И все же без Боткина невозможно представить себе развитие русской музыкально-эстетической мысли на раннем и существенно важном этапе ее становления. Музыке Боткин отдал лучшую часть жизни, ибо любил ее превыше всего. И не только любил, но и знал, чувствовал и понимал, как немногие из его современников. Он много сделал для понимания выдающихся явлений музыкального искусства. Влияние его было велико. И хотя он не занял в истории русской музыки того места, на которое давало ему право его выдающееся дарование, имя его не может быть предано забвению.
Гр. Бернандт
М. К. ОГИНЬСКИЙ
Прошло более 200 лет со дня рождения выдающегося польского композитора Михала Клеофаса Огиньского. Его творчество и общественная деятельность уже привлекали внимание ученых. Все же многие страницы биографии этой яркой индивидуальности остаются незаполненными, так как мало изучены еще архивы.
В настоящую публикацию включены выявленные нами в Центральном историческом архиве Литовской ССР письма и документы, содержащие небезынтересные сведения об Огиньском. Это прежде всего четыре письма1. Два из них адресованы его дядюшке Ф. К. Огиньскому. Первое — живой отклик патриота на трагическое событие в истории польского народа — раздел Речи Посполитой в 1793 году. Второе полно жалобы на бедственное материальное положение, в котором находится композитор-повстанец, вынужденный покинуть родину и скитаться по чужим странам. Третье, написанное по дороге из Петербурга в Залесье, воссоздает характер взаимоотношений Огиньского со своим служащим Францишком Бавором. Наконец, четвертое, относящееся к последнему, так называемому флорентийскому периоду жизни Огиньского, проникнуто смятенным настроением, в котором он пребывал.
Помимо писем нами публикуются два документа — удостоверения, дающие Огиньскому право на проезд. Они хранятся в том же фонде2, что и вышеуказанные письма.
Эти документы относятся к годам эмигрантской жизни Огиньского. Как известно, в конце 1794 года, после разгрома польского восстания, Огиньский вместе с другими патриотами уезжает в Вену под вымышленной фамилией Михаловского, откуда 7 декабря того же года направляется в Венецию, в которой сосредоточилась довольно значительная группа польских эмигрантов. Здесь Огиньский жил под собственной фамилией. Спустя год с лишним он уже во Флоренции, где по распоряжению французского правительства получает первое из публикуемых нами удостоверений на имя Жана Риделя и уезжает в Константинополь. Но уже 3 ноября 1795 года Огиньский покидает столицу Турции и направляется через Бухарест в Фокшаны и Яссы, а затем в Галицию, где обосновался в Яблонове под новой фамилией — Рачиньский. Узнав, что австрийская полиция разыскивает его, он едет в Париж через Львов, Краков, Вроцлав, Дрезден и Брюссель, Амстердам, но уже под именем Антона Гловацкого. В Париж он прибыл 2 февраля 1797 года.
Первое удостоверение позволяет нам датировать время прибытия М. К. Огиньского в Смирну, второе же содержит дату приезда в Дрезден. Здесь он получает второе разрешение на дальнейшее путешествие.
Все перечисленные письма и документы привносят новые детали, в известной мере обогащающие наше представление о жизни популярного в свое время музыканта с пылкой душой гражданина, любящего свою родину и потратившего немало сил на процветание ее культуры.
I
Ф. К. Огиньскому1
Сиятельный князь!
Буквально за несколько часов до получения Вашего письма по Вильно распространилось известие о разделе2. Уже всему городу известна эта печальная новость, и хотя генерал Арсеньев3, к которому я умышленно по этому поводу ездил, уверял
меня, что об этом событии нет никакого известия, тем не менее я не сомневаюсь, что должно было свершиться то, что мы с давних пор предвидели. Я не в состоянии переслать Вам никакого более верного донесения; в Гродно же и в Варшаву тщетно было бы посылать, ибо там раньше знали о разделе страны, чем в этой стороне.
Припадаю к стопам дяди с глубочайшим уважением. Ваш нижайший слуга.
Михал Огиньский
Вильно
10 апреля 1793 г.
2
Ф. К. Огиньскому
Сиятельный князь!
Не надо употреблять обширное объяснение в том случае, когда угнетенное сердце обращается с неотложными нуждами к великодушному и чувствительному в отношении к несчастным сердцу.
В своем случае обращаюсь к милосердию дяди и к его поддержке в надежде, что не буду разочарован в своих ожиданиях.
Мое нынешнее состояние и обстоятельства, к нему приведшие, должны быть дяде хорошо известны. Находясь на чужбине1 вместе с женой2, я удален от моей Отчизны и от самых дорогих мне лиц, без всяких средств на приличное существование. В таковом приключении прошу и заклинаю Вас оказать мне поддержку и изыскать способ для присылки сколько-нибудь денег. Будет это для меня самым дорогим благодеянием...3 и должную благодарность и желание показать в результате, что посредством своего образа мышления и действиями буду всегда достоин милостивого Вашего, дядя, расположения.
Имею честь пребывать с должным уважением Ваш нижайший слуга
Михаил Огиньский
Венеция
13 марта 1795
3
Францишку Бавору1
24 ноября 1821
Ночую сегодня здесь, ибо несносная дорога так мне надоела, что я нуждаюсь в отдыхе. Посылаю вперед мою бричку, которую вели вкатить в закрытый каретный сарай, но не разгружая, ибо я вышлю ее сейчас же в Залесье2.
Прошу Вас, дорогой пан Францишек:
1. Дабы упросил Ты доктора Снядецкого3 меня навестить завтра после обеда, ибо из-за плохой дороги не рассчитываю быть в Вильне раньше двух часов.
2. Дабы заказал Ты для меня обед на одну персону.
3. Дабы Ты выхлопотал для меня подорожную в Молодечно или скорее в Пруды4 туда и обратно на шесть лошадей.
4. Дабы Ты мою библиотеку, ключ от которой присоединяю, велел протопить.
5. Дабы Ты не разглашал, что я завтра буду в Вильне, исключая тех лиц, которых надобно мне видеть.
Будь здоров М. О.
P. S. Вели кого-либо поставить около двенадцати часов около заставы, дабы не возникли затруднения и я не задерживался бы, ибо подорожную даю едущему вперед Францишку.
4
Марии Огиньской1
Флоренция,
23 октября 1827 г.
Пишу эти немногие строки единственно для того, чтобы присоединить два письма
А...
Неужели не этот язык употреблял в свое время в отношении к Иренеушу2?
-
Содержание
-
Увеличить
-
Как книга
-
Как текст
-
Сетка
Содержание
- Содержание 3
- История и современность 4
- «…Заниматься жизнью музыки…» 26
- И вновь интересные встречи 29
- Преемственность поколений 39
- Обретая Родину 41
- Портрет певицы 45
- За пультом — Фуат Мансуров 50
- Путь «Трембиты» 52
- В мире Софроницкого 56
- На концертах пианистов 62
- Вопреки «условиям существования» 66
- Звучит Моцарт 69
- Молодые лауреаты 70
- [Авторский вечер Арама Ильича Хачатуряна…] 71
- Юбилей французского композитора 72
- Вечер советской музыки 72
- Поэзия чувств 73
- Советские исполнители о Рахманинове 75
- Памятники русской культуры 78
- Из мемуаров 83
- В. П. Боткин 93
- М. К. Огиньский 105
- К. Липиньский 109
- Музыка и воображение 114
- Малер — его время пришло 119
- Варшавские мелодии 122
- Мастеровой 128
- Интервью с Э. Сухонем 136
- Интервью с Г. В. Хенце 137
- Встреча с Марией Фарандури 139
- Перспективное издание 141
- Выдающееся исследование 144
- Что такое энциклопедический словарь? 147
- Ответ Б. Штейнпрессу 151
- От редакции 154
- По следам наших выступлений 154
- Хроника 155
