герою в данный момент психологического состояния³.

Татьяна — Г. Писаренко, Онегин — Ю. Гуляев

Внешний облик героя тоже не везде был удачен. «Как денди лондонский одет» — это ведь означает не просто хороший, но строгий (английский!) вкус. Между тем и в первой сцене, и особенно в сцене дуэли постановщики явно не нашли для Онегина соответствующего костюма.

По-видимому, здесь проявилась все та же общая закономерность телеискусства, о которой говорилось выше: она требует не только безусловной правды актерского исполнения, но и логического обоснования каждой детали сценического рисунка, скрупулезного внимания к таким «мелочам», как жест, мимика.

Хочу подчеркнуть, что претензии обращены главным образом не к певцу, а к постановщикам передачи. У Гуляева уже был ряд удачных показов на телевидении, и, вероятно, его актерская индивидуальность требовала в данном случае более тщательной режиссерской и операторской работы. Кстати, во втором варианте передачи его исполнение было более убедительным, и это также подтверждает, что в первом ее варианте не все возможности певца постановщикам удалось раскрыть. И все же образ, созданный Гуляевым, не лишен обаяния. Секрет его, конечно, прежде всего в голосе певца — ярком и сильном — и в проявлявшейся временами подлинной артистической увлеченности.

Телеопера очень остро ставит два вопроса: во-первых, как, где и по каким «приметам» искать певцов, актеров, которые были бы органичны на голубом экране. И во-вторых, как с ними работать, чтобы в короткие минуты съемки певец «выдал» максимум того, что он может сделать в этой роли. К поискам «телегеничных» певцов, вероятно, можно подойти более радикально, чем постановщики «Евгения Онегина». Почему обязательно самые популярные артисты? Разве мало актерских открытий было сделано в периферийных театрах? И разве не имеет смысла авторам телеопер поискать исполнителей в среде студенческой молодежи, еще не обремененной оперными «штампами», чуткой к новому?

Далее: в работе с певцами на телевидении требуется особая чуткость (для многих из них само присутствие камер и вся незнакомая обстановка телестудии может стать сковывающим фактором). Здесь особенно важен индивидуальный подход: одним, чтобы «войти в образ», никакого воздействия извне не требуется, а других надо «зажечь», помочь им найти верную линию поведения.

Среди других участников сцен из «Евгения Онегина» мне представляется бесспорной удачей Гремин в исполнении М. Решетина. Артист в этой роли не только естествен, он позволяет ощутить в своем герое интересную человеческую личность. В его благородном Гремине за внешним спокойствием — глубокие «пласты» интенсивной духовной жизни.

Всего один раз появляется Ленский — Д. Королев. Он проводит всю свою знаменитую арию на динамических «полутонах»; его исполнение в целом оставляет вполне благоприятное впечатление.

Принцип «крупных планов» заметен и в оформлении постановки; в каждой картине есть одна-две запоминающиеся и ненавязчивые детали: в сцене письма — горящая оплывающая свеча на столике; в сцене дуэли — замерзшая голая ветка дерева и грубо сколоченная деревенская изгородь; в последней картине — ло-

_________

³Некоторую скованность интонирования я склонна объяснить тем, что певец привык петь эту партию на украинском языке.

рогое старинное бюро, как значащая деталь обстановки, в которой живет теперь Татьяна.

Немало «точных попаданий» и в операторской работе. После долго выдержанного крупного плана Ленского, на словах героя «я жду тебя, любезный друг» в кадре открывается даль зимнего пейзажа — пустынная равнина, словно увиденная Ленским, еще не потерявшим надежду на встречу с Ольгой. Возможно, таких находок могло быть больше; но в целом хочется приветствовать стремление авторов выразить музыку, а не визуально заполнить экран.

…Жизнь оперы на телеэкране полна неожиданностей. Повелительница огромных театральных залов, она иногда чувствует себя здесь неуютно; особенно когда безликая трансляция обнажает все условности жанра. Но зато как много может дать слушателям опера, специально подготовленная для телеэкрана, по самой сути своей обращенная к глубоко личным чувствам каждого, сочетающая разные виды искусства (что тоже соответствует специфике телевидения)!

Далеко не всякое произведение пригодно для телепостановки (так же, как не каждый певец). Тем более внимательно и доброжелательно надо относиться к телепередачам, в которых сделан шаг на пути к совершенствованию этого специфического жанра, имеющего очень большие перспективы.

Можно представить себе, какую огромную роль в пропаганде одного из самых демократических музыкальных жанров, в приобщении к большому искусству многих тысяч не искушенных в музыке людей, мог бы сыграть телевизионный оперный театр. Постановка сцен из «Евгения Онегина», без сомнения, принесет большую пользу. Не только жители больших городов, но и телезрители из маленьких поселков и деревень те, кто еще не имеет возможности регулярно посещать оперный театр, услышат любимую ими музыку и увидят музыкальные спектакли в хорошем исполнении.

Д. Андреева

В ПОИСКАХ СВОЕГО ОНЕГИНА

Как известно, художественная значимость произведения и число разнообразнейших интерпретаций его находятся в прямой пропорциональной зависимости. Истинно высокое творение дает импульс к развитию исполнительской мысли, открывает просторы для создания образов многогранных, разнообразных. «Евгений Онегин» Пушкина и Чайковского находится в ряду произведений такого рода. Казалось бы, хрестоматийные образы в интерпретации талантливого исполнителя освещаются всякий раз новым светом, предстают иной своей гранью.

Поставив сцену из оперы Чайковского, Центральное телевидение показало новый режиссерский и исполнительский вариант «Евгения Онегина». В постановке этой особый интерес представляют, на наш взгляд, актерские работы. В определенной мере они имеют даже принципиальное значение для телевидения. Режиссер В. Серков нашел возможность обойти то, что до сих пор было камнем преткновения для такого рода экранизаций. Соединив в одном лице играющего и поющего исполнителя, он доказал, что среди оперных певцов можно найти и великолепных артистов, отвечающих требованиям телевидения.

Здесь в первую очередь надо назвать солистку московского Музыкального театра имени К. С. Станиславского и В. И. Немировича-Данченко Г. Писаренко. Известная оперная певица оказалась на редкость телегеничной, чему, как кажется, во многом способствовали подчеркнутая лиричность, ясно выраженная нота глубоколичностного, тонкая музыкальность и проникновенная искренность, столь свойственные ее дарованию.

Онегина играет и поет солист Киевской оперы Ю. Гуляев¹. Имя Гуляева — одно из наиболее популярных на «вокальном небосклоне». Он завоевал широчайшее признание в основном как исполнитель — в том числе и на телевидении — массовых песен лирического и героико-патриотического содержания. И, пожалуй, лишь киевляне хорошо знают его как весьма интересного оперного певца с обширным репертуарным диапазоном.

Выступление Гуляева в партии Онегина на телеэкране вызвало активные споры. И уже поэтому заслуживает особого разговора. Многим гуляевский Онегин показался — и по манере поведения, и по реакциям на происходящие события — очень непохожим на тот образ, который зачастую бытует на нашей оперной сцене. Обычно Онегин уже с первой картины выглядит учтиво-надменным, умудренным жизнью и уже разочаровавшимся в ней. Получив пылко-безрассудное письмо Татьяны, он всерьез читает ей отповедь… Словом, он предстает как бы сквозь призму восприятия Татьяны, в душе которой пылкая влюбленность сменяется горьким чувством обиды.

Гуляев с первых же сцен выходит за рамки традиционного образа. Его Онегин — юноша, еще не умеющий глубоко чувствовать, не знающий истинной цены тех или иных жизненных явлений. С легкой душой решается этот Онегин произнести назидательную отповедь Татьяне, где его фраза «…я не создан для блаженства» — всего лишь бравада, рисовка молодого повесы, так же как и его рассуждения о том, что он недостоин совершенств Татьяны. Онегин здесь пока лишь играет в глубокомыслие.

Как показалось, Гуляев намеренно лишает своего героя привычной респектабельности. Точнее, она есть, но лишь как чисто внешнее качество. А внутренне он удивительно напоминает иных наших юных современников — бесшабашно-молодцеватых, уделяющих много сил, времени и внимания туалетам и прическе, нахватавшихся «верхушек» знаний и пока еще крайне слабо ориентирующихся в жизненных ситуациях.

_________

¹О своеобразной трактовке Гуляевым образа Онегина на оперной сцене писала Е. Добрынина (см. «Советскую музыку» № 2 за 1971 г.).

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Татьяна — Г. Писаренко, Онегин — Ю. Гуляев

Д. Андреева

В ПОИСКАХ СВОЕГО ОНЕГИНА

Содержание