в выборе репертуара для своих питомцев. Теперь «с легкой руки» К. Мостраса и А. Ямпольского эта проблема успешно решена. Думается, то же должно случиться и с репертуаром для школьных оркестров симфонического типа.

Пусть у нас еще долгое время не будет литавр, фагота, арфы, но ведь насколько богаче, красочней звучит оркестр даже без них по сравнению со струнным!

В программе оркестрового класса ДМШ, составленной С. Асламазяном, 3. Финкельштейном и А. Фроловым, на такой, близкий к симфоническому, состав почему-то не дано примерного репертуарного списка, хотя в методических указаниях этой программы прямо говорится, что при наличии достаточно подготовленной струнной группы включение в состав оркестра духовых и ударных инструментов рекомендуется; программа предусматривает также оркестровый аккомпанемент и читку нот с листа. А вот что же рекомендуется играть коллективам такого состава — об этом ни слова.

Совершенно очевидно, что назрела острая необходимость в издании для них специальной нотной литературы. Пожалуй, наилучшим вариантом такого издания была бы оркестротека, поскольку о каком-то строго определенном составе пока говорить не приходится. Думаю, что за основу следует взять малый состав с добавлением тромбона.

Немалые есть трудности и с приобретением инструментов; то средств нет, то в магазинах инструмента нужного не найдешь, то лимит кончился... Этот вопрос тоже надо упорядочить.

Нельзя проходить мимо того факта, что громадное число музыкальных школ на местах становится музыкальными центрами, подлинными очагами культуры. И ясно, насколько важно всемерно укреплять и обогащать их. А симфонический оркестр — это ли не богатство!

Н. Крутов

г. Армавир

УСТРАНИТЬ НЕДОСТАТКИ

В статье Б. Владимирского «О том, что мешает» («Советская музыка», 1967, № 7) затронуты очень важные вопросы развития музыкального образования в нашей стране. Автор, в частности, выражает совершенно справедливую тревогу по поводу чрезмерной учебной нагрузки учащихся специальных музыкальных школ.

Да, рабочий день ученика 6-го класса музыкальной десятилетки составляет 13–14 часов. А если прибавить один-два часа, потраченные на дорогу из дома до школы и обратно в душных, переполненных автобусах и троллейбусах, то и того больше. О свежем воздухе остается только мечтать. Такое положение волнует и родителей, и преподавателей. Во многих музыкальных десятилетках неоднократно обсуждался вопрос о том, как ликвидировать перегрузку учащихся. Но решить его может только Министерство культуры СССР. И сделать это нужно безотлагательно.

В статье говорится также о некоторой растянутости сроков музыкального обучения. Правда, я пока не вижу возможности сократить этот срок для обучающихся на духовых и народных инструментах в высших учебных заведениях. Другое дело, что и тем и другим (в большинстве своем) вполне достаточно иметь среднее музыкальное образование.

Не секрет, что из периферийных музыкальных вузов страны выходит мало музыкантов-исполнителей. И здесь во многом виноват тот, подчас завышенный, нереальный план приема, который разрабатывают министерства культуры республик. По-настоящему способных, хорошо подготовленных абитуриентов бывает, как правило, значительно меньше, чем это предусмотрено планом. Но план надо выполнять. Поэтому объявляются дополнительные приемы с менее жесткими требованиями. Разве можно мириться с тем, что в музыкальный вуз принимаются люди с оценками: специальность — 3, сольфеджио — 3, гармония — 3, общее фортепиано — 3, причем принимаются на заочное отделение? Когда же педагоги возражают против этого, представитель Министерства культуры объясняет им, что при отсутствии конкурса 3 — проходная оценка.

Казалось бы, целесообразнее оставить места свободными, чем предоставлять их заведомо слабым студентам. Но поступить так нельзя по той причине, что нагрузка педагогов должна обязательно составлять 1554 часа в год! Кстати сказать, и эту цифру следовало бы пересмотреть — она чрезмерно велика.

Н. Жуковская,

старший преподаватель Института искусств

г. Кишинев

К изучению наследия Бартока

А. Буковин

ЧЕРТЫ СТИЛЯ

Диапазон выразительных средств Бартока исключительно широк, но в литературе, посвященной его творчеству, стиль композитора освещался неполно и односторонне. Большинство авторов допускают некоторые фольклорные влияния в той или иной сфере композиционной техники Бартока, но не видят глубоких генетических связей его стиля с народной музыкой Восточной Европы¹. При этом они находят фольклорные влияния только в раннем периоде творчества композитора; позже, по их мнению, Барток «преодолел» эти влияния.

Из работ последнего десятилетия, посвященных исследованию стиля Бартока, только две, на наш взгляд, заслуживают серьезного внимания: «Бела Барток. Композиционная техника, представленная в его шести струнных квартетах» Р. Траймер и «Стиль Бартока» Е. Лендваи².

Лендваи видит только две возможности развития современной музыки, только два направления: классическую мажоро-минорную систему и додекафонию. Чувствуя тональную устойчивость музыки Бартока и не видя ее народной ладовой основы, Лендваи пытается примирить эти «единственные две диаметрально противоположные системы» через квинтовый круг. Для этого он делит квинтовый круг геометрическим путем на три равные «арки» (тоническую, субдоминантовую и доминантовую), в каждой по четыре звука, составляющих уменьшенный септаккорд, при двух тритоновых связях, допускающих взаимную замену (два тритона уменьшенного аккорда).

Лендваи почувствовал значительность тритона в музыке Бартока (единственный раз допустив здесь фольклорное влияние), но воспользовался им лишь для механического расширения функций, видя в этом историческую роль Бартока. Классические Т, S и D расширены до уменьшенных септаккордов, все двенадцать звуков квинтового круга охвачены полностью. «Гармония Бартока не является чем-то совершенно новым.

_________

¹ Термин «восточноевропейская народная музыка» заимствован из статей и докладов Бартока. Композитор обозначал им музыку народов Восточной Европы, которую он собирал и изучал. Это по преимуществу венгерский, румынский, западноукраинский, болгарский фольклор. Русский сюда не входит.

² R. Тгaimеr. Bela Bartoks Kompositionstechnik dargestellt an seinen sechs Streichquartetten. Regensburg, 1956; E. Lendvai. Bartо́k sztilusa. Budapest, 1955.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка