широту звучания. Основное настроение оттеняет и минорно-пентатоническая ладовая окраска. Эпический колорит усиливает своеобразный глубинный фон — скрытый доминантовый органный пункт, исподволь возникающий в результате неоднократного повторения квинтового полуустоя — самого низкого звука напева.

Прим. 2

Таковы два различных воплощения образа Пугачева в башкирском народном музыкальном творчестве. Песни представляют интерес и в историческом, и в музыкальном, и в эстетическом отношениях.

Оло юл — Большая дорога

По Большой дороге войска идут,
В небо пыль столбом подымая.
Пугачев — царь наш, злых врагов своих
Побил, как овец вырезая.

По Большой дороге войска идут.
Пугачев — царь наш, во главе их.
Врагов проклятых победив, сломив,
Заглушим ли народа беды?

По Большой дороге Пугач идет,
Шелковым шарфом опоясан.
У бояр-начальников отобрав,
Земли-воды раздает народу.

По Большой дороге войска идут,
Быстрых коней соревнуя.
По Большой дороге Пугач прошел,
Вражьи полки разгоняя.

Бугэсэу — Пугачев

Болыпой-то нашей дороги — хай! пыль! Весь путь бураном застилает,
Весь путь бураном застилает.

По Большой-то дороге войско шло,
Как туча войны налетая,
Как туча войны налетая.

Перевод с башкирского Г. Ахметовой

БИБЛИОГРАФИЯ

М. Этингер

Размышления над классической гармонией

Существуют ли в наши дни неизученные проблемы классической гармонии? Актуальны ли они? Подобные вопросы, поставленные Л. Мазелем в первых же строках его новой книги, действительно, могут возникнуть у читателей, допускающих прямолинейное толкование популярного афоризма Стравинского о блестящей, но краткой истории гармонии как науки.

Работа Л. Мазеля посвящена целому ряду нерешенных проблем классической гармонии. Есть и более общие основания приветствовать появление его книги: в ней речь идет о закономерностях классического искусства, которое занимает ведущее место в системе современного музыкального воспитания. И до тех пор, пока такое положение сохранится (то есть, вероятно, еще очень долго), музыкознание будет изучать музыкальную классику в соответствии с задачами, выдвигаемыми каждым новым поколением, подобно тому, как не прекращается изучение, например, литературного языка великих писателей.

Известный главным образом как автор трудов в области музыкальной формы, мелодики, анализа музыкальных произведений, в рецензируемой книге Л. Мазель подытоживает свои многолетние размышления над вопросами гармонии, содержащиеся в его печатных работах и лекционных курсах. Поэтому не все положения новы для читателя — часть их либо затронута в прежних публикациях, либо живет в виде «устной традиции», переходя от ученого к его ученикам. Но едва ли не в каждом вопросе заметна тенденция достичь более высокого уровня познания, выдвинуть усовершенствованные формулировки, а нередко и совсем новые идеи. Сила и блеск рассуждений Л. Мазеля давно известны, и в этом отношении его книга о гармонии не является исключением. Убедительности доводов способствует живое изложение, изобилующее всевозможными сравнениями, а также аналогиями, почерпнутыми не только из близкой сферы литературы и искусства, но и из ряда точных наук.

Одна из центральных задач Л. Мазеля — обоснование правильных отношений между двумя подходами к проблемам классической гармонии: с точки зрения акустических и интонационных предпосылок. Оба подхода издавна наметились в трудах, например, Рамо и Римана, с одной стороны, Бемецридера, Яворского и Курта — с другой. Автор подчеркивает, что «в русском музыкознании, в соответствии и с самим творче-

_________

Л. Мазель. Проблемы классической гармонии. М., «Музыка», 1972, 616 с.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка