Выпуск № 5 (474) | 1978 - страница 66

Зал Института имени Гнесиных. Ф. Серафиму аккомпанирует автор

сплелись традиции разных племен и народов — коренных жителей и пришельцев: иберийцев, кельтов, арабов, евреев, португальцев, испанцев. Разнообразны ладовые основы мелодий. Кроме мажора и минора широко используются лады старинной музыки, грегорианских хоралов — лидийский, дорийский и т. д. Древним слоям фольклора — XII — XIII веков, когда сильно было влияние музыки французских трубадуров, — и фольклору центральных областей страны свойственна метрическая симметрия. Но есть и иные примеры. Для метроритмического строя мелодий граничащих с Испанией районов характерно обилие несимметричных и переменных размеров. Порой мелодия развивается столь прихотливо, что с трудом вмещается в рамки метра. Среди народных инструментов много ударных. Очень популярны пандейру и адуффе — средних размеров круглый и квадратный бубны арабского происхождения, а также гитара и волынка. Широкое использование волынки и ударных порождает многочисленные остинато. Много лет я собирал народные песни, но только в 50 — 60-е годы стал по-настоящему их коллекционировать, систематизируя сделанные записи.

Вокальный цикл Лопиш-Граса «Руки и плоды» (1959) написан на стихи крупнейшего португальского поэта XX столетия Эухенио де Антраде. Образы немногословной, метафоричной и страстной любовной лирики де Антраде дополняются и углубляются музыкой. Общий колорит сочинения теплый и немного сумрачный. Одиннадцать вариаций на темы любви сливаются в единый поток, достигающий остродраматического и философски осмысленного звучания в трех заключительных пьесах — «Куда несешь меня, река?», «Земля, если ты коснешься его спящего тела.,.», «О, ночь!». Важность поэтического текста подчеркнута декламационным характером вокальной партии, гибко оттеняющей фонетику и значение слов. Фортепианный цикл создан композитором в начале 50-х годов. «24 прелюдии» по восходящим полутонам охватывают все тональности мажороминора. Для московского концерта композитор отобрал семь из них — разнообразного характера. В прелюдиях сильнее, чем в вокальном цикле, проявились жанровые истоки музыки. Народно-танцевальное начало господствует в седьмой прелюдии — Moderato, Вторая — Andante con rnoto eroico — рисует картину приближающегося и уходящего шествия. В беседе Лопиш-Граса признался, что, сочиняя эту миниатюру, он думал о Мусоргском. Очень опосредованные отголоски музыки русского композитора можно, пожалуй, усмотреть в широте и некоторой эпичности образа. Непритязательный сельский дух витает в третьей прелюдии цикла Rustico. Во втором отделении прозвучали обработки народных мелодий. Старинные напевы различных

123

В программу авторского концерта Лопиш-Граса в зале Института имени Гнесиных вошли оригинальные композиции (вокальный цикл «Руки и плоды», семь фортепианных миниатюр из цикла «24 прелюдии») и обработки народных мелодий («Сельские мелодии Португалии» для фортепиано и «Новые народные португальские песни» для голоса с фортепиано). Несомненны национальные истоки творчества Лопиш-Граса. Они проявляются в характерных интонациях мелодики, в богатстве прихотливого и гибкого метроритма, в приемах «оркестровки», нередко имитирующей звучание народных инструментов, в изобретательности подголосочной полифонии фактуры. Но и в обработках народных мелодий видна рука опытного художника, творящего подлинно национальную музыку, в которой слита его индивидуальность и объективные, веками отстоявшиеся формы народного искусства. Отношение Лопиш-Граса к фольклору близко взглядам Бартока. — Я преклоняюсь перед творчеством Бартока, — говорит композитор, — и считаю его своим главным учителем — в нешколярском смысле этого слова, конечно. Перед второй мировой войной несколько раз встречался и разговаривал с ним в Париже. Его принципы подхода к фольклору оказали на меня большое влияние. Памяти великого композитора я посвятил «8 прогрессивных сюит» для фортепиано, примерно повторяющих конструкцию «Микрокосмоса». Фольклор моей родины очень богат и древен. В нем

областей Португалии сохранили свой аромат и в то же время приобрели колорит музыки XX века. Композитор не прибегает к стилизации, смело используя современные завоевания гармонии, развивая заложенные в фольклоре ладовое многообразие и ритмическую свободу. «Новые народные португальские песни» и цикл «Руки и плоды» были с большим мастерством исполнены Фернандо Серафимом. Прекрасная дикция, точность нюансировки и разнообразие звука в пределах piano свидетельствовали о том, что перед нами опытный камерный певец. Спрашиваем у композитора: случаен ли выбор солиста? — Отнюдь нет. С Серафимом меня связывают долгие годы совместной работы. Однажды, в конце 50-х годов, ко мне обратился студент Лиссабонской консерватории и сказал, что хочет петь мою музыку. Это и

...ДЖОН ЛАЗАРИНИ

был совсем еще молодой тогда Фернандо Серафим, ставший первым исполнителем цикла «Руки и плоды», ему посвященного. На концертной эстраде у нас в стране певец дебютировал программой из моих сочинений, прозвучавших тогда впервые. Серафим — прекрасный музыкант, успешно исполняющий как камерный, так и оперный теноровый репертуар. Он замечательно поет Моцарта. Певец стажировался в Зальцбурге, специализируясь на музыке великого австрийца. Серафим — солист оперного театра «Сан-Карлуш» в Лиссабоне, поет он и в столичном Ансамбле старинной музыки. Впечатления, которые мы получаем от встреч с искусством, всегда хочется разделить с другими людьми. Музыка Лопиш-Граса безусловно заслуживает того, чтобы с ней познакомились широкие круги наших слушателей. Н. Толстых

текала в утомительных поездках и в каждодневных выступлениях. Английские танцовщики, бывшие в ее труппе, вспоминали: Павлова выступала в Мексике на арене, где днем шел бой быков, а в Египте — в самом примитивном сарае, в Австралии сценой ей служил только что сколоченный помост на берегу озера. В Панаме ее театром становился портовый склад, а в Канаде — ангар аэропорта. Она танцевала в нетопленных зданиях Новой Зеландии, где специально перед спектаклем ставили газовую плиту. И повсюду — ошеломляющий успех. Ее искусство захватывало, завораживало... Великая русская балерина Анна Павлова принадлежит всему миру, как Достоевский, Толстой, Чехов и Чайковский. Под ее влиянием возникли многие балетные коллективы, Так произошло, например, в Америке. Энтони Тюдор — известный американский балетмейстер, глава крупнейшей в мире балетной труппы. «Ballet Theatre», Руфь Пэдж, другой знаменитый хореограф США, начали танцевать под воздействием Павловой. Дважды она посетила Индию, где способствовала возрождению индийского балета. В 1920 году в Лондоне была основана Королевская академия танца. Павлова проявила большой интерес к нарождавшемуся английскому белету. Она дружила с Руфи Френч и Гарольдом Тернером — известными английскими танцовщиками, с Нинет де Валуа — основоположницей балета «Sadler's Wells», который возник в год смерти Павловой (1931). Ныне это прославленный балетный коллектив, в который входят две труппы: одна выступает на подмостках «Covent Garden», другая — в «Sadler's Wells». При них открыта балетная школа. Из всех прославившихся в свое время артистов балета в памяти людей сохранились немногие. Анна Павлова вызывает самый живой интерес даже у тех, кто

Во время прошедшего фестиваля «Русская зима» нашу страну посетили вторично (впервые они были гостями СССР в 1970 году) основатели музея Анны Павловой в Лондоне супруги Джон и Роберта Лазарини. Корреспондент журнала попросил Джона Лазарини рассказать нашему читателю о музее великой русской балерины, о своих впечатлениях от Москвы. — «Ivy houise» — дом Анны Павловой, в котором она прожила почти двадцать лет, некогда принадлежал знаменитому английскому художнику-пейзажисту Джеймсу Тернеру. Мысль о том, чтобы разыскать этот дом, появилась у нас впервые в 1970 году, после поездки в Москву, где мы посетили Большой театр, его музей и библиотеку. Вернувшись в Лондон, мы после некоторых поисков обнаружили «Ivy house» в северной части города, на улице Норд Энд-роуд. К нашему удивлению и радости, оказалось, что здесь размещена Школа драмы и балета. В том же здании мы организовали в 1970 году музей великой балерины. Здание это просторное, двухэтажное, в типично английском стиле, увитое, плющом. Комнаты большие, светлые, с высокими потолками. Вокруг дома — садовый участок размером в шесть акров. За домом лужайка с подстриженными деревьями и искусственным озером, где плавали лебеди Анны Павловой. Она очень любила гулять в саду, в котором было множество цветов и птиц. После ее смерти осталось восемь тысяч тюльпанов. В дни отдыха Павлова с большим удовольствием занималась скульптурой; многие ее статуэтки сохранились. Но подлинным жилищем балерины были купе поездов, каюты пароходов, номера гостиниц. Ее жизнь про

124

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание