Выпуск № 5 (438) | 1975 - страница 67

Ильич. — Каждое соприкосновение с народной музыкой вызывает чувство восхищения бесконечным многообразием и красотой форм, жанров, стилистических особенностей мелодий, ритмов, гармонии. Мне думается, прочные и глубокие связи с родной почвой вызывают к жизни произведения искусства столь же самобытные и к; повторимые как неповторимы вкусовые качества вино града, выросшего на определенной почве, как неповто рим аромат цветов, растущих в долине и на склоне горы, на лесной поляне или в саду... Композитор — законный наследник всего духовного богатства своего народа, всех накопленных им музыкальных сокровищ И не только наследник, но и хозяин, владеющий привилегией щедрой рукой черпать из этого могучего потока народных мелодий, ритмов, инструментальных красок, рассматривая их как драгоценный художественный материал для рождения своих образов, связанных с современностью» 2 Наверно, эти слова с полным основанием можно считать «автопортретом». Широко известно определение Б Асафьевым искусства А Хачатуряна как искусства «высокого Ренессанса». Можно лишь поражаться и восхищаться неубывающей молодостью композитора: в 72 года он полон творческого горения, как и 20, 30, 40 лет назад... У всех нас на памяти авторский концерт Арама Ильича, состоявшийся в 1971 году, когда впервые в оз

’ А. Хачатурян. жизнь», 1971, JVT» 9.

...0. Тактакишвили

Музыка и народ. «Культура и

ном вечере прозвучала его триада Концертов-рапсодий для виолончели, для скрипки и фортепиано; за эту триаду композитор был удостоен Государственной премии СССР. Исполнителями были молодые музыканты — победители международных конкурсов — К. Георгиан, Н Петров и П. Коган. Вспоминается, как играла К. Георгиан Концерт-рапсодию для виолончели, — романтично, с большой свободой и вдохновением, подчеркивая импровизационное начало и в особенности лирические тона. И вот в нынешнем концерте это сочинение вновь прозвучало, на сей раз в интерпретации Н. Шаховской. Артистка предложила совершенно иное прочтение, раскрыла внутреннюю драматургию произведения, его глубокое философское содержание, его экспрессивную динамику.

В заключение хотелось бы сказать несколько слов о Государственном академическом симфоническом оркестре Союза ССР, который играл с большим мастерством, увлеченно и вдохновенно. С этим прославленным коллективом композитора связывает давняя творческая дружба, еще раз ярко подтвержденная авторским вечером, о котором идет речь Атмосфера коллективного творчества, царившая на сцене Большого зала консерватории, захватила и аудиторию. Завершился концерт популярными фрагментами

из балета «Гаянэ», сыгранными сверх программы, на «бис».

А. Григорьева

В первом отделении этого концерта в Большом зале консерватории была исполнена девятичастная оратория «По следам Руставели» для баса, хора и оркестра на слова И. Абашидзе (русский текст А. Менирова и Г. Андреевой) . Сочинение представляет собой эпическое повествование о жизни поэта, его сокровенных чувствах, о судьбе и путях его народа. Оратория пронизана чувством глубокой любви, огромного уважения к личности неповторимого Шота Руставели.

Рассказ ведется как бы от лица самого Руставели. Его исполненные высокой грусти думы о далекой родине, мучительные размышления о себе и о ней, его светлая печаль, мужественная скорбь — вот круг образов, составляющих поэтический мир оратории. Рельефен и строго отобран интонационный материал, истоки которого надо искать в народной и культовой грузинской музыке. Стройна архитектоника сочинения, где воз

вышаются смысловые, эмоциональные кульминации — третья часть «Вардзия» (так называется крепость — символ грузинской военной славы) и восьмая часть

«Тамара» с удивительно проникновенной мелодией, надолго западающей в душу.

Прозвучала оратория превосходно. А. Ведерников, замечательный артист и активный пропагандист новой музыки, прекрасно спел сольную партию. Большой хор

125

Центрального телевидения и Всесоюзного радио, Академический симфонический оркестр Московской государственной филармонии и сам автор, дирижировавший произведением, создали отличный ансамбль, в полной мере раскрывший всю красоту сочинения.

Если ораторию мне уже доводилось слушать раньше, то с «Менгрельскими песнями» (свободные обработки фольклорных мелодий для тенора, мужского вокального ансамбля и камерного оркестра) и «Гурийскими песнями» (кантата для вокального октета, хора и оркестра на народные слова) я познакомился на авторском концерте О. Тактакишвили.

Бывает, когда в первый раз слушаешь некое сочинение, испытываешь чувство особого интереса. Необычные тембровые сочетания, свежее использование технических возможностей того или другого инструмента, а подчас и любопытный угол зрения на те или иные жизненные явления — все воспринимается с большим вниманием. Но бывает порой, что внимание это не соединяется в тебе с фантазией, не будит цепь ассоциаций, и за музыкальным процессом ты следишь с любопытством, но не более того. Душа твоя не испытывает волнения, мысль работает на коротких, только регистрирующих музыкальные события волнах. Слушательский опыт подсказывает: ты имеешь дело с профессионально сделанным, но не обладающим подлинными художественными ценностями произведением. Впечатление от таких сочинений память хранит недолго, и в сокровенные минуты воображение не осветится светлым воспоминанием о них.

Бывает и по-другому: слушаешь впервые новое сочинение (в данном случае «Менгрельские песни» и «Гурийские песни», составившие второе отделение концерта) — и тобою овладевает чувство радостного возбуждения, душу охватывает волнение, испытываешь прилив жизненных сил, в сознании проносится вереница мыслей и образов. Непередаваемое ощущение от встречи с до

селе тебе неведомым, прекрасным миром овладевает тобою. И хотя осознается это позже, когда сочинение уже отзвучало и ты опять остался наедине с собою, но ты твердо знаешь: это было настоящее. Ты как бы вдохнул пряный запах земли, на которой трудятся под лучами благодатного солнца красивые, гордые люди. Не берусь подробно анализировать, каким способом удалось Отару Тактакишвили вызвать столь сложный комплекс ответных реакций (а тому, как восторженно зал принял музыку композитора, я был живой свидетель). Думается, что интонационная свежесть, удивительная народная полифония, введение такой яркой краски, как вокальный ансамбль «Рустави» с его неповторимым, именно фольклорным звучанием (редко доводится слушать такое самозабвенное музицирование), великолепная партия солиста, с блеском исполненная Зурабом Соткилавой, — вот составные части этого яркого праздничного впечатления. Конечно, истоки его — в самой культуре народа, изумительной и неповторимой. Однако и при первом знакомстве понимаешь, сколь велика здесь роль индивидуального композиторского мастерства (об этом, кстати, критики уже писали и, на мой взгляд, справедливо). Что я имею в виду? Прежде всего речь об отборе материала. Далее — его компоновка, форма в широком смысле слова, как тип драматургии, и в собственном смысле слова, как схема, отличающаяся, кстати, убедительной компактностью. Наконец, многообразно связанный с традициями современной профессиональной культуры гармонический язык и обусловленные им особенности оркестровки. Все эти факты невозможно игнорировать, когда речь идет о художественных явлениях вроде «Менгрельских» и «Гурийских песен». Отар Тактакишвили находится в расцвете творческой зрелости, и радостно надеяться, что мы услышим много новых сочинений, которые еще создаст этот мастер.

В. Рубин

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание