Выпуск № 5 (390) | 1971 - страница 13

сама соткала тот хореографический узор, что ожил на экране, сама продиктовала залихватским парням в разноцветных шелковых русских рубахах и веселым, чуть кокетливым девчатам их движения и жесты, их пластику, в которой отразился глубоко национальный характер.

Любопытно, что в этой пластике (как и в музыке) нет и намека на стилизацию под русский народный танец. Это он сам и есть, но сегодняшний, живой — и потому несущий в себе сплав традиционных коленец национального перепляса и дерзкой, проникнутой иронической насмешливостью (а ее немало в музыке!) грации, естественной для нашего современника. Сплав этот органичен, а главное, абсолютно созвучен музыке, ее характеру, ритму, эмоциональному настроению.

Хореографы — авторы фильма бесспорно обладают свежестью и яркостью пластического мышления. Может быть, потому, что обладают, прежде всего, отличной музыкальностью.

Еще один фильм — удача, на сей раз не опера и не балет, а телеповествование на основе оригинальной партитуры. Это обработка русской народной свадебной песни «Не было ветру…», которая и дала название фильму. Музыку для него написал Н. Сидельников⁴.

По всей видимости, об этой ленте нужно писать отдельную статью, включающую в себя детальный анализ приемов развития материала, к которым обращается композитор в этой работе, отмеченной подлинным вдохновением, мастерством и, главное, глубоким пониманием и своеобразным толкованием первоисточника — народной песни.

В древний русский свадебный напев композитор вдохнул остро современную идею, прочертив линию, связывающую драму предков наших с трагедией времен Великой Отечественной войны. На экране — современники, сельские парень и девчонка, переживающие лучшую пору своей жизни, а рядом — женщина в черном вдовьем платке, вспоминающая, как однажды встретила она у околицы родного села печальным шагом бредущего коня без всадника. И музыка усиливает и символизирует этот контраст, безгранично расширяя пределы телекадра, словно вскрывая многовековые напластования судеб народных. Так она выполняет высшие свои функции.

Ю. Владимиров в хореографической миниатюре «Озорные частушки»

В фильме «Не было ветрý…» нет текста. И это, может быть, главная удача его авторов. Потому что любое, даже самое поэтическое слово, конкретизировав ситуацию, в данном случае снизило бы ее эмоциональное воздействие. Трагедия беспечной юности, унесенной войной, разрушенного счастья, не нуждается в словах, когда есть звуки и кадр. …В дымной пелене бредет усталый конь, и в полной тишине, словно сковавшей землю, слышен лишь скрип — будто стон — криво подвешенной калитки, напрасно ожидающей крепких хозяйских рук. Вот так — по-современному, антивоенно — трактуют композитор, режиссер и оператор, казалось бы, неприхотливую и очень древнюю народную песню, вновь и вновь подтверждая неумирающую силу образов фольклора.

Совсем иной фильм — «Тимоня»⁵. В основе его — партитура, созданная не композитором-профессионалом, а самим народом, вернее, частицей его, составляющей колхоз имени 50-летия Октября Суджанского района Курской области. Фильм этот — документален и снимался, как говорится, «на натуре». На экране — участники сельской художественной самодеятельности. Текста почти нет, и здесь он, опять-таки, не нужен.

Крупным планом видим мы лица поющих, танцующих, играющих. И без слов ясно, сколь много вдохновения вложено в эти песни и танцы,

_________

⁴ Автор и режиссер X. Арая, художник М. Ромадин, оператор В. Шаров.

⁵ Сценарий Т. Богдановой и В. Голованова, режиссер Т. Богданова, оператор Р. Шпаклер.

с каким искренним увлечением и полной самоотдачей творят сельские артисты.

Удивительно просто и органично развертывается действие фильма. Собственно, действия как такового тоже нет. Будто не вторгались в естественное течение народного празднества режиссеры, операторы, сценаристы. Нет и деления на главных и второстепенных персонажей. Авторы ленты с любовью показывают нам каждого участника инструментального ансамбля или массового танца, они явно любуются каждым, любуются и восхищаются неброским мастерством, безыскусностью и органичностью человеческого творчества. И вместе с авторами любуемся и мы.

…Вот перед танцем обряжают невесту. Долго, медленно, тщательно сооружается сложный головной убор. Телекамера зорко следит за каждой складкой шелкового платка, за каждым узелком хитрого сплетения лент. Дышат, радуют предметы в этом фильме.

Лица, лица, лица… Ни один профессиональный артист не сумел бы сохранять столь индифферентное выражение глаз в ту минуту, когда ноги ходят в прямо-таки виртуозном танце. А народный танцор — ему будто вовсе не трудно все это. И потому — отсутствующий, словно незаинтересованный вид.

Только кино- и телекамера способна привести миллионы зрителей в небольшое, затерявшееся в просторах России село. И уже в этом — огромная познавательная и этическая ценность ленты.

Еще один фильм, автор которого сумел без помощи слов, оперируя лишь звуковыми и зрительными образами, поведать о прекрасном и великом акте творчества. Это фильм молодого литовца Валдаса Якнюнаса (совместившего талант сценариста и режиссера-постановщика) «Интродукция»⁶. Снимались в нем юные музыканты — воспитанники Вильнюсской школы искусств имени Чюрлёниса.

Тема ленты — очень сложная и деликатная. Деликатная потому, что очень легко неточным словом, неудачным выражением разрушить хрупкий замок того поэтического мира, куда вводит нас строгая, благородная музыка Баха, Генделя, Гайдна, Вивальди. А именно она и звучит на протяжении всего фильма и поразительно органично сочетается с чистыми глазами ребят, с высоким небом, с широкими просторами литовской земли и даже с милыми, подчас наивными детскими рисунками.

Музыка и точно выстроенный зрительный ряд. Они создают глубокие комплексные образы, помогающие проникнуть в ту лабораторию, где творится сокровенное и таинственное — вдохновенное искусство. Они рассказывают о том, как сложен и многозначен внутренний мир ребенка — курносого десятилетнего школьника, сосредоточенно отстукивающего обутой в кеду ногой сложный ритм баховской сарабанды. А вот только что бездумно озорничавший мальчишка судорожно всхлипывает и утирает слезы: он уже познал горечь творческой неудачи.

В финальных кадрах юные музыканты с непосредственным любопытством исследуют пыльные закоулки телевизионной студии, где должно состояться выступление ансамбля скрипачей школы имени Чюрлёниса. Еще через несколько минут те же девочки в платьях на кринолинах и мальчики в костюмах далекой эпохи прекрасно играют Баха.

Заговорив о фильме Якнюнаса, мы перешли к работам «периферийных» телестудий. Среди них было немало интересных опытов: «В кружеве танца» (Белорусское телевидение), «Мотивы старого Тбилиси» (Грузинское телевидение), «Таллинская фантазия» (Эстонское телевидение), «Кафт» (совместное производство Северо-Осетинской студии и всесоюзного объединения «Экран»)… Фильмы эти объединяет внимание к первоисточнику — к музыке, что позволяет верно услышать ее образы и «транспонировать» их в зрительный ряд.

Вот лента «Кафт»⁷, запечатлевшая живописную сюиту национальных танцев, народного празднества, происходящего на фоне Кавказских гор. Мудрое и древнее действо естественно вписывается в жизнерадостный быт современных юношей и девушек — участников сельской художественной самодеятельности. Идея развития почитаемых традиций дедов и отцов легко читается в этой ленте, художественные образы которой также созданы без помощи словесного текста — лишь средствами танца, музыки, мастерского киномонтажа.

Мы видим изрезанные морщинами лица стариков, в глубоко запрятанных глазах которых почти по-детски живет интерес к тому плясу-состязанию, свидетелями которого кинокамера делает и нас. Мы видим юношей, с ловкостью и грацией коней (а летящие кони — своеобразный лейтобраз фильма) скользящих в виртуозных движениях танца. В конце фильма и старцы, не выдержав, вступают в общий круг танцующих, не роняя при этом своего достоинства. И орел-долгожитель, который помнит те времена, когда нынешние старики были еще детьми, из заоблачной выси зорким глазом взирает на эту красочную картину.

Однако далеко не всегда музыка служит той целью, ради которой создается музыкальный те-

_________

⁶ Художник Р. Гибавичюс, оператор А. Юкнявичюс.

⁷ Авторы сценария Ж. Кобоева и С. Михальченко, режиссер К. Бромберг, художник В. Степанов, операторы А. Тафель и А. Солоха.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Ю. Владимиров в хореографической миниатюре «Озорные частушки»

Содержание