Выпуск № 5 (438) | 1975 - страница 30

— Память людская. Сколько интересных страниц военной эпопеи сохранила она. Институт истории партии, в котором я работаю, готовит к печати трехтомный труд «Всенародная борьба против немецко-фашистских захватчиков в Белоруссии в период Великой Отечественной войны». Изучаемые нами материалы рассказывают не только о том, как белорусский народ, его партизаны, подпольщики, невооруженное население самоотверженно, мужественно боролись в тылу врага, но и о том, как непокоренный народ творил, создавал художественную летопись партизанской борьбы. Мне самому пришлось однажды выступить в роли поэта и композитора, хотя ни тем, ни другим я до той поры не был. Случилось это так.

Летом 1942 года я пришел в партизанскую Бригаду имени К. Е. Ворошилова, действовавшую в Минской области под командованием Ф. Ф. Капусты. Здесь уже говорилось, что из оккупированной деревни уйти в партизаны было не так-то просто. Оставшимся дома родным и близким грозила смерть.

Пришлось и нам (а уходили мы целой группой) разыграть «спектакль»: на глазах у всей деревни партизаны повели нас под конвоем на расстрел. Только когда отошли подальше от околицы, кончилась наша маскировка, начались шутки, смех...

Немало боев провела наша бригада. Но особенно памятен знаменитый Лавский бой, вошедший в историю партизанского движения в Белоруссии как один из ярчайших примеров героизма, проявленного группой партизан. Их было восемнадцать молодых ребят. Самому младшему исполнилось шестнадцать лет, самому старшему — тридцать один год. Звали его Николай Тертычный. Летчик, герой испанских боев. Фашисты подбили его бомбардировщик. Он благополучно спасся с горящего самолета и прибыл в наш партизанский отряд.

В то время наша бригада стояла в лесу возле деревушки Лавы, а в самой деревушке мы организовали госпиталь. Через месяц пришлось вступить в бой с карателями. Когда колонна немцев приближалась к нам, те восемнадцать находились в засаде на пути у этой колонны. Местом засады было кладбище в деревне Клетище. Партизаны подпустили вражеский обоз на очень близкое расстояние и ударили по нему изо всех видов оружия. Четыре часа восемнадцать человек вели бой с противником, численностью около батальона. Отбили восемь атак. От бригады ребята были уже отрезаны, патроны оказались на исходе. Мы потом узнали, как разворачивались там события, из записки, которую оставили в стволе пулемета последние защитники этого рубежа. В записке мы прочли: «Погибаем за Родину. Просим нас считать коммунистами, комсомольцами». Все они погибли. Мы, остальные бойцы бригады, вели бой с врагом целый день. Каратели взяли нас в плотное кольцо. Но благодаря героизму восемнадцати смельчаков, задержавших продвижение вражеской колонны, удалось вывезти из Лав госпиталь, а потом и самим вырваться.

Среди погибших ребят трое были из моей деревни — Иван Тумилович, Миша Десюкевич, Эдуард Петрашевский. Я как сейчас вижу их, молодых, энергичных, веселых. Узнав о гибели моих земляков, о гибели остальных моих братьев по оружию, я почувствовал, что в душе у меня происходит что-то особенное. Это было не просто вполне понятное волнение. Сами собой рождались стихи и мотив к ним. Вначале я носил их внутри себя, потом не выдержал, поделился своими переживаниями с товарищами. Продекламировал им три куплета, попытался напеть мелодию. Ребята сказали: «Здорово! Но нужно еще сильнее подчеркнуть мужество погибших». С помощью моих товарищей, можно сказать коллективно, были созданы такие строки:

На рассвете тени замелькали —
Это вражьи цепи поползли,
Но в засаде воины не спали.
Весть об этом в лагерь донесли.

Раздалося несколько тревожных
Выстрелов. Команда: «Все — в ружье!»
И отряды мстителей народных
Огневое сделали кольцо.

Боевой привет артиллеристам,
Пулеметчикам, бойцам-стрелкам.
Метко били по врагам-фашистам,
Полицаям дали по носам.

Не забудем о погибших братьях,
Что в засаде дрались, как орлы.
Слава Вам, народные герои —
Партизанские богатыри⁵.

Когда песня окончательно сложилась, весть о ней дошла до командования Отряда имени Котовского, в котором я служил. Вызвал меня начальник штаба, говорит: «Ходит слух, что ты песню сочинил, а ну, давай, пой». Я спел. Он говорит: «Молодец». Вызывает писаря бригады и отдает приказ: записать песню и разучить ее по бригадам и деревням. И песня стала звучать. Долетела даже до врагов. В одной деревне местные жители рассказывали нам, что к ним как-то нагрянули полицейские. Собрали девчат и молодых

_________

⁵ Текст песни печатается с сокращениями.

хлопцев и приказали: «Ну-ка, спойте-ка нам, как партизаны дали полицаям по носам».

Потом, в 1943 году я работал в редакции подпольной газеты «За Савецкую Радзiму» («За Советскую Родину»), выходившей в Узненском районе Минской области. Располагалась наша редакция в лесу. Однажды слышу, где-то далеко поют. Прислушался: поют нашу песню. И такое испытал радостное чувство — живет она.

На месте Лавского боя воздвигнут памятник восемнадцати погибшим партизанам во главе с командиром взвода Викентием Дроздовичем, который в 1965 году посмертно получил звание Героя Советского Союза. Имена их выбиты на этом памятнике. В день его открытия состоялся митинг. Выступал бывший командир нашей бригады, генерал-майор Ф. Ф. Капуста, один из десяти партизанских генералов, которым в 1943 году было присвоено столь высокое звание. Выступали и другие участники боя. Я тоже присутствовал на этом торжестве. Когда кончился митинг, мы спели «Песню о Лавском бое».

«Подвиг народа бессмертен!», «Подвигам народа жить в веках!» В этих словах огромный смысл. И мы обязаны донести его до следующих поколений. Должен жить в веках не только подвиг военный, но и подвиг поэтической души народа. Самая горячая благодарность тем, кто первым проявил заботу об этом. Хочу назвать сидящую здесь с нами Лидию Сауловну Мухаринскую (она в данном деле — пионер), ныне покойного собирателя фольклора Ивана Васильевича Гуторова, составителя сборника партизанской поэзии И. В. Зазеко. Их замечательное патриотическое начинание заслуживает широкой поддержки.

Огромная роль принадлежит здесь искусству. Деятели его внесли и продолжают вносить немалый вклад в то, чтобы мы не забыли о своем героическом прошлом.

Последние слова имеют прямое отношение к творчеству белорусских композиторов. Не удивительно, что в ходе беседы возник разговор о том, как отражается военная тема в современной белорусской музыке. Об этом говорил один из видных ее представителей Генрих Матусович Вагнер, чья военная биография была непосредственно связа-

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание