вперед, каждое мгновение направляющий руку композитора в борьбе с материалом, из которого он лепит.

Ведь партитура финала тоже была переписана трижды. Вот первый вариант, написанный в лаконичной, типично бетховенской манере:

Почему композитор отбросил этот вариант? Он как будто бы удовлетворяет всем требованиям. Но нет, композитор явно почувствовал, что он слишком обрывист; и поэтому поступил правильно, написав второй вариант финала, который звучит дольше, отличается большим благородством, большей романтичностью величественностью. Получилось вот так:

Теперь автор почувствовал, что такой вариант слишком длинен, слишком претенциозен, слишком величествен. Такой вариант не вписывался в композицию всей части, главное качество которой — скромное, сжатое, экономное выражение наивысшей силы. И тогда Бетховен попробовал еще раз написать финал, и на этот раз он удался. Но до чего же странно убедиться в том, что третий вариант еще короче первого, — он еще более внезапен.

Таким образом, вы можете видеть теперь, в какой мучительной борьбе пришел композитор к столь совершенной простоте: оказывается тревоги, связанные с первым вариантом финала мучили композитора не потому, что он слишком короток, а потому, что он еще недостаточно короток. И так Бетховен пришел к третьему финалу, естественному, как дыхание, как дождь. Таким мы и слышим его сегодня:

Так Бетховен закончил свое симфоническое путешествие только в одной части. Представьте себе целую жизнь, полную такой борьбы, часть за частью, симфония за симфонией, соната за квартетом, за концертом. Всё новые попытки, и долой их в постоянном стремлении к совершенству, к осуществлению принципа непреложности. Где-то здесь ключ к тайне большого художника: по никому не ведомым причинам он всю энергию и жизнь отдает за то, чтобы прийти к убеждению, что одна нота следует за другой неизбежно. Странно, скажете вы, стоит ли тратить на это целую жизнь? Нет, не странно, если мы понимаем: композитор, делая это, приводит нас к финишу с ощущением того, что есть в этом мире что-то настоящее, не вызывающее сомнений, верное во всем, следующее своим, твердо установленным законам, что-то, что никогда не подведет нас, чему мы можем твердо верить.

Перевела с английского В. Чемберджи

Советская музыка и музыканты на эстрадах и сценах мира

В ЧЕСТЬ ЛЕНИНСКОГО ЮБИЛЕЯ

Широкий показ советского музыкального искусства состоялся в Болгарии на фестивале, посвященном 100-летию со дня рождения В. И. Ленина. Около пятидесяти концертов советской музыки прошло в конце минувшего года в Софии, Пловдиве, Русе, Габрово, Варне и других городах — то есть одновременно почти по всей стране. Этот праздник был организован Комитетом искусства и литературы, Союзом болгарских композиторов и Комитетом общества болгаросоветской дружбы. В нем приняли участие симфонические, камерные и эстрадные коллективы страны, хоры, ансамбли песни и танца, выдающиеся дирижеры и солисты.

Торжественно прошло открытие фестиваля в Софии, о котором возвещали яркие транспаранты на улицах и площадях, красочные плакаты, художественно оформленные афиши и программы с оригинальной фестивальной эмблемой, многочисленные статьи в газетах и передачи по радио и телевидению. С приветственным словом выступил председатель Союза болгарских композиторов Филип Кутев; от Союза советских композиторов ответное слово произнес секретарь СК РСФСР Б. Чайковский. Симфонический оркестр Софийской государственной филармонии под управлением Васила Стефанова открыл фестиваль музыкой С. Прокофьева: прозвучали «Классическая» и Седьмая симфонии и Третий концерт для фортепиано с оркестром (солист Я. Зак).

Выдающимся событием стало первое исполнение в Болгарии Четырнадцатой симфонии Д. Шостаковича. Камерный оркестр, руководимый Василом Казанджиевым, солисты Милкана Николова и Павел Герджиков произвели своей интерпретацией незабываемое впечатление; в вокальных партиях, спетых на русском языке, предельно выразительно было передано каждое слово. Артистам оказалась подвластна философская значительность произведения. Слушатели отметили блестящее владение ритмом, тонкость фразировки, богатство тембровой нюансировки. Прозвучали и другие произведения Шостаковича — Прелюд и Скерцо ор. 11 и Первый концерт для фортепиано с оркестром (солировал Антон Диков). Думается, что приезд в Советский Союз камерного оркестра под управлением В. Казанджиева с участием прославленных болгарских певцов мог бы представить большой интерес для наших слушателей. Из других концертов в Софии осталось в памяти выступление Симфонического оркестра Болгарского радио и телевидения, программа которого состояла из Четвертой симфонии Д. Кабалевского, Концерта для оркестра А. Эшпая и Первого концерта для скрипки с оркестром Д. Шостаковича (дирижер Александр Владигеров, солистка Н. Школьникова). Наиболее близким артистической индивидуальности дирижера оказался Концерт А. Эшпая, исполненный с большим темпераментом и блеском.

Поездки в Бургас, Сливен, Ямбол, Габрово дали возможность познакомиться с музыкальной жизнью промышленных районов Болгарии. На концертах в этих городах меня просили сделать вступительное слово и аннотировать произведения А. Хачатуряна, Г. Свиридова, Б. Чайковского и Г. Канчели (симфония Г. Канчели и концерт для скрипки Б. Чайковского исполнялись впервые). Симфонический оркестр Бургасской филармонии под управлением Ивана Вульпе, систематически занимающийся пропагандой советской музыки, успешно справился с большой, разнообразной и сложной программой. Конечно, большое значение имело и то, что Г. Канчели и Б. Чайковский присутствовали на репетициях и работали с дирижером.

Когда слушаешь отечественную музыку за рубежом, в новом исполнении, в незнакомой аудитории, ее воспринимаешь острее и относишься к ней взыскательнее. Успех Скрипичного концерта Б. Чайковского в дни болгарского фестиваля укрепил уверенность в том, что это произведение — одно из значительных достижений советского симфонического творчества последних лет. Немалую роль в этом успехе сыграло и прекрасное исполнение В. Пикайзена, которому автор посвятил свое сочинение.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

В ЧЕСТЬ ЛЕНИНСКОГО ЮБИЛЕЯ

Содержание