выходит на эстраду. По воспоминаниям слушателей и сохранившимся записям тех лет, его исполнительская манера пленяла искренностью, юношеской непосредственностью и задором. Правда, увлечение виртуозностью сказывалось на недостаточно богатой звуковой стороне, лирике не хватало проникновенности, широ

весности виртуоза, творчески мужает и скоро берет значительную высоту: авторитетное жюри Международного конкурса скрипачей имени Венявского в Познани (1952) присуждает ему первую премию. Победа вселяет уверенность в своих силах, дает музыканту новый стимул в работе. Впрочем, это была уже не первая награда: еще будучи учеником ЦМШ, Игорь получил первую премию на конкурсе творческой молодежи Международного фестиваля демократической молодежи и студентов в Будапеште (1949). Конкурс имени Г. Венявского весомо подтвердил ту первую заявку на творчество и мастерство. Последующие выступления в лондонском Albert Hall и парижский дебют, где с оркестром под управлением А. Клюитанса И. Ойстрах исполнил в один вечер концерты Баха, Мендельсона и Бетховена (1953), закрепили успех молодого артиста.

Какой была игра Игоря Ойстраха на новом этапе? Он успешно справляется с масштабными произведениями скрипичного репертуара, ощущается умение охватить форму целиком, выявить характерные особенности стиля. Таков, к примеру, его тогдашний Концерт Чайковского. В нем безусловно есть отдельные творческие находки — динамизм в развитии лирической побочной темы, свобода ритмического дыхания в каденции, эпизодах финала. Правда, «художественный ряд» в целом несколько вторичен. Не хватает творческого своеволия, которое во многом и определяет индивидуальность артистического ракурса художника. Но зато ясно ощущается сознательное стремление освоить определенные художественные традиции. И это естественно: прежде чем начать «строить свое», молодой музыкант должен изучить опыт тех, кому идет на смену. Изучив, он, быть может, пойдет другим путем, но для широко эрудированного музыканта знание путей развития искусства — необходимо. И здесь вновь возникает проблема учителя и ученика. Уже в тех отступлениях от традиции, которые мы отмечали, скрипач «говорил от себя», игра его захватывала и увлекала непосредственностью выражения. Художественная взыскательность, возраставшая с каждым днем, не давала успокаиваться молодому артисту; снова, как когда-то в детстве, но теперь уже осознанно и настойчиво ищет он в искусстве свое, независимое лицо. Послушайте в исполнении Игоря Ойстраха баХовские концерты, записанные на пластинки в те годы. В них явственно проступает витализм мироощущения моло

дого скрипача. Особенно в Allergi и финалах: наряду со строгостью сдержанных эмоций, упругостью волевого ритма, графической четкостью в обрисовке мелодического контура, присущих манере Д. Ойстраха, слышно и иное, то, что со временем станет ведущим в его манере — импульсивная непосредственность, открытость высказываний от первого лица, некоторая эмоционально «подхлестнутая» возбужденность.

(Заметим в скобках: до поры эти «поиски себя» не всегда замечались публикой, мало того, они нередко воспринимались «в штыки». Поклонники искусства Давида Ойстраха недоумевали, видя «своеволие» сына...)

Необходимо отдать должное и мудрости Давида Федоровича — педагога. Почувствовав, что Игорь обрел достаточно сил, знаний, художественной и инструментальной культуры для самостоятельного творчества, он «отпускает» его от себя, давая возможность развиться его собственной артистической индивидуальности.

И вот однажды (я чуть было не сказал «вдруг») в исполнении концертов Бартока и Бетховена молодой скрипач буквально поразил всех яркой вспышкой своего таланта.

Артист как бы «открыл себя», свою силу, молодость, темперамент; определилась динамическая сфера и диапазон выразительных средств, вырисовывался круг творческих пристрастий...

Конечно, были и свои крены, и головокружительные заносы — слишком быстрым оказался темп «обретения». «Голос», естественно, хотелось попробовать, «силой» — поиграть. Нередко избыток ее порождал преувеличения, и тогда непосредственный эмоциональный порыв, захлестывая, брал верх над размышлением, содержательность подменялась аффектацией.

Но то были приметы роста. Талант «дыбился», с трудом поддаваясь укрощению воли, его рост сказывался в масштабности динамики, сочности и пламенности звука, в особой интенсивности «произношения». Таков в исполнении Игоря Ойстраха тех лет Концерт Брамса. Яркая эмоциональная наполненность, буквально «распирающий изнутри» динамизм характерны в интерпретации первой части Концерта. Мужественный суровый драматизм не сплетается, а скорее сталкивается с образами «поэмной» лирики. Особой взрывчатостью отличаются резкие и внезапные переходы от одного состояния к другому. Энергия «взнузданного» движения и чувственно-страстная лирика вносят s ин

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание