Выпуск № 7 (356) | 1968 - страница 4

новые формы. Интерес слушателей к ней не ослабевает.

В самом деле, в активе советского оперного искусства есть выдающиеся произведения. Таковы «Катерина Измайлова» Д. Шостаковича, оперы «Война и мир», «Семен Котко» и «Дуэнья» С. Прокофьева. Мы должны упомянуть и такие значительные оперы, как «Декабристы» Ю. Шапорина, «Укрощение строптивой» В. Шебалина, «В бурю» Т. Хренникова, «Семья Тараса» Д. Кабалевского, «Тихий Дон» И. Дзержинского (первая серия) и другие. Большинство из них выдержали проверку временем, а иные идут в театрах почти три десятилетия (например, «В бурю» Т. Хренникова). Советский оперный репертуар постоянно пополняется. Достаточно сказать, что за последнее десятилетие на сценах театров Российской Федерации поставлено свыше 100 опер советских композиторов. Большинство из них написано на темы современности.

На примере нескольких произведений, в основу которых положены темы революции и сегодняшней жизни нашего народа, попробуем определить, что же характерно для современного этапа развития советского оперного искусства.

Оперы «Октябрь» В. Мурадели и «Оптимистическая трагедия» А. Холминова, а также недавно поставленная в Ленинграде вторая серия оперы «Тихий Дон» И. Дзержинского во многом близки по своим творческим тенденциям. Для них характерны простота, доступность музыкального языка, широкое использование интонаций народных, солдатских и матросских песен. Не случайно, думается, оперы В. Мурадели и А. Холминова встретили теплый прием публики и сохраняются в репертуаре театров. Главным героем этих опер выступает народ, в музыке преобладает хоровое начало. Массовые сцены принадлежат к наиболее сильным ее страницам.

И все же этим операм недостает подлинной действенности, непрерывности музыкального развития, больших симфонических обобщений, композиционной стройности. Оркестр в основном играет подчиненную роль. Характеристики главных героев расплывчаты, тематически мало различимы и заметно проигрывают в сравнении с яркой музыкой хоровых сцен (в частности, это замечание относится к Комиссару в «Оптимистической трагедии», к образам Андрея и Марины в опере «Октябрь»). Странное явление! В самый ответственный момент, когда герой обязан до конца высказаться в музыке, композиторы, чей мелодический дар бесспорен, вдруг словно тушуются, отступают. Музыка становится безликой, герои начинают говорить приблизительные, общие слова.

Впрочем, об одной удаче, очень важной, принципиальной, хотелось бы сказать отдельно. Мы имеем в виду сцену «В Разливе» из оперы «Октябрь». В. Мурадели сумел решить эту сцену так, что пение Ленина органично сливается с песней плывущих по озеру рыбаков. Этот эпизод производит сильнейшее впечатление.

Активно работающий в области оперного творчества К. Молчанов обратился к героической эпопее Брестской крепости. Он стремился раскрыть эту тему обобщенно, расширить рамки жанра, привнеся в свое сочинение черты оратории, реквиема, музыкальной драмы. Герои его воспринимаются как некие образы-символы, воплощающие беспредельную преданность Родине, стойкость духа, столь характерные для советского человека. В вокальных партиях композитор отдает предпочтение речитативным формам изложения. Интересен принцип использования хора. Не являясь непосредственным участником действия, хор помогает вскрыть психологический подтекст состояния героев, выступает в качестве контрастного фона в той или иной драматической ситуации. К недостаткам оперы К. Молчанова надо отнести неразвитость мелодической линии, статичность действия, одноплановость оркестровой партии.

Нам хочется вновь вспомнить оперу «Не только любовь» Р. Щедрина. Ее неудачная сценическая судьба еще не дает основания вывести ее из актива советского оперного творчества. Фрагменты оперы Р. Щедрина ныне звучат на концертной эстраде, как бы укоряя наши театры в инертности, в нежелании (а может быть, и неумении!) воплотить это внешне непритязательное, но глубокое, тонкое произведение. Написанная по мотивам рассказов С. Антонова, воссоздающая колоритные картины жизни колхозной деревни, опера «Не только любовь» по своему характеру может быть отнесена к лирическому жанру. Ее музыкальная основа — русская частушка, ставшая главным средством характеристики героев. Построив оперу целиком на частушке, показав, сколь интересно она может быть развита симфонически, Р. Щедрин открыл новые пути в развитии современного русского музыкального стиля. Здесь композитор проявил себя подлинным новатором.

Неуспех постановок этой оперы в Большом, Новосибирском и Пермском театрах объясняется частично недостатками драматургии либретто. Но главная причина здесь в том,

что режиссеры не постигли жанровых особенностей произведения. Подтекст этой камерной, но глубокой по содержанию оперы так и не был вскрыт. Сделать это оказалось возможным лишь на небольшой сцене Учебного театра ГИТИСа, где студенты под руководством режиссера Б. Покровского великолепно сыграли оперу и имели большой успех. Хотелось бы пожелать и автору и театрам приложить все силы к тому, чтобы опера «Не только любовь» обрела свою новую сценическую жизнь.

Задачи обновления русского музыкального стиля интересно решаются и в опере «Виринея» С. Слонимского (по мотивам одноименной повести Л. Сейфуллиной), поставленной к 50-летию Октября в Ленинграде и Москве. Ее музыкальный язык основан на интонациях русской песни (серьезный интерес к фольклору вообще свойствен композитору). Сильная сторона произведения — хоры. Они отмечены яркой мелодикой, действенностью, жанровым разнообразием (в их основу положены плач, частушка, лирическая песня). Велико их обобщающее значение в драматургии оперы. Менее убедительны некоторые музыкальные характеристики героев. В крутых поворотах драмы эти характеристики мало развиваются. В целом же опера оставляет глубокое впечатление. Ее успех у публики бесспорен.

Мы не случайно подробно остановились на этих пяти операх. В них просматриваются ведущие тенденции, отличающие сегодняшний этап развития оперного жанра. Первая тенденция (в творчестве наших композиторов она преобладает) находит свою опору в отстоявшихся оперных формах. Для такого рода произведений типичны замкнутые построения, строгая последовательность арий, монологов, различных ансамблей и т. д. Их авторы следуют лучшим традициям оперной классики, находят опору в бытующих интонациях нашего времени. Другая тенденция характеризуется активными поисками нового как в области формы, так и в музыкальном языке. В этих произведениях жанровые границы расширяются за счет использования в них приемов драмы и кино.

Само собой разумеется, что предложенное нами деление лишь схема, на основе которой можно сделать некоторые обобщения. Нужно ли отдавать предпочтение какой-либо из этих тенденций в оперном творчестве? Ни в коем случае! Искусство не терпит регламентации, предвзятости. Его сила — в многообразии форм, стилей, творческих почерков. Любая из названных тенденций имеет право на существование, в каждой из них таятся огромные возможности развития, каждой доступно выявление больших тем, идей, человеческих страстей. Конечно, идеалом был бы синтез этих двух тенденций. И высший тому пример — «Борис Годунов» и «Пиковая дама», а в советской опере — «Катерина Измайлова» и «Война и мир».

Будем откровенны: несмотря на наличие незаурядных произведений, многие советские оперы на современную тему не всегда находят признание у слушателей. В чем тут дело? Почему, например, так популярна и любима оперная классика? Думается потому, что ее связи со слушательской аудиторией были удивительно органичны. Любая, самая сложная форма представлена в классической опере в максимально выгодном для ее восприятия виде. Композиторы настойчиво искали музыкальную характеристичность своих героев. Они стремились к тому, чтобы слушатель, уходя из театра, унес с собой музыку, в которой наиболее ярко выразилась основная идея или ведущий образ оперы. Жизненная реальность предстает в классической опере обобщенной, как бы «приподнятой» по сравнению с натурой. Поэтому слушатель с одинаковым волнением следил за судьбой Германа и Татьяны, Бориса Годунова и Любаши. Почему же, к примеру говоря, мы лишаем того же Комиссара в «Оптимистической трагедии» или Павла в «Виринее» и некоторых других героев наших опер живых человеческих чувств? Почему обедняем их внутренний мир? Откуда эта скованность, робость в решении интереснейших образов, взятых из нашей современности? Не потому ли в наших театрах слушатель часто лишь внимает музыке, но его не волнует то, о чем она повествует?

И еще одно соображение. Классики умели чутко вслушиваться в звучание окружающей жизни, схватывать характерные бытующие интонации, преобразовывать их, обобщать в высших формах музыки. И при этом индивидуальность автора никогда не терялась. Сказать, что наши композиторы не используют в операх бытующие интонации, было бы неверным. Но этот процесс нередко проходит у них без авторского переосмысления.

Наконец, хотелось бы сказать и о некотором тематическом однообразии наших опер. Только драма, только трагедия и — почти полное отсутствие лирических, комических, эпических форм. Тем самым невольно сужается круг жизненных явлений, способных быть представленными в опере. Жанр оперы по существу своему демократичен, он обращен к широкому кругу любителей музыки. Революция открыла необозримые возможности развития национальных музы-

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание