Выпуск № 5 (438) | 1975 - страница 31

Памятник участникам Лавского боя

на с профессией музыканта. Правда, в первые дни войны ему, 19-летнему студенту Белорусской консерватории, прибывшему после долгих скитаний из разбитого бомбами Минска в далекий Душанбе, показалось, что музыка теперь не нужна...

— Я действительно думал, ну зачем на войне пианист, композитор, певец? Однако вскоре получил возможность убедиться в том, что ошибаюсь. В Душанбе стал организовываться фронтовой театр. Сюда были эвакуированы многие деятели искусств, и не только из Белоруссии. Собрались великолепные артистические силы. Возглавил театр ныне всем известный Георгий Павлович Менглет, в подготовке программ участвовал не менее известный режиссер Сергей Иосифович Юткевич. Борис Ласкин писал для театра фельетоны, скетчи и многое другое. В труппу вошли и таджикские актеры, музыканты, в частности композитор Фазил Салиев. Попросился туда и я в качестве пианиста (в консерватории до войны я обучался по классу фортепиано). Но, поскольку нам предстояло выезжать на фронт, а там роялей не предвиделось, пришлось срочно освоить игру на аккордеоне.

Репетировали мы буквально дни и ночи. Потом выехали в Москву, где нашу программу просматривали в ЦДКА. Отсюда — в действующую армию. Я вспоминаю, с какой радостью встречали нас офицеры и бойцы. Выступали мы на открытых грузовиках, в землянках, в госпиталях. После концерта почти всегда возникал импровизированный митинг. Наши зрители благодарили и нас, и правительство, проявлявшее большую заботу о советских воинах. Бывало, в день мы давали по четыре-пять концертов. Тут уж не приходилось считаться ни со временем, ни с усталостью. Надо — значит, выступаем. Особенно памятны мне концерты на фронтах в присутствии маршалов И. Конева, П. Рыбалко и С. Буденного. Конечно, не миновали нас ни бомбежки, ни артобстрелы. Фронт есть фронт...

Была у нашего коллектива еще одна миссия — помогать фронтовой самодеятельности. Куда ни приедем — привозим репертуарные сборники, ноты, советуем, как составить программу, просматриваем отдельные номера.

Когда освободили часть Белоруссии, мне, как и Григорию Романовичу, довелось побывать в Ново-Белице, ставшей своего рода временной столицей республики. Здесь распо-

ложились все правительственные учреждения. На беленьких хатках — вывески: «Министерство просвещения», «Министерство торговли». В одной из таких хаток я разыскал Радиокомитет. Музыкальную редакцию возглавлял профессор Михаил Аркадьевич Бергер, которого я отлично знал по консерватории. Несмотря на то, что он лежал больной, встреча наша была радостной. Мы крепко обнялись.

Вообще, нами в то время владело какое-то радостное настроение. Пусть война еще не кончилась, но в том, что победный исход ее близок, уже никто не сомневался. Трудностей, правда, не убавилось. Напротив, в тех районах очень много болот, мы передвигались с трудом, где на лошадях, о где пешком, таская на себе все свое снаряжение. Все же, повторяю, чувство радости нас не покидало. Наша армия била врагов, доказательства этому мы видели на каждом шагу. День Победы я встретил в Восточной Пруссии.

Конечно, не только меня, человека, видевшего близко фронт, но и молодых белорусских композиторов тема войны глубоко волнует. У нас на эту тему создано немало произведений разных жанров — от симфонического и кантатно-ораториального до музыки к спектаклям и кинофильмам. Богато представлена она в хоровом жанре. Если говорить о собственном творчестве, то мною написана вокально-симфоническая поэма «Вечно живые». Она посвящена не только погибшим, но и тем, кто, борясь с фашизмом, дошел до Берлина. Поэма часто звучит и у нас, и в братской Польше (впервые вокальная партия исполнялась хоровой капеллой под руководством Г. Ширмы). Есть у меня и ряд песен, и музыка к кинофильму «Полонез Огиньского», рассказывающему о партизанской борьбе, и музыка к двум спектаклям. Один из них — о юном партизане Марате Казее, погибшем в борьбе с оккупантами (памятник ему стоит у нас в Минске); другой — «Гавроши Брестской крепости». Автор пьесы — бывший участник обороны этой крепости А. Махнач. Буквально на прошлой неделе я закончил музыку к небольшому киноочерку об обороне Могилева. В настоящее время работаю над симфонической поэмой для хора, оркестра, чтеца и солистки. Поэма посвящена героической обороне Брестской крепости.

Я думаю, что наша советская литература, в частности белорусская, дает нам, советским композиторам, богатый материал для создания больших произведений. Взять хотя бы прозу В. Быкова, или стихи молодого талантливого поэта Г. Бородулина, или повести Б. Васильева. Мне кажется, что эту тему менее всего надо решать помпезными и фанфарными звучаниями. Нужно искать разные пути. Можно, например, прочесть ее в лирическом ключе, как воспоминание о тех днях. Но в любом случае, думается, важно писать о войне так, чтобы людям сегодня было понятно, почему наши воины выиграли тогда эту битву, завоевав для нас счастливую жизнь.

Фашистские захватчики принесли мне много горя. Все мои самые близкие родственники погибли: кто расстрелян, кто убит. Погиб в рядах действующей армии мой брат. Тема героизма советского народа навсегда останется в моем творчестве.

(Окончание следует)

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Памятник участникам Лавского боя

Содержание