Выпуск № 4 (365) | 1969 - страница 64

«Любовь к трем апельсинам» С. Прокофьева. Сцена из оперы

образы Фаты Морганы, Смеральдины, Челия и Фарфарелло (Рут Шоп-Липка, Амалия Браунова, Хорст Дитер Кашель и Куллен Майден). Неудержимый смех овладевает публикой при появлении страшной кухарки во дворце Креонты, — эта роль блестяще удалась Герберту Рёсслеру, обладающему самым высоким ростом и самым звучным басом в ансамбле Komische Орег. К сожалению, Думитру Вребенель — Леандр не смог удержаться на необходимом вокальном уровне.

Под управлением дирижера Герта Банера гениальная музыка Прокофьева звучит ярко, чисто, задорно и элегантно. Это выдающееся достижение оркестра театра. Превосходно поет хор под руководством Дитера Хензеля; как в музыкальном, так и в актерском отношении каждый его участник — солист.

Спектакль развивается в рамках виртуозного театрального действия: громом и молнией сопровождается появление волшебника Челия, некоторые персонажи в мгновение ока исчезают на проволоках со сцены, прямо на глазах у зрителей рабочие приводят в движение механику сцены. Видишь столько забавного и оригинального, что,

если хочешь воспринять легкую, искрящуюся музыку во всей ее полноте, необходимо послушать оперу не меньше двух раз!

Блестящи и своеобычны костюмы и фантастическое оформление советских художников Марины Соколовой и Валерия Левенталя. Затейливая сказка разыгрывается на маленьком, круто поднимающемся в глубину сцены помосте, на самой сцене, под ней и перед ней. «Публика» располагается справа и слева от помоста; вначале она бурно жестикулирует, отстаивая свои симпатии в дискуссии о комедии и трагедии. Постепенно спорщики объединяются, все более активно сочувствуя сказочным героям.

В постановке занят огромный театральный аппарат, действующий, несмотря на ее неимоверную сложность, поразительно точно. Технические работники колдуют по всем правилам театрального искусства, поистине творя чудеса!..

Любая новая постановка Вальтера Фельзенштейна вызывает огромный международный интерес; значительным общественно-художественным событием стала и описанная премьера. И не надо быть пророком, чтобы с уверенностью предсказать этому спектаклю долгие годы счастливой сценической жизни.

Перевела с немецкого Н. Кравец

ВПЕРВЫЕ В KOMISCHE OPER

Впервые на сцене Komische Ореr в спектакле Вальтера Фельзенштейна «Любовь к трем апельсинам» предстали декорации и костюмы, созданные советскими художниками, которые получили высокую оценку критики и публики. Корреспондент нашего журнала обратился к М. Соколовой и В. Левенталю с просьбой рассказать о сотрудничестве с выдающимся режиссером.

— Марина Алексеевна, как состоялось Ваше знакомство с Вальтером Фельзенштейном?

— Это было в 1967 году. Главный режиссер Театра имени Станиславского и Немировича-Данченко Лев Дмитриевич Михайлов привез профессора в нашу мастерскую. Левенталя не было в Москве. Но Фельзенштейн, увидев его эскизы к «Хари Яношу» (оперному дебюту художника) и посмотрев в Театре сатиры спектакль «Дон Жуан, или «Любовь к геометрии», сказал: «Да, с этим человеком я буду работать».

— А что видел Фельзенштейн из Ваших эскизов

— Костюмы к «Виринее».

— Валерий Яковлевич, как началось Ваше сотрудничество с Фельзенштейном и в чем заключаются особенности работы с этим режиссером?

— Я приехал в Берлин в сентябре 1967 года и, конечно, пошел в Komische Ореr. Реконструкция сцены и всей машинерии по последнему слову театральной техники совершенно не коснулась зала. Он сохранил свой первоначальный вид с несколько банальными скульптурами и лепными украшениями в стиле ложного барокко. Сочетание новейшего оборудования сцены с типично старинным декором зала показалось мне очень характерным.

И когда в первом разговоре Фельзенштейн спросил меня, какие у меня есть соображения по поводу «Трех апельсинов», я ответил, что хотелось бы все решить как самый первый спектакль на сцене Komische Ореr. Ему эта идея пришлась по вкусу.

— Как развертывалась работа?

— Сначала я получил режиссерскую экспликацию — концепцию спектакля, изложенную на двадцати пяти — тридцати листах, в которой были проанализированы все особенности партитуры и сценария. В частности, Фельзенштейн подробно останавливался на проблемах взаимоотношения публики — той, что в зале, и той, что изображается актерами на сцене. Он указывал на несоразмерность гениальной музыки и довольно слабого либретто и призывал к поискам устранения подобного разрыва. Помимо этого там содержалось множество точных образных указаний художнику. Поставленная Фельзенштейном задача заключалась в том, чтобы «найти эквивалент изумительной, люминисцирующей, искрометной музыке». После ознакомления с экспликацией я мог приступить к работе над эскизами.

— Ваш эскизный замысел существовал в нескольких вариантах?

— Конечно. Но это варианты воплощения одних и тех же музыкально-режиссерских идей. Когда я обсуждал их с Фельзенштейном, я особенно ощущал двусторонний, совместный характер творческого процесса. Режиссер, подробно оговаривавший едва ли не каждый такт, требовал от меня «изобразительных ответов»

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

«Любовь к трем апельсинам» С. Прокофьева. Сцена из оперы

ВПЕРВЫЕ В KOMISCHE OPER

Содержание