тальном ансамбле). Голоса гоже будто воспроизводят группы инструментов эстрадного оркестра. Такие, казалось бы, незначительные нововведения настолько сильно подчеркивают гедонистический характер музыки, что мы, как по заклинанию волшебника, оказываемся в мире легкого жанра. Правомерна ли такая метаморфоза? Не берусь давать сейчас окончательный ответ. Время покажет. И уж раз рубикон перейден, надо искать, куда идти дальше (пока что в прозвучавших на пленуме хоровых опусах В. Каминского и Р. Паула не ощущалось ничего, кроме безмятежного довольства, и в этом смысле они мало чем отличались друг от друга.) Стоит подумать о том, чтобы использовать здесь более яркие средства музыкальной характеристичности; может быть, эстрадной трактовке следует противопоставить традиционные — хоровой или другие виды пения. Во всяком случае нельзя проходить мимо этих экспериментов. Они могут сыграть положительную роль в оживлении традиций хорового пения, особенно среди молодежи и школьников. Разумеется, речь не идет о том, чтобы вся хоровая музыка встала на путь эстрады, но появление принципиально новых приемов часто заставляет заново пересмотреть и сильные стороны уже сложившихся традиций.

Пленум вызвал размышления о будущем нашего исполнительства. Ядро хоровой самодеятельности в Латвии сегодня составляют так называемые народные хоры. Это сильные и в художественном, и в организационном отношении коллективы, которые могут справиться с задачами, определенными специальным «Положением»¹. Число таких хоров в реслублике сейчас достигло 22 (все они принимали участие в пленуме, выступая каждый не менее чем с двумя новыми номерами), более десяти хоров претендуют на то же звание. Пленум показал, что сегодняшнее состояние хорового творчества отстает от возможностей хоровых коллективов и не создает достаточно благоприятных условий для их дальнейшего роста. Их репертуарные требования удовлетворяются только количественно, чего нельзя сказать о тематике. А главное, нашей музыкальной самодеятельности в значительной степени по вине композиторов грозит опасность однобокого эстетического развития. (Не секрет, что наши самодеятельные певцы по уровню художественного сознания уступают, скажем, рядовым посетителям симфонических концертов.) Для того чтобы избегнуть этой опасности, следует по возможности расширить стилистический диапазон репертуара, в первую очередь за счет лучших образцов современной хоровой литературы разных народов. Думается, что лучшие коллективы могли бы освоить произведения разных эпох, не только классику XIX века, духом которой и без тоге наполнена вся наша хоровая музыка, но и сочинения ренессанса, барокко (кстати, они подчас технически легче, чем музыка XIX и XX веков). Знакомство с разными музыкальными стилями сделало бы их работу художественно более полноценной. В некоторых странах с развитой музыкальной культурой хоровая самодеятельность уже приняла такое направление. И, если мы не последуем их примеру, путь на международные конкурсы нам закрыт. Между прочим, стилистическое однообразие репертуара уже сейчас было причиной того, что на пленуме песни других народов в исполнении отдельных хоров прозвучали гораздо слабее.

Попутно возникает вопрос: почему у нас в стране не бывает межреспубликанских конкурсов хоров? Таковые не проводятся даже между республиками Прибалтики, хотя приблизительно одинаковый уровень развития хорового искусства и общие традиции создают самые благоприятные условия для творческого соревнования. Да и в масштабах всей страны хоровая самодеятельность настолько выросла, что ей доступны куда более серьезные формы художественных контактов, нежели проводимые в порядке обмена опытом дружеские и официальные встречи. Хотелось бы со страниц журнала призвать руководителей республиканских хоровых обществ к большей инициативе.

Ратуя за более широкий стилистический диапазон репертуара, автор этих строк горячо поддерживает высказанную Конен мысль о том, что одна из наиважнейших предпосылок для роста хоровой культуры — «...широкое и серьезное культивирование на концертной эстраде шедевров зарубежной хоровой классики — не только Баха и Генделя, но и композиторов, творивших в пору величайшего расцвета хорового искусства». Считаю, что латышская хоровая самодеятельность достаточно подготовлена для решения такой задачи: сегодня во главе всех народных коллективов стоят музыканты с консерваторским образованием. Одновременно с расширением эстетического кругозора дирижеров и хористов повыси-

_________

¹ Согласно «Положению о народных хорах» каждый из них должен участвовать не менее чем в 15 концертах за год, из которых 4–5 должны быть самостоятельными. За год следует изучить не менее 12 новых песен. Исполнители обязаны посещать занятия по вокальному мастерству, теории музыки. Репетиции проводятся не реже трех раз в неделю.

_________

¹ См. уже упоминавшуюся статью.

лись бы и требования к творчеству. Может быть, тогда композиторам было бы легче разорвать узы стилистического однообразия, обрести более широкий взгляд на возможности хоровой музыки и, главное, приблизить эту музыку к ее специфической миссии — выражать «нечто более высокое и обобщенное, чем личные переживания героя», всегда находить «новую сферу углубленной и возвышенной мысли, сохраняя свою характерную выразительность».

С. Павлишин

Харьковчане выходят вперед

Чем шире круг людей, знакомящихся с новым явлением искусства, тем больше вероятность, что оно получит максимально объективную оценку. К сожалению, на пленуме композиторов Харькова, состоявшемся в январе с. г., массовый слушатель почти отсутствовал. При бесплатном входе наполовину пустовали не только концертные залы, но и оперный театр. Создавалось впечатление, что, кроме композиторов и музыковедов, сюда заглядывали только случайные прохожие. Может быть, это произошло из-за плохой организации? Или из-за слабого, неинтересного исполнения? Отнюдь нет. Концерты проходили строго по программе (за исключением отдельных неизбежных перестановок). А исполнение во многих случаях было просто превосходным. Необходимо особо отметить солиста оперного театра Н. Манойло — подлинного энтузиаста, талантливого исполнителя советской вокальной музыки разных жанров. В большой степени это относится также к Н. Суржиной, пианисту М. Сечкину, квартетам Харьковского института искусств и филармонии, камерному оркестру музыкальной десятилетки. К сожалению, далеко не на высоте оказался оркестр Харьковской филармонии¹. Весьма ощущалось и отсутствие в городе на протяжении нескольких последних лет профессиональной хоровой капеллы.

Малочисленность публики нельзя объяснить и качеством музыки. Ведь прозвучали в основном новинки, о которых слушатели ничего не могли знать заранее. Остается единственная реальная причина: видимо, в Харькове до сих пор не ведется систематическая работа по воспитанию у широкой аудитории интереса к советской симфонической и камерной музыке. А ведь город располагает для этого, казалось бы, всеми условиями — есть и оперный театр, и филармония, и Институт искусств, есть, повторяю, немало отличных исполнителей. Не верится, например, чтобы выступления камерного оркестра музыкальной школы не слушали с интересом дети, чтобы хорошие певцы не взволновали рабочую аудиторию...

Итак, творчество харьковских композиторов оценили в основном музыканты. Оценили, надо признать, довольно дружно, а если и возникали разногласия, в основном по поводу произведений молодежи, то это лишний раз убеждает в том, что творчество ее вызвало активный интерес участников пленума. Следует отметить объективность критических замечаний, общий высокий профессиональный уровень дискуссии, в которой участвовали музыканты Харькова, Киева, Москвы, а также литераторы и работники театра.

Но перейдем к главному — к произведениям, прозвучавшим на пленуме. Программа его, посвященная 50-летию Советской власти, выглядела достаточно солидно — почти неделю продолжались концерты и спектакли (по два прослушивания в день). И основания для такого широкого показа были (пусть некоторые произведения и не заслуживали того, чтобы их включали в программу, но на их место нашлись бы другие из прослушанных нами в записи либо вообще еще не исполнявшихся).

Количественно харьковская композиторская организация самая большая на Украине после киевской. Конечно, это не может решать вопроса о качестве творчества, но очень важно, что здесь равноценно представлены все три поколения композиторов: старшее (Д. Клебанов, В. Борисов, В. Нахабин, М. Тиц, П. Гайдамака и другие), среднее (такие, как И. Польский, И. Ковач, М. Карминский, Н. Юхновская) и младшее (В. Губаренко, В. Золотухин, В. Бибик, Л. Шукайло). Важно и то, что молодежь последнее время очень активно проявляет себя. Это уже дало заметные и интересные результаты.

Подводя итоги пленума, радуешься прежде всего широкому охвату представленных на нем жанров (от оперы, балета, симфонии до инструментальных пьес и песен).

Если попытаться найти общее в показанных произведениях, то это будет, пожалуй, стремление воплотить дыхание современности в образах драматических, конфликтных. Процесс этот включает в себя как бы два этапа. Харьковские композиторы активно усваивают лучшие достижения современной музыки (в основном в жанрах симфонии и квартета) — творчество Шостаковича, Прокофьева, Орфа, Бартока, Онеггера. Эти достижения они стремятся соединить с украинской национальной основой, «осовременивая» ее

_________

¹ Невысокий исполнительский уровень этого коллектива во многом объясняется низкими ставками, отсутствием жилья для оркестрантов, что затрудняет возможность пополнить его состав квалифицированными кадрами.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

С. Павлишин

Харьковчане выходят вперед

Содержание