Выпуск № 1 (362) | 1969 - страница 16

В рондообразных, быстрых частях выразительное значение ритма проявляется, напротив, в неизменности основного рисунка, равномерности пульсации. Эти части имеют четкую «восходящую» динамику — все устремлено к мощному заключительному tutti. С целью усилить у слушателя впечатление неутомимости, постоянной обновляемости энергичного движения танца композитор вводит ряд оттеняющих моментов: во втором разделе цикла — краткий приглушенно-таинственный эпизод перед последним, кульминационным проведением основной темы; в финале — оригинальные, ранее не встречавшиеся в сочетании тембровые контрасты рояля solo и tutti струнных.

Гораздо меньше использует автор возможности интонационного развития тематизма. В быстрых частях этот недостаток компенсирован типичным для танцевальных (точнее, плясовых) жанров «вдалбливанием» ведущей попевки и стремительным темпом. Но он очень заметен в медленных разделах, где и сам материал в большей степени конструктивен, нежели непосредственно выразителен. Тематические «инверсии» зачастую носят здесь формальный характер.

Броский интонационный строй, темпераментная, насыщенная резкими контрастами драматургия, подчеркнуто-эффектный стиль партитуры — во всем этом сказывается виртуозно-концертная трактовка жанра. Больше того, по форме цикла и по эмоциональному облику Симфония скорее приближается к сюите из характерных сцен и зарисовок настроений. В ней полностью отсутствует свойственное настоящим симфоническим полотнам конфликтное столкновение борющихся тем-образов, целеустремленное сквозное развитие основной музыкальной идеи. Пожалуй, только первая часть содержит заявку на серьезную концепцию, но заявка эта так и остается нереализованной. Конечно, вопрос о «наименовании» жанра сам по себе не был бы столь существенным, если бы не затрагивал проблему образного содержания произведения. Известная расплывчатость жанровых устремлений композитора проявляется и в отмеченном уже абстрактно-холодноватом характере тематизма медленных разделов, и в недостаточно органичном сочетании их с быстрыми танцевальными частями. Эта расплывчатость несколько затушевывает ясность замысла и идею сочинения, а следовательно, и снижает воздействие его на слушателя, несмотря на неоспоримые достоинства, которые обеспечивают ему жизнь на концертной эстраде.

М. Рахманова

Азербайджан

Камерный оркестр Азербайджанского радио и телевидения — коллектив, созданный сравнительно недавно. И не случайно. В последнее время к камерным жанрам обращаются композиторы самых разных поколений. Сегодня в «портфеле» почти каждого из них есть либо симфония для такого состава, либо распространенная сейчас «Музыка для...», либо какое-нибудь другое произведение аналогичного жанра. Одно из показательных — Поэма для камерного оркестра Азера Рзаева.

Пятнадцать лет назад в Азербайджане впервые прозвучало это имя — тогда еще студента Бакинской консерватории. Его Концерт для скрипки с оркестром, произведение, быть может, не вполне зрелое, но покоряющее своим темпераментом, многообразным использованием виртуозных возможностей инструмента, яркостью национально-ладовых красок, сразу стал популярным.

Отличный дебют на большой эстраде обещал многое. И действительно, уже через три года Рзаев заканчивает Второй скрипичный концерт, несколько менее эффектный внешне, но отмеченный более крепким профессионализмом.

В дальнейшем композитор плодотворно работает в самых различных жанрах: пишет оперетту «Путешествие Гаджи Керима на луну», симфоническую Увертюру-поэму, Концерт для фортепиано с оркестром, Сонату для скрипки и фортепиано, оформляет театральные постановки («Деревенщина», «Сёз Йарасы»). Самое же яркое, на мой взгляд, произведение Рзаева за последние годы — Поэма для камерного оркестра¹.

Посвященное памяти отца композитора, талантливого оперного режиссера, это музыкальное повествование несет в себе черты лирического монолога с преобладанием скорбной интонации.

Начинается Поэма со вступления импровизационного типа, тесно связанного с последующими темами (хотя всякий раз эта связь выявляется по-новому). Декламационная приподнятость с первых же тактов способствует возникновению остроэмоциональной атмосферы.

Взволнованно-мятущимся фразам скрипок и альтов отвечает басовая группа (виолончели, контрабасы и фагот) с ее ярким начальным тритоновым оборотом, который в дальнейшем будет играть заметную роль.

Внезапно и бурно «разливающиеся» пассажи скрипок «разбиваются» о диссонантные вертикали. Отсутствие ясных функциональных тяготений, хроматическая изломанность мелодического движения (преимущественно нисходящего) — все это создает насыщенно экспрессивный колорит. Характерна и ладовая окраска. Фигурации скрипок основаны на звукоряде самого «минорного мажора» — чаргях, доминантового лада с двумя увеличенными секундами. К концу вступления напряжение несколько спадает: плавно спускающейся солирующей линии сопутствуют мягкие септаккорды:

Первый из них (d-as-c-e-b-e) — это одновременно и гармоническая основа сопровождения главной партии. Вообще состав этого созвучия — два тритона на расстоянии секунды — в высшей степени типичен для интонационного строя Поэмы.

Уже по вступлению ясно, что мелодике сочинения свойственно сочетание (причем в пределах одной темы) широкого интервального движения и типичных для национальной музыки «кружевных» опеваний, подчеркивающих ладовую принадлежность. Однако, лучше всего это видно, точнее — слышно, на примере главной партии, которую отделяет от вступления значительная цезура².

Звучащая в высоком регистре скрипок и альтов остинатная дактилическая фигура создает звенящий, колышущийся фон, на котором английский рожок, впервые появляясь в партитуре, ведет основную мелодию. Здесь снова ощутимы колоритные попевки чаргях. За стремительным нарастанием следует быстрый спад. Этот принцип волнового, или дугообразного, мелодического развития типичен для строения фольклорных мотивов мугамного характера.

Стоит отметить терпко звучащее однотерцовое наслоение — cis и С. В кульминационный момент у басовой группы настойчиво звучит тритон g-des. Уже знакомый нам по вступлению интервал приобретает здесь значение, условно говоря, лейтинтонации «зловещего».

Короткая связка (staccato фортепиано и фагота) подводит к побочной. Ее мелодия содержит два элемента: очень напряженное, экспрессивное восхождение с пружинистыми скачками (в нем легко узнаются контуры гармонической основы главной партии), и нисходящее плавное движение с мягкими синкопами, обильными хроматизмами, неожиданно придающими музыке оттенок скерцозности:

Пример

_________

¹ В Москве она впервые исполнялась в 1966 году, а осенью 1967 года была с успехом представлена на пленуме Союза композиторов Азербайджана. Исполнялась она и в одном из концертов Третьего съезда композиторов Азербайджана.

_________

² Надо сказать, что цезуры встречаются вплоть до репризы перед всеми сколько-нибудь значительными частями формы.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

М. Рахманова

Азербайджан

Пример

Содержание