Выпуск № 5 (474) | 1978 - страница 5

Rlsoluto (ma mezza voce)

ЛОМКОМ И хле- бом

Men о mosso

Мо_ ло. ком и теп- лым хле- бом.

тем_ ной ночь_ ю звон ко. пыт.

тем. ной ночь. ю мить фа. шис_ тов, ЗВОН КО- пыт,

ЗВОН КО- пыт,

гос_ тим вас

мо_ ло_ ком и теп - лым хле. теп_ лым хле

Ждем вас,бра_ тья, за- хо_ ди- те. Слад- ким мо_ ло.

слад- ким мо_ ло_

Анатолию Николаевичу Александрову — 90!

А. Эшпаи

ЛИЧНОСТЬ ЛЕГЕНДАРНАЯ»

Долгая, насыщенная событиями, творчески интенсивная жизнь Анатолия Николаевича Александрова — высочайший образец рыцарски преданного служения искусству. Нельзя не поражаться и не восхищаться тем, как человек, вступивший в свое десятое десятилетие, сумел сохранить зоркость восприятия, свежесть ощущения происходящих вокруг событий, яркость творческого огня и удивительную, цепкую память, запечатлевшую драгоценные минуты, часы, дни встреч с выдающимися деятелями русской и советской культуры. Для моих современников и коллег, для многих питомцев Московской консерватории личность Анатолия Николаевича представляется легендарной. Это современник С. Танеева и Н. Метнера, С. Рахманинова и А. Скрябина. Это художник, на чьих глазах складывались традиции советского искусства и на музыкальном небосклоне вспыхивали звезды первой величины — Н. Мясковский, С. Прокофьев, Д. Шостакович, А. Хачатурян. Это человек, видевший расцвет последующих поколений композиторов,

. приумножавших славу советского музыкального искусства.

Общаясь с Анатолием Николаевичем, зримо, ярко представляешь целую эпоху, встающую за этой личностью, — богатую и сложную. В архиве Александрова среди многочисленных ценнейших, а подчас уникальных документов — писем, фотографий, автографов — есть одна особенно бережно хранимая реликвия: портрет Петра Ильича Чайковского с дарственной надписью, адресо

ванной матери Анатолия Николаевича, пианистке, ученице К. Клиндворта... «Доминантой» всей жизни Анатолия Николаевича, ее смыслом и предначертанием является творчество. И необычайно импонируют тонкость и артистизм этого художника — столь ярко проявившиеся в его музыке. Я непосредственно не учился у него, но так же, как я не могу представить себе Московскую консерваторию без Н. Мясковского, К. Игумнова, А. Гольденвейзера, Г. Нейгауза, И. Способина, я не представляю ее и без А. Н. Александрова, воспитавшего за многие годы преподавания не одно поколение одаренных музыкантов, которые сейчас трудятся в разных городах нашей страны. Анатолий Николаевич всегда поражал меня своей врожденной скромностью, доброжелательностью, благородством — до аристократизма. И если, скажем, при виде Семена Семеновича Богатырева (удивительно справедливого, но очень сурового внешне человека) многие невольно внутренне сжимались, то самый вид Анатолия Николаевича всегда как-то «раскрепощал» студентов. Казалось, он не может, просто не в состоянии причинить хоть малейшую неприятность. В нем ощущалась добрая сила, если хотите — виделся «защитник». Все это тем более ценно, что по существу А. Н. Александров — человек твердых морально-этических принципов, честно и откровенно, без обиняков, высказывающий свои суждения об искусстве, свое отношение к людям, человек, мнение которого авторитетнО[ — ему веришь. И даже краткие

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание