Выпуск № 12 (361) | 1968 - страница 69

В творчестве Вуди Гафри своеобразно преломились традиции американского песенного фольклора с его различными национальными напластованиями. Песни Вуди кажутся очень простыми, подчас элементарными по своей форме, по языку. Но эта простота — особенная. В интонационном складе, поэтических образах — естественность и глубина жизненного содержания, безошибочный вкус, чувство меры. Песня крепчайше «впаяна» в тот мир и ту среду, которую она выражает. Этому нельзя научиться. Этот поразительный дар — свойство редких талантов из народа, которые аккумулируют в себе его духовный склад.

Статья о Вуди Гафри родилась буквально у меня на глазах. Нынешним летом Джерри Силвермен вновь (уже в четвертый раз) приехал в Москву по приглашению Союза композиторов. Он посетил Ереван и Тбилиси, познакомился с народной музыкой этих республик. Во время своих концертов, в беседах с музыкантами ему не раз доводилось называть имя Вуди Гафри, петь его песни. «Пожалуй, я напишу о нем статью, — сказал Джерри. — И приложу к ней песню Вуди».

Эта статья и эта песня - перед вами, читатель.

А. Медведев

Илл. 1

Вуди Гафри

Этот человек — поэт и певец, гордость простых людей Америки. В нем воплотились лучшие черты народа, из глубин которого он вышел, — ум, честность, чувство юмора, любовь к людям труда, ненависть к эксплуататорам и расистам. Его жизнь была нелегкой, он изведал нужду и горе. Но в песнях, которые он сочинял и исполнял для таких же, как он, скромных тружеников, светило солнце, люди смеялись, радовались и грустили, любили, верили в счастье и справедливость. Песни звучали по всей Америке, а их автор чаще всего оставался безвестным — великий и горький удел народного музыканта...

Имя этого человека, жившего в огромной, богатой, наивной и жестокой стране, ставшего ее славой и умершего в нищете, на больничной койке, имя этого человека — Вуди Гафри.

Хочется, чтобы советские люди узнали и полюбили этого замечательного человека.

В 1912 году в городе Окима, штат Оклахома, в семье Чарли и Норы Гафри родился ребенок. Как же назвать его? В Америке только что избрали нового президента — Вудро Вильсона. Его имя и решили дать малышу. Но впоследствии никто не называл его Вудро Вильсон Гафри, а просто — Вуди.

Много лет спустя Вуди выразительно описал свой родной город как один из самых «поющих, танцующих, кричащих, молящихся, болтающих, смеющихся, плачущих, стреляющих, дерущихся, истекающих кровью, играющих в карты, всегда носящих оружие сельских городов, потому что его расцвет относится ко времени Нефтяного Бума».

Богатое месторождение нефти, открытое возле Окимы, когда-то тихого провинциального местечка, привлекло туда массу людей, хороших и плохих.

Поначалу Чарли Гафри преуспевал в торговле недвижимостью. Он всегда находился в гуще событий и приносил в семью все новости. Дом был полон музыки и различных историй. Мать пела маленькому Вуди ирландские и шотландские баллады, напевы мексиканцев и негров из южных штатов. Отец играл на гитаре и банджо в местных оркестрах ковбоев. Он и начал учить сына петь негритянские и индейские песни. А за стенами родного дома мальчик слышал песни шахтеров и рабочих цинкового рудника «Генриетта», расположенного неподалеку, гимны и спиричуэле, звучавшие в сельских религиозных общинах. В поисках грошового заработка он продавал газеты, пел на углах, и вся жизнь улицы проходила перед его глазами — ее шум, ее драки, ее музыка.

...Недолго вела семья Гафри относительно спокойную жизнь. Обрушилось несчастье: мать и отец Вуди стали инвалидами. С четырнадцати лет юноше пришлось полагаться только на самого себя. Он отправился на юг, в штат Техас, в город Галвестон, расположенный на берегу Мексиканского залива. Днем перебивался случайной работой, а по вечерам играл на своей гармонике и пел в трактирах и бильярдных залах. Брался разрисовывать вывески.

Потом Вуди двинулся на север. В маленьком городишке Пампа ему удалось получить работу в магазине. Местный шериф дядя Джеф дал юноше первые уроки игры на гитаре. Вскоре они уже вместе выступали на карнавалах, родео, на различных парадах, ярмарках, вечеринках. Как Вуди сам потом рассказывал: «Иногда мы играли просто для себя, чтобы услышать, как звуки наших гитар разносятся далеко вокруг. Именно тогда я и начал петь — мне кажется, это уже можно было назвать пением...»

Да, это было настоящее пение. И вокруг сразу же собирались слушатели.

Потом Вуди уехал на западное побережье, в Калифорнию, где прожил два года.

В 1929 году в Соединенных Штатах разразился жесточайший экономический кризис. Он потряс всю страну, но больше всего пострадали от него мелкие фермеры Среднего Запада — в Оклахоме, Техасе, Канзасе и прилегающих штатах. Они не только испытали на себе последствия полного крушения экономической системы страны, но им пришлось также столкнуться с небывалым стихийным бедствием — гигантскими пыльными бурями. В результате богатейшая национальная житница Соединенных Штатов превратилась в пустыню. Обширные бесплодные площади получили название «пыльного мешка».

Сотни тысяч людей, согнанные со своих насиженных мест, разоренные банками, которые лишили их права выкупа заложенных домов и ферм, потянулись в зеленую Калифорнию. Беженцы из «пыльного мешка» надеялись подработать на сборе яблок, персиков, слив и других фруктов. Они могли бы подбирать фрукты с земли. Они могли бы заработать несколько долларов в неделю. Они могли бы...

Вуди испытывал сильную привязанность к этим бездомным. Он слишком хорошо знал, что значит оставить свой родной кров и пуститься в неизвестность по длинному пыльному пути. Он, как и тысячи других беженцев, ждал лучших времен — когда-нибудь, когда-нибудь...

Вуди познакомился с песнями кочующих рабочих. Исходил всю Калифорнию вдоль и поперек и пел вместе с рабочими и для них. И сам начал сочинять. В его песнях отражалась трудная жизнь, разочарования, надежды и юмор народа — его народа.

«Я видел сотни тысяч людей, обездоленных, без гроша в кармане, голодных, безработных, несчастных, которые брели по большим дорогам, — вспоминал впоследствии музыкант. — Я слышал, как эти люди пели в своих лагерях, расположенных под открытым небом, пели песни, которые я для них создал».

Сам Вуди называл эти песни «Балладами «пыльного мешка». В своем жанре они составили всеобъемлющую музыкальную хронику тех времен, подобно знаменитому роману «Гроздья гнева» Стейнбека.

В 1940 году Вуди Гафри и фольклорист Аллан Ломакс записали на пластинки многочасовую передачу о современном американском фольклоре и «все песни», которые тогда мог вспомнить Вуди. Коллекция была передана в Национальный архив при Библиотеке Конгресса. Вскоре Вуди оказался в Нью-Йорке.

Он стал сотрудничать в «Daily Worker» — газете амери-

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

А. Медведев

Илл. 1

Вуди Гафри

Содержание