3 Анжела Арутюнян

Голос человека почти всегда соответствует его характеру, его темпераменту. Но так, как жизнерадостность и непосредственность отражаются в пении Анжелы Арутюнян, бывает редко; голос ее разливается колокольчиком, искрится, впечатляет какой-то особенной полетностью. Именно благодаря этому певица сразу располагает к себе.

Анжеле посчастливилось: в первые годы работы в театре ее наставником оказался маститый режиссер А. Гулакян. Это он увидел и «услышал» ее дарование; первый поверил, что начинающая певица может стать, ну, скажем, для начала Маргаритой (в «Фаусте» Гуно). А ведь выбор был довольно рискованный; не всякой опытной певице по плечу столь трудная партия. Все же Гулакян оказался прав. Дебютантка продемонстрировала значительное вокально-техническое мастерство. Она очень легко спела довольно трудную в техническом отношении «Арию с жемчугом», а в сценах смерти Валентина и в темнице показала незаурядное актерское дарование. Впечатление от драматических, эмоционально насыщенных сцен осталось сильное. Очевидно, именно поэтому через год (к тому времени Анжелу уже зачислили в труппу театра) тот же Гулакян ввел ее в «Отелло».

Дездемона — сложнейшая партия сопранового репертуара. Вокальные трудности ее усложняются тем, что образ в своем развитии охватывает широкий диапазон самых разнообразных эмоций. Певица не только преодолела трудности, но в некоторых сценах как в вокальном, так и в актерском отношении достигла большой выразительности.

Естественность, сердечность присущи артистическому дарованию Арутюнян. Это бесспорно помогло певице раскрыть образный мир Дездемоны в первых двух актах; зато в дальнейшем ей потребовалось мобилизовать все свое мастерство — актерское и певческое, чтобы в сцене с Отелло, в большом ансамбле (третий акт), а также в финале передать тяжелые переживания героини и ее трагический конец.

Исполнение этой партии показало, что в театр пришла щедро одаренная и многогранная певица-актриса.

Следом за Дездемоной Арутюнян создает множество самых разнообразных вокально-сценических образов. Тут и лирико-колоратурные — Олимпия («Аршак II» Т. Чухаджяна), Оскар («Бал-маскарад»), и лирические — Арцвик («Костер» Ю. Геворкяна), Антония («Сказки Гофмана»), и лирико-драматическая Венера («Тангейзер»). Она долго и увлеченно работает над партией Марии («Вестсайдская история» Л. Бернстайна), правда еще не увидевшей свет рампы в интерпретации певицы.

И все же именно Магда Сорель («Консул» Д. К. Менотти) — вершина творчества Анжелы Арутюнян на сегодня. Здесь она достигла небывалого до того единства средств выражения, необычайной цельности образа. (Не случайно Магда Сорель принесла певице премию Армянского театрального общества за лучшую женскую роль года!) К тому же эта работа очень укрепила ее речитативно-декламационное мастерство, обогатила палитру тембровых красок. К этой партии певица как бы готовилась на протяжении всей предыдущей деятельности в театре, и каждый из созданных сценических образов одарил ее Магду чем-то очень необходимым, важным, без чего роль не смогла бы оказаться столь многоплановой, рельефной.

Анжела Арутюнян принадлежит к той категории оперных певиц, которые постоянно дорабатывают партию-роль, совершенствуя ее от спектакля к спектаклю. В поисках более глубокого, более логичного решения пересмотру подвергается все — от вокальной фразировки до грима и костюмов.

Надо отметить, что это же неугасимое стремление к совершенствованию привело Анжелу в аспирантуру Ереванской государственной консерватории имени Комитаса, которую она блестяще закончила под руководством профессора Т. Сазандарян.

Популярность Арутюнян как концертной исполнительницы началась задолго до поступления в оперный театр. Еще в

В роли Маргариты...

студенческие годы она часто выступала в зале Союза композиторов Армении с исполнением новых произведений. Пела много в филармонии, по радио. Постоянная работа над камерным репертуаром увенчалась успехом, в 1964 году ей присуждают вторую премию и звание лауреата Всесоюзного конкурса вокалистов имени Мусоргского.

Певица часто выезжает на гастроли. Выступает в оперных театрах, дает сольные концерты в ряде городов страны.

Ныне Анжела подготовила партию Марфы (и с успехом провела ее) и концертную программу из произведений армянских композиторов. Любители музыки не сомневаются, что эта программа явится новым творческим успехом талантливой певицы.

К. Маркосян

Эта музыка скоро зазвучит на концертных эстрадах Армении и, надо надеяться, за пределами республики. А пока...

В пустом зале Союза композиторов Армении впервые сливаются воедино голоса нового сочинения. Дж. Тер-Татевосяна. Квартет № 2. Каждая из его четырех частей предоставляет одному из инструментов классического квартетного состава широкую возможность сольного высказывания.

От виолончели в первой части — к первой скрипке в финале, от густых глубоких тонов — к парящим светлым высотам... Музыка эта изящна, порой прихотливо-капризна, изменчива. Есть в ней что-то неуловимое, ускользающее... И неизменно ощутим лишь тонкий аромат национального, терпко-армянского... Пройдет немного времени, и мы услышим на концертных эстрадах новое сочинение Дж. Тер-Татевосяна.

Среди участников Дней армянской культуры, прошедших в Москве с большим успехом, была известная у нас в стране и за рубежом армянская виолончелистка Медея Абрамян. Ее выступления в столичных концертных залах, равно как и в клубных аудиториях, а то и просто на предприятиях (вот и публикуемый снимок сделан во время поездки Медеи вместе с группой армянских музыкантов на одну из московских фабрик) неизменно встречали самый теплый прием у публики.

Наш корреспондент попросил талантливую исполнительницу рассказать о ее творческих планах. Она охотно согласилась и сообщила следующее:

— Прежде всего, как и большинство советских музыкантов, я стремлюсь принять активное участие в праздновании 50-летнего юбилея Великого Октября. Предполагаю в юбилейном году исполнить виолончельные сонаты К. Хачатуряна и Э. Мирзояна, а также концерт другого моего соотечественника, проживающего в Таллине, Б. Парсаданяна.

Основной своей задачей я считаю пропаганду произведений армянской музыки как в нашей стране, так и за рубежом. Во время недавней поездки по Болгарии я играла там концерт А. Бабаджаняна и посвященную мне Сонату для виолончели соло А. Худояна.

Своих земляков я стремлюсь обычно знакомить с новинками. Это, конечно, очень заманчиво, но и трудно. Ведь нет сложившихся традиций исполнения, и вся за интерпретацию падает на первого исполнителя.

Более отдаленные замыслы?

Думаю приготовить концерт Б. Чайковского, Фантазию для виолончели с оркестром П. Владигерова, вывести, наконец, на эстраду многие миниатюры армянских композиторов. И еще: хочу познакомить музыкальную общественность Еревана с очень интересным сочинением — Джаз-каприччио современного чешского автора Я. Новака.

Артисты балета

Преданный театру

Вануш Ханамирян... Едва ли найдется в Армении человек, кому не знакомо это имя. Стоит лишь напомнить о легендарные героях — Давиде Сасунском, Спартаке, воссозданных замечательным артистом.

В семье отца — ереванского рабочего — не предрешали артистической карьеры Ваника. Профессия шофера считалась серьезней и надежней. Но, вопреки всему, юношу влекло к театру. Вануш любил танцевать, балет был его истинным призванием, его мечтой.

Академический театр оперы и балета имени Спендиарова стал для него вторым домом. Здесь он встретил добрых наставников и друзей, прошел школу большого мастерства. В зале театра встретился он с горячо полюбившими его зрителями, за партии, исполненные в спектаклях театра, был удостоен наград и званий. Нужно было самозабвенно любить искусство, любить музыку, балет, чтобы суметь взять от театра так много (причем за короткий срок), как Ханамирян.

Столь щедро одаренные артисты обычно «заявляют» о себе быстро. Яркое, самобытное дарование сразу приковывает внимание. Ханамиряна «открывали» все, кто работал с труппой театра,— В. Бурмейстер, И. Арбатов, Л. Лавровский, выявляли в нем все новые черты, новые грани богатой артистической натуры.

Первой его «приметила» ленинградский балетмейстер Н. Анисимова, приглашенная в Ереван для постановки «Гаянэ» в 1947 году. Молодому танцовщику она поручила первую небольшую сольную роль курдского юноши Нерсо. Огненный темперамент, одержимость молодости отличали его исполнение. Вероятно, не проходило ни одного сезона, в котором он ни станцевал бы чего-то нового. Зигфрид («Лебединое озеро»), Вацлав, Гирей, Нурали («Бахчисарайский фонтан»), Синбад («Шехеразада»), Абдурахман («Раймонда»), Давид («Хандут»), Арамэ («Мармар»), Азат («Севан»), Сако («Лореци Сако»),

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

3

Анжела Арутюнян

В роли Маргариты...

Артисты балета

Преданный театру

Содержание