Выпуск № 9 (358) | 1968 - страница 32

И. Якушенко

Мое положение, пожалуй, самое выгодное. Я выступаю последним. И практически все, что было сказано, можно было бы сказать и мне. Однако, как это ни парадоксально, я не понял главного — предмет разговора остался мне несколько не ясен. Получилось так, что разговор шел о фильмах, посвященных музыке и музыкантам. Но дело в том, что это разные вещи и их нельзя смешивать. Есть фильмы либо о музыке, либо о музыкантах. Большинство известных нам «музыкальных фильмов» посвящено либо композиторам, либо исполнителям. А можно ли сделать фильм о самой музык е? Ведь каждый человек воспринимает ее в меру своих художественных способностей. Если иметь в виду только фильмы о выдающихся творцах, то, вероятно, в будущем нас ■ожидает не более двух десятков лент. Мне кажется, здесь проблема шире: нужно знакомить наших зрителей с музыкальной культурой. И в этом отношении фильм, который здесь был оценен не очень высоко, «Музыка и молодежь», произвел на меня хорошее впечатление. Конечно, фильм этот очень «растрепан». Авторы хотят объять необъятное, им все интересно, они кидаются от народной музыки к «Мад

От редакции

ригалу» и т. д. Но они явно заинтересованы всем тем, что показывают. И тем самым заинтересовывают зрителей. Это очень важно.

Теперь вернусь к затронутой мною проблеме: я думаю, что нам действительно прежде всего нужно самим понять, чего же конкретно мы хотим от музыкальных фильмов. Рассказов о музыкантах, о самой музыке, о музыкальной культуре? Затем, мы до сих пор не знаем, к какому же жанру отнести эти музыкальные фильмы. Например, фильм о Мусоргском несет в себе и информационный, и художественный заряды. Кстати, мы забыли еще об одном роде музыкальных фильмов — экранизацию опер. Что это?

Хотелось бы .мне сказать несколько слов в поддержку латышского киножурнала «Максла», который здесь упоминался. Это действительно очень хорошее начинание. Журнал снят с большим умением, тактом. Я давно не встречал такой точной и в то же время подлинно творческой информации об искусстве. Очень хороша работа художника. Сочно, со вкусом выполнен антураж. Мы слышали великолепную новую музыку, которую раньше не знали. Мы слышали отличную исполнительницу. Это совершенно необходимая форма пропаганды. Нужно не только приветствовать такой опыт, но и стремиться передать его другим студиям.

Итак: в беседе затронуты вопросы взаимоотношений авторов фильмов с аудиторией, с музыкальным материалом, зрительных образов со « слышимыми », музыки со словом о ней. Споры вызвала сама природа жанра музыкального фильма. Немалое внимание собравшиеся уделили и вопросам экономического порядка. Естественно, что многие из положений, высказанных участниками беседы, не кажутся безусловными. Так, заслуживает самого серьезного рассмотрения вопрос а качестве и степени сложности текстов в фильмах. Нужно ли решать в них проблемы, дискуссионные даже для профессиональной музыкальной прессы? Некоторая доля декларативности неизбежна в оканре популярного кино. А это вряд ли совместимо с исследовательско-аналитическими рассуждениями, особенно в сфере исполнительского искусства. В выступлениях некоторых участников беседы явно не соотнесено их личное отношение к музыкальному материалу, использованному в фильмах, с восприятием массового зрителя, которому эти ленты адресованы. Разгоревшиеся в дискуссии споры по поводу возможности или невозможности существования некоей « универсальной . 1 аудитории » подтверждают нецелесообразность огульного причисления иных симфонических произведений к числу «сложных», других — к числу «простых». К сожалению, горячие призывы не «резать» музыку, не давать ее в фильмах «рваными кусками» носят пока лишь декларативный характер. Признавая разумность и естественность этих призывов, нужно отметить, что вряд ли возможно, например, в фильм-монографию о творчестве композитора включить целиком 10 — 12-минутную часть симфонии или концерта. Вопрос этот — сложный и деликатный , — без сомнения, еще нуждается в специальном рассмотрении. Выражая благодарность участникам беседы, редакция предполагает вернуться

к обсуждению затронутых проблем.

К 60 -летию Давида Ойстраха

В. Климов

чай свел с ним впервые. Мы, его ученики, особенно хорошо знаем, какой это неутомимый труженик в искусстве, честный и объективный, какой это глубоко принципиальный музыкант и воспитатель. Мне посчастливилось на протяжении ряда лет близко общаться с этим удивительным человеком. Давид Федорович был моим педагогом в Московской консерватории, у него же я окончил аспирантуру. И хотя с той поры прошло немало лет, он и сейчас внимательно следит за моей музыкальной деятельностью, и сейчас он для меня — наставник, советчик, критик и друг. Это ведь очень ценно, ибо крайне редко критики бывают друзьями, а друзья — критиками. Давид Федорович — очень общительный человек. Располагающий к себе сразу же. Под его

Писать о Давиде Федоровиче Ойстрахе очень нелегко. Прежде всего потому, что об этом выдающемся скрипаче и музыканте написано уже ■многое. Трудно еще и потому, что никакими словами нельзя точно обрисовать многогранную фигуру легендарного скрипача, педагога, общественного деятеля, а теперь и дирижера. Давида Федоровича нужно знать. Тогда видишь: несмотря на всемирную славу и бремя множества высоких титулов и почетных званий, Давид Федорович по сей день остается необычайно скромным человеком, отзывчивым и внимательным, даже по отношению к тем, кого слу

Слово ученикам

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание