Выпуск № 5 (366) | 1969 - страница 23

далека, выхватывает одинокую фигуру. Юноша пытливо вглядывается в далекий источник и медленно, ощупью движется к нему. Он словно пытается поймать этот луч, приблизить к себе и одновременно защитить глаза, лицо...

Начинается «Концерт в черном». Опять звучит музыка Баха. На этот раз — не одно какое-либо произведение, а специально скомпонованная «сюита» (в ней шесть частей: ария из Третьей оркестровой сюиты, Канон, Хоральная прелюдия, Бурре, Фуга ре мажор и Прелюдия фа минор).

Сцена постепенно освещается. Теперь здесь все иное. Ничего внешнего. Совершенно пустое «обнаженное» пространство. Кулисы отсутствуют. Простой белый задник слегка подсвечивается снизу. Создается впечатление едва занимающейся на горизонте зари. Прямо «на земле» сидит группа юношей и девушек в черном трико, босые. Сидят, обхватив колени руками, опустив в них лица. Они полностью погружены в свой внутренний мир, они размышляют.

Но вот кто-то поднимает голову. За ним еще один, еще... Встают, начинают двигаться. И мы узнаем их, узнаем по пластике движений, динамике, ритмам... Мы встречаем их каждый день на улице, дома, в жизни. Встречаем, но не всегда видим, чем они живут. А здесь, в танце, они раскрываются предельно искренно, откровенно выплескивая все, что живет внутри, — тревоги и сомнения, неуверенность и веру, трепетность чувств и незащищенную их открытость, незнание и стремление понять, надежды...

Это — юность, постигающая мир, ищущая свое место в жизни. И простота, и цвет одежды в этом балете призваны создавать ощущение будничности, повседневности — того, на первый взгляд, казалось бы, ничем не примечательного, за чем, если взглянуть поглубже, кроется очень многое.

Вот моменты развертывающегося процесса. Один — из начала. Разрозненные, даже причудливые движения, пластичные колебания всего тела кажутся случайными. На этой стадии преобладает образное выявление индивидуального, отдельного. Постепенно движения становятся более слаженными, более четко ритмизованными, обретают качество силы, устремленности. И понимаешь, что они подчинены еще и общему ритму, так сказать, ритму второго порядка — довольно сложному.

Изображение

«Концерт в белом». Классический балет

«Концерт в черном». Пластический балет

Наконец, танцующие образуют тесную группу. Подняты вверх вытянутые ладони, переступая по которым движется девушка. Дружеские руки осторожно и бережно помогают ей сделать каждый следующий шаг, и девушка спокойно идет в невидимую даль.

Это — кульминация «Концерта в черном», выражение идеи общности юных, которая трактуется широко: каждый должен сам пройти свой путь, но важно при этом чувствовать рядом верную руку товарища.

Интересный и содержательный балет решен свежо, изобретательно, красиво. И главное — в его пластике раскрывается строй мыслей и чувств нашего современника. Высказываемое в нем волнует, а форма выражения ярка и оригинальна. Таково впечатление от «Концерта в черном». И все-таки вновь рождается голос сомнений: правомерно ли такое сближение веков? Воплощает ли происходящее на сцене музыку Баха? Или действие говорит о своем, а прелюдии, фуги и арии остаются для него только ритмическим фоном? Однако этот голос звучит уже не столь уверенно.

*

«Испанская рапсодия» Мориса Равеля. Сцена снова погружена в темноту. Но здесь уже не займется тихая утренняя заря. Здесь будет господствовать черное, лиловое и более всего — красное. А островки белого потонут в напряженном драматизме темных тонов. И это полностью сольется с музыкальной драматургией.

В отличие от других балетов вечера, этот сюжетен (либретто Эпп Миккаль). Ему предпосланы два эпиграфа: «Моя жизнь — в моей чести» и «Меня вынуждает к этому необходимость восстановить честь... Этим несчастьем я чести обязан».

Одна из актуальнейших проблем для испанца XVII века — проблема чести; вокруг нее и строятся сюжетные события балета. Его хореография всецело подчинена ставшему классическим испанскому характерному танцу и музыке Равеля.

Да, музыке! Поражает тонкое ощущение специфики образности «Испанской рапсодии», которое проявил постановщик.

Сцена снова без декораций, но сверху приспущен огромный темный полог — символ границы жизни и смерти. Вместе с музыкой он создает атмосферу гнетущей напряженности. Свет выхватывает из темноты лицо, грудь поникшего мужчины. Тут же на полу со свечой в

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Изображение

«Концерт в белом». Классический балет

«Концерт в черном». Пластический балет

*

Содержание