Е. Завадская

ПОЭТИЧЕСКИЙ ИСТОЧНИК «ПЕСНИ О ЗЕМЛЕ»

Симфонизм Малера глубоко и непосредственно связан с поэзией. В его инструментальной музыке в качестве текстовой основы вокальных партий мы находим и стихи собственного сочинения, и образцы немецкой народной поэзии из сборника «Чудесный рог мальчика», и «Песни об умерших детях» — цикл стихов поэта-романтика Фридриха Рюккерта, и заключительную сцену из «Фауста» Гёте, и, наконец, китайскую классическую поэзию VIII века. «Песнь о Земле», написанная на стихи китайских поэтов периода Тан (618‒907), по собственному признанию композитора, самое интимное его сочинение.

Что же привлекло Малера к восточной поэзии, каков источник, который он использовал, как соотносится этот источник с оригиналом и каковы пути единения «экзотического» слова с музыкой— вот круг вопросов, представляющих интерес и для востоковедов, и для почитателей музыки Малера.

В литературе, посвященной Малеру, даны самые разнохарактерные сведения о тексте «Песни о Земле». Австрийский музыковед Марсель Рубин считает, что «Малер положил в основу текста старинные китайские стихи и некоторые стихи собственного сочинения»¹ (?). И. Соллертинский видел поэтический источник симфонии-кантаты в стихах трех (?) китайских поэтов: Ли Бо, Ван Вэя и Чэнь Шэня².

По мнению И. Барсовой, в основу «Песни о Земле» положен текст шести (?) стихотворений трех (?) китайских поэтов³. Объяснить, откуда возникли эти неточности и разночтения, я не берусь.

Сам Малер в партитуре «Песни» назвал поэтический источник своего сочинения. Это семь стихотворений четырех китайских поэтов: Ли Бо, Чжан Цзи, Мэн Хао-жаня и Ван Вэя в немецком переводе Ганса Бетге⁴. К изданному в Вене в 1912 году клавиру был приложен весь стихотворный текст оригинала и слегка измененный композитором текст собственно симфонии-кантаты.

Чрезвычайно показателен выбор стихов, сделанный Малером. Из весьма разноперой антологии, включающей не равноценные по своим художественным достоинствам произведения, композитор взял самые лучшие; их роднит философско-стилистическое единство, в них раскрывается суть, душа китайской классической поэзии.

«Песнь о Земле», как известно, состоит из шести частей (1. «Застольная песня о печали Земли», 2. «Одинокий осенью», 3. «О юности», 4. «О красоте», 5. «Пьяница весной», 6. «Прощание»), но по сути делится на две почти равные половины. Причем меньшая по размерам включает пять частей, большая — одночастна. В начальной пятичастной половине симфонии-кантаты четко выявляется ее экспозиция: в первой и второй частях автор рассказывает о своих сегодняшних переживаниях; затем следуют три части, в которых проходит вся прошлая жизнь — юность, красота, опьянение весной. Вторая половина «Песни о Земле» звучит как реквием, прощание с быстротечной жизнью, встреча с вечностью.

Весной 1908 года Малеру стало известно, что он смертельно болен. Незадолго до этого умерла его пятилетняя старшая дочь; от горечи этой потери Малер не мог оправиться до конца своих дней. Когда человек чувствует близость и неотвратимость конца, все житейски обыденное, мелочное уходит, отступает для него на второй план, остается лишь главное: вечное и преходящее, жизнь и смерть, человек и природа. Этому главному и посвящена «Песнь о Земле».

Она создавалась летом 1908 года. Поселившись в тихом живописном местечке Тоблах, на юге Австрии, Малер напряженно работал. «И так как мне нужно было снова отыскать дорогу к самому себе, я должен был снова подвергнуться ужасам одиночества, — писал он Бруно Вальтеру в период сочинения “Песни о Земле”. — ...Это не ипохондрический страх смерти. Я и раньше знал, что должен умереть»⁵.

«Песнь о Земле» глубоко связана с предшествующей ей Восьмой симфонией, в которой композитор решал «вечные вопросы», терзающие человека, «человека вообще», а в «Песне о Земле» эти «вечные вопросы» предстали уже как вопросы его собственной судьбы, его жизни и смерти...

В начале века обращение к Востоку было довольно распространено в среде европейской художественной интеллигенции. Томас Манн видел

_________

¹ «Советская музыка», 1958. № 7, стр. 76.

² И. Соллертинский. Музыкально-исторические этюды. Л., Музгиз, 1956, стр. 298.

³ И. Барсова От составителя. В сб.: «Густав Малер. Письма. Воспоминания». М., «Музыка», 1964. стр. 91.

⁴ Из сб. «Hans Bethge. Chinesische Flöte». Leipzig, 1907.

⁵ «Густав Малер. Письма. Воспоминания» Цит. изд., стр. 291‒292.

аналогию музыкального творчества Леверкюна и монохромной пейзажной живописи Китая. Матисс выразил свое художественное кредо словами китайского поэта-художника Су Ши. Лучшие стихи Ли Бо, Ван Вэя, Мэн Хао-жаня и Чжан Цзи содержат гениальные догадки о сущности искусства, о природе художественного освоения мира. Малера в китайской поэзии периода ее наивысшего расцвета привлекло не экзотическое или этнографическое своеобразие, а совершенное поэтическое воплощение волновавших его чувств. В этих стихах композитор нашел слова, облегчившие его душу.

Наиболее прославленным из названных поэтов был Ли Бо (701‒762). «Небожителем» называли его восхищенные современники. Пестра и беспорядочна была его жизнь, трагичен и неожидан конец: как повествует одна из многочисленных легенд о нем, он утонул, слишком перегнувшись за борт лодки, чтобы «губами коснуться отражения луны». О содержании стихов Ли Бо глубокий знаток Китая академик В. Алексеев писал: «Их отличительной чертой является внесение в обуявшее поэта чувство красоты весенней природы нотки скорби о ее быстротечности и о разлуке с другом».

Малер включил в свое сочинение четыре стихотворения Ли Бо: «Застольная песня о печали Земли», «О юности» (оригинальное название — «Фарфоровый домик»), «О красоте» (в оригинале — «На берегу») и «Пьяница весной».

«Застольная», открывающая симфонию-кантату, определяет трагическую настроенность всего сочинения:

Золотая чаша уже манит ваши уста; не пейте, пока я не спою песню! Песня грусти, как и смех, должна сохраниться в вашей душе. Когда приходит грусть, сады души осыпаются, вянут и умирают радость и песни! Мрачна жизнь! Мрачна смерть!

О ты, наш хозяин, — твой погреб хранит изобилие нектара! Я не владею ничем, кроме лютни. Играть на лютне и опустошать чаши — это наслаждения, которые всегда вместе. Полная чаша, появившаяся кстати, конечно, прекраснее, прекраснее, чем все царства мира. Мрачна жизнь! Мрачна смерть! Небесный свод вечно голубой, и Земля долго еще будет возрождаться весной. Но ты, бедный человек, — что сможет продлить твою жизнь? Нет и дня, когда бы ты насытился суетными наслаждениями этой Земли. Посмотри туда! В свете луны кажется, что черный призрак прикорнул на могилах. Это обезьяна. Ее печальный крик звучит в сладком благоухании Жизни. Пейте вино, момент благоприятный! Опустошайте ваши золотые чаши до дна! Мрачна жизнь! Мрачна смерть!⁶

Это стихотворение — квинтэссенция поэзии Ли Бо. Здесь и настроение трагического одиночества, и излюбленные атрибуты его авторской речи: лютня, аккомпанирующая его песням, прекрасная и чистая, звучащая «чудодейственным звуком», слившаяся в одно с душой поэта, лютня, что часто служит ему изголовьем во время скитаний; луна — лучший друг, собеседник и постоянный спутник ночных бдений; она «ниспускает чистые думы» (В. Алексеев), она навевает тоску, она пьянит поэта, омывает его душу от мирской суеты, возвращает к истинному⁷; обезьяний крик как символ тоски и одиночества.

Два других стихотворения Ли Бо (третья и четвертая части «Песни о Земле») более спокойного, просветленного настроения, они более этнографичны и описательны по своему характеру:

Посреди маленького озера стоит грациозный павильон из зеленого и белого фарфора. Виден красивый мост из нефрита, похожий на изогнутую спину тигра, устремленный к павильону. Там беседуют и пьют приятели в богатых одеждах, среди них и поэты. Их маленькие шапочки весело склоняются.

На спокойной воде озера все кажется странным и отражается словно мираж. Все видится как опрокинутое — павильон из зеленого и белого фарфора, мост, словно половина луны, арки опрокинуты, радостные друзья беседуют, пьют, поют.

_________

⁶ Подстрочник сделан нами с немецкого перевода Бетге, ибо китайский оригинал не был известен Малеру.

⁷ Всегда и везде, во всех вариантах поэт ощущает трансцендентное начало, идущее от образа луны в даоском трактате «Чжуанцзы», досконально изученном Ли Бо.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Е. Завадская

ПОЭТИЧЕСКИЙ ИСТОЧНИК «ПЕСНИ О ЗЕМЛЕ»

Содержание