Все основные темы в опере экспонированы в первой половине первого акта. Далее идет их развитие (исключая начало второго акта — хор и песня Девушки, где вводится новый мелодическим материал, не используемый впоследствии). Такое строгое экспозиционное «выдвижение» тем и их дальнейшая интенсивная разработка, а затем реприза-эпилог, конечно, напоминают компактную композицию квартета «в увеличении». Что ж, подобное пристрастие к единому творческому принципу в построении сочинений кажется мне заслугой автора (если, конечно, при этом сочинения подлинно художественные).

Квартет имел успех и у коллег композитора, и у публики. Будем надеяться, что та же судьба постигнет оперу. Многое здесь, конечно, будет зависеть от постановки, которую осуществляет на сцене Ереванского театра оперы и балета имени Спендиарова режиссер Московского театра имени Станиславского и Немировича-Данченко Л. Михайлов.

Ж. Бадалян

Физики — тоже лирики

«Физики» — это балет Степана Шакаряна, который готовится к постановке. Мало что поэтому можно сказать о нем. Однако, держа в руках партитуру и сценарий Тороса Искударяна и Максима Мартиросяна (он же и балетмейстер), попытаемся все же представить читателю это новое сочинение.

Тема балета обычна. Воплощение средствами искусства романтики повседневного труда — это замечательная традиция, которой вот уже полвека следует советское искусство. А вот сюжет, избранный авторами, редок для балетного жанра. Герои произведения — молодые ученые. Но ведь «ученость» не костюм; как передать ее средствами хореографии? Как воплотить в пластике неустанную работу интеллекта, столь мало проявляющуюся внешне? А между тем одна из важных драматургических кульминаций будущего спектакля — своеобразная моносцена, призванная отобразить... постижение научной истины. Сколь многое зависит здесь от балетмейстера! И сразу же хочется без финальной или кодовой официальности пожелать Мартиросяну успеха в трудном и необычном деле.

Сложны взаимоотношения между Ванчем, Суреном, Заруи и Шушан. Их, казалось бы, объединяет общее дело, которому они служат. Но Сурену не дает покоя зависть к талантливому Ванчу. На фоне ее бледнеют даже такие конфликты, как неразделенная любовь Заруи к Сурену и Ванча к Заруи. Не удивительно, что эта вторая сюжетная линия не получает в балете достаточно широкого развития. Цель нового произведения — обнажить моральный конфликт Ванча и Сурена. Кстати, такая пара характеров уже не раз встречалась: любящий науку в себе и любящий себя в науке. Но это лишь еще более подтверждает, что тема балета Шакаряна актуальна и органична.

Балет состоит из семи картин и завершается эпилогом. Действие стремительно развертывается от одного драматического акцента к другому, что придает не камерному в общем-то сочинению известную лаконичность.

... Первая катастрофа в лаборатории: погибла аппаратура, и друзья лихорадочно ищут выход.

... Встреча Ванча и Заруи. Девушка, спешившая на свидание к Сурену, узнав Ванча, со смехом убегает.

... Ванч в лаборатории. Смех Заруи и здесь преследует его. Он пытается работать, но не может сосредоточиться. Перед ним возникает кошмарное видение — шагающих, надвигающихся на него циркулей. Усилием воли Ванч прогоняет наваждение. Напряженный труд завершается успехом — необходимое решение найдено.

... Друзья искренне поздравляют Ванча с успехом. Лишь в душу Сурена закрадывается зависть.

... Новая катастрофа: гибель уже готовой аппаратуры — дело рук Сурена.

«Физики... Их умы — точно организованная материя. А что в их душах?..» — об этом, наверное, думает Степан Шакарян.

... Эпилог: трое друзей — Ванч, Заруи и Шушан — с черными повязками на глазах поднимаются по ярко освещенному проспекту...

Некоторая декларативность сюжета преодолевается в музыке. Здесь нет и следа дивертисментности, все подчинено целому. Музыкальной драматургии балета свойственны четкость и рельефность линий, яркость лейттем. При всей лаконичности и необходимой сдержанности, эта музыка пронизана большой внутренней экспрессией, она от начала и до конца искренна и человечна.

Меткая, броская тема характеризует разрушающиеся аппараты (есть и такая, и вероятнее всего появление ее связано с наметившейся сейчас тенденцией «очеловечивания» машин, а здесь, где аппараты «действуют» заодно с человеком, помогая ему, как верные друзья, это наиболее уместно). Интересна тема отчаяния, с ее строгой, внутренне напряженной «отчеканенностью».

Трогательный образ тоскующей, смятенной девушки создает, при всей своей эпизодичности, небольшая музыкальная характеристика Заруи. Но особенно впечатляет музыкальное воплощение главных героев балета. Музыка рисует убедительный образ серьезного, искреннего, благородного человека, в котором подчеркивается в первую очередь его сила воли. Музыка же создает и выразительный портрет человека слабого, неспособного выстоять в душевной борьбе, победить себя. Это, пожалуй, самый сложный характер, и уже от исполнителей будет зависеть — превратить ли его в элементарный антипод, что «светит» лишь отраженным светом, или раскрыть его во всей сложности, может быть, даже обогатить по сравнению со сценарием. Драматургический «вес» конфликта мужских характеров выдвигает произведение Шакаряна в число тех немногих балетов, где задуманы развитые партии для мужчин-танцовщиков.

Есть в произведении и интересные находки в области выразительных средств. Среди инструментов — даже магнитофон, воспроизводящий смех Заруи. Причем за счет повышенной реверберации создается эффект волнового распространения звука, эффект, широко применяющийся в кино и ряде других искусств, но впервые, кажется, появившийся в нашей балетной музыке.

Своеобразное ощущение покоя после кошмарного видения Ванча создает восходящее глиссандо арф с замиранием и рассеиванием звучания. Пользуется композитор и отдельными приемами симфоджаза.

... Трудно, повторяю, вывести окончательное суждение о хореографическом произведении до того, как оно получит сценическое воплощение. Одно можно сказать с уверенностью — балет обещает быть интересным.

М. Берко

Дарование интересное, многообещающее

Тиграну Мансуряну — композитору живется совсем не просто.

С первых же творческих опытов и до сих пор (он окончил Ереванскую консерваторию два года назад) обращает на себя внимание зачастую удивительная несхожесть его сочинений — свидетельство непрерывных поисков в стилистике, в средствах выразительности. Впрочем, поиски — это еще мягко сказано. Мансурян — в непрерывном брожении и время от времени «категорически» отрицает уже найденное.

Такой хронический процесс мог бы насторожить, даже вызвать сомнения в творческих возможностях автора, если бы не одна простая и убедительная вещь. 28-летний композитор создал ряд ярких сочинений, свидетельствующих о своеобразном и незаурядном даровании. И при всей, порой, внешней неустойчивости, иногда неумении логично «распорядиться образами», всегда очень определенно ощущается его индивидуальность — в самих образах, в отборе впечатлений, в общей настроенности музыки. И она, эта индивидуальность, интересна.

Биографии композиторов обычно укладываются в несколько строк журнальной сноски под статьей. Но в данном случае детство и отрочество не просто начальная страница жизни. Она и необычна, даже несколько экзотична, и вместе с тем типична для многих армян.

Тигран Мансурян — репатриант. Родился в 1939 году в Бейруте (Ливан). Музыкой не занимался. В восьмилетием возрасте переселился с родителями в Советскую Армению — поначалу просто в маленькое село. Здесь был клуб, а в клубе — единственное на всю окрестность пианино. Тигран начал свое общение с музыкой решительно: стал сочинять.

Хотя со словом «самоучка» у нас сейчас ассоциируются очень далекие времена, но факт: Мансурян — самоучка. Знания приобретались случайно, хаотично. Тогда диезы и бемоли выставлялись вместе. Открытие того, что существует басовый ключ, стало волнующим событием...

Очевидно, сложившаяся в те годы привычка до всего доходить самому, нелегко завоеванное право на музыку, уверенность в том, что только она — дело жизни, во многом определили характер Мансуряна и продолжают играть немалую роль во всем его облике.

Систематическое профессиональное обучение началось в 17-летнем возрасте с поступлением в Ереванское музыкальное училище в класс композиции Э. Багдасаряна. С учителями молодому

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Ж. Бадалян

Физики — тоже лирики

«Физики... Их умы — точно организованная материя. А что в их душах?..» — об этом, наверное, думает Степан Шакарян.

М. Берко

Дарование интересное, многообещающее

Содержание