Выпуск № 5 (342) | 1967 - страница 72

а Герман Шерхен «приверженец авангардистских течений». Неужели же нельзя было прибавить какую-нибудь, пусть самую сжатую характеристику, самую лаконичную оценку творческой деятельности к этим трехсловным «постоянным эпитетам», которыми в словаре без всякого разбора одинаково награждены самые разные, столь не похожие друг на друга музыканты!¹

Зато что представлено в статьях о советских композиторах с достойной восхищения полнотой и скрупулезностью, так это всевозможные титулы, звания, занимаемые в прошлом и настоящем должности, отличия, награды, премии, длинные перечни учеников и т. п. Здесь, по-видимому, составители не были ограничены никаким лимитом. В результате иные статьи напоминают некие послужные списки, более уместные в справочнике членов Союза композиторов, нежели в энциклопедическом словаре. Не имея возможности привести соответствующие цитаты, которые заняли бы слишком много места, отсылаю читателя к статьям, посвященным, в частности, В. Золотареву, Кара Караеву, А. Кос-Анатольскому, Г. Литинскому, А. Мачавариани, В. Шебалину, Р. Щедрину (в них — ни слова о самой музыке этих композиторов!), Д. Кабалевскому, А. Хачатуряну, Т. Хренникову, Д. Шостаковичу (в этих статьях лишь ничтожная часть текста уделена крайне бедной и поверхностной характеристике их творчества)².

И еще одно, о чем уже резонно говорили в печати. Зачем понадобились в энциклопедическом словаре все эти сведения о родственных отношениях — кто чья жена, кто чей муж, сын, племянник, даже двоюродный брат и т. д.? Такие сведения нужны в отношении тех деятелей музыкальной культуры, которые уже вошли в историю (братья Антон и Николай Рубинштейны, супруги Роберт и Клара Шуман), но они совершенно неуместны в отношении наших современников. Не говоря уже об этической стороне, ибо некоторые «биографические справки» выглядят попросту анекдотично и оскорбительно, когда о том или ином «рус. сов. композиторе» не сообщается более ничего, кроме того, что он сын или племянник того-то), — не говоря уже об этом, хочется задать вопрос: ну, а, не дай бог, супруги такие-то разойдутся (в жизни ведь это случается) и образуются новые матримониальные сочетания? Что ж тогда, выпускать «третье, исправленное и дополненное» издание словаря?..¹

Поскольку многие из сделанных замечаний касаются, помимо прочего, принципиального вопроса о критериях отбора и систематизации материала, остановимся на этой стороне несколько подробнее.

Мы уже убедились, что должная строгость отбора и надлежащие пропорции между главным и второстепенным в словаре не соблюдены. Но есть просчеты и иного рода. Я имею в виду определенную непоследовательность в выборе и оформлении тем в пределах одного какого-то раздела, отсутствие должной унификации, известную долю субъективизма в отборе и оценке материала. В связи с этим несколько недоуменных вопросов.

Почему одни музыковеды и музыкальные писатели лишь названы и сопровождены, перечнем работ, а другие, находящиеся в абсолютно равном с ними — во всяком случае, в рамках энциклопедического словаря — положении, дополнительно снабжены определенной характеристикой или указанием на преимущественный род их деятельности? Почему, например, В. Васина-Гроссман, или В. Конен, или Б. Ярустовский просто «рус. сов. музыковеды», в то время как о «рус. сов. музыковедах» Б. Штейнпрессе или И. Ямпольском дополнительно сообщено, кто, где и в какие годы преподавал, когда стал доцентом, чем занимался и т. д.?

Почему, далее, в цикле статей, посвященных отдельным музыкальным произведениям, где, как сказано в предисловии, «упоминаются наиболее значительные и популярные оперы, балеты, оперетты, оратории, кантаты... циклы романсов...» (стр. 4), есть, например, такая «значительная и популярная» опера, как «Мнимая садовница» П. Анфосси (1774) — знает ли, кстати, ее читатель? — но нет идущих на сценах многих стран мира «Огненного ангела» С. Прокофьева или «Носа» Д. Шостаковича? Есть вальс И. Штрауса «На

_________

¹ Кстати, место для этого чрезвычайно легко найти внутри самого словаря. Например, из 27 строк текста, отведенных поэту В. Гусеву, взять пару и прибавить их к тем трем, которые отпущены композитору Л. Книпперу, «писавшему на тексты Гусева». Н. Асееву тоже не грех было бы уделить немного из своего 22-строчного запаса, скажем, М. Старокадомскому, у которого только 4 строки: ведь Старокадомский тоже «писал на Асеева». Соответственно, С. Михалков мог бы поделиться с Ан. Новиковым, Е. Евтушенко — с А. Эшпаем, а С. Маршак и Е. Долматовский — с С. Прокофьевым и Д. Шостаковичем!

² Между прочим, в выпущенном в 1963–1965 годах в Кракове (Польша) «Лексиконе композиторов XX века» (составитель Б. Шеффер, отнюдь не являющийся апологетом советской музыки) названным композиторам уделено несравненно больше места и внимания.

_________

¹ Кстати, оно может очень скоро понадобиться и по другой причине: в словаре сказано, что Д. Шостакович работает над оперой «Тихий Дон» (стр. 587), а А. Буш пишет оперу «Человек, который никогда не умирал» (стр. 554). Как же будут выглядеть эти «энциклопедические сведения», когда оперы будут закончены?

прекрасном голубом Дунае» (спору нет, красивый вальс!), но отсутствует, например, вокальный цикл Мусоргского «Без солнца»? Есть песня Э. Колмановского «Хотят ли русские войны» (и даже с нотной строчкой), но нет «Патетической оратории» и «Курских песен» Г. Свиридова?

Почему, наконец, песня «По долинам и по взгорьям» приведена в нотной записи полностью, а «Марсельеза», «Варшавянка» или «Священная война» представлены лишь начальными тактами?

В связи с затронутыми вопросами — еще одно замечание.

Сопоставляя оба издания словаря, нельзя не обратить внимание на то, как резко возросло во втором из них число румынских композиторов по сравнению, например, с болгарскими или чехословацкими. Приведу конкретные цифры. В первом издании болгарская музыка была представлена восемью именами, а румынская — всего пятью. Во втором мы насчитываем 12 болгарских композиторов и 57 румынских! Не явилась ли эта странная диспропорция просто следствием того, что в промежутке между двумя изданиями Энциклопедического музыкального словаря в Бухаресте вышел в свет под редакцией В. Космы «Краткий лексикон румынских композиторов и музыковедов»¹, из 205 биографических справок которого 54 перенесены в словарь? В этом, разумеется, нет ничего недозволенного, но беда в том, что при этом общая картина оказалась донельзя искаженной. Если, с одной стороны, румынская музыка (как, впрочем, и югославская) представлена в словаре с исчерпывающей полнотой, то, с другой стороны, среди болгарских музыкантов мы не находим ни Димитра Хаджигеоргиева, ни Асена Каростоянова, ни заслуженных артистов республики, лауреатов Димитровской премии Александра Райчева и Тодора Попова, ни таких музыковедов, как Венелин Крыстев, Стоян Стоянов, Стоян Петров, Крум Ангелов; нет в словаре талантливых чехословацких композиторов Сватоплука Гавелки, Виктора Калабиса, Павла Боржковца; обойдены известные венгерские музыковеды Йожеф Уйфалуши, Янош Мароти...

Все это еще раз говорит о недостаточно продуманном, случайном (что есть под рукой) выборе имен, фактов, явлений. И это, пожалуй, самый существенный изъян рецензируемого издания; в этом отношении оно заметно проигрывает по сравнению с первым.

И, наконец, последний (по счету, но не по значению!) вопрос — о точности фактических данных словаря.

Разумеется, в рамках журнальной рецензии нет никакой возможности установить истинную цифру всех ошибок или неточностей, имеющихся в словаре; для этого пришлось бы проделать работу по крайней мере равную той, которую авторы затратили на его составление. Однако даже выборочная проверка по ряду разделов и тем, а также по отдельным, взятым почти наугад статьям вскрывает весьма удручающую картину.

Только в биографических справках, посвященных русским и советским музыкальным деятелям, обнаружено 68 ошибок в датах и свыше 30 неверных фактических оведений (естественно, что какая-то часть статей при этом осталась неуточненной). Вот конкретные примеры.

А. Варламов издавал «Эолову арфу» не с 1834, а с 1833 года. А. Больска родилась не в 1864, а 4 февраля 1863 года, причем не в Москве, а в Подольской губернии. А. Архангельский родился не в Пензе, а в селе Старое Тезиково Пензенской губернии; Д. Лукас — не в Волынской, а в Виленской губернии; В. Вельский скончался не в Ленинграде, а где-то за рубежом.

Далее. Мемуары А. Белого называются не «Между двумя революциями», а «Между двух революций», а книга А. Львова «О свободном и несимметричном ритме» в действительности озаглавлена «О свободном или несимметричном ритме». Д. Леонова пела на Мариинской сцене не до 1873, а до 1874 года, а ее концертное турне совместно с М. Мусоргским правильнее назвать не «по югу России», а «по России» (Мусоргский и Леонова выступали не только в Херсоне, Одессе, Крыму, но и в Воронеже, Тамбове и даже в Твери). Клавир кантаты С. Танеева «По прочтении псалма» издан не в 1914 , а в 1923 году, партитура же ее, изданная, согласно словарю, в 1915, в действительности вышла в 1960 году; опубликованных романсов у Танеева не 39, а 40. Ц. Кюи — автор не 10, а 14 опер. Встречаются и совсем досадные промахи; так, профессор Ленинградской консерватории В. Генелер значится живущим, в то время как он скончался 1 ноября 1963 года (словарь сдан в набор 7 августа 1965 года). Есть и курьезы: Яков Беккер, согласно словарю, родился в 1851 году, а свою знаменитую фортепианную фирму основал десятью годами ранее — в 1841 году!

Еще больше ошибок в разделах, посвященных зарубежной музыке. Отмечу лишь наиболее существенные из замеченных.

Неверно, что первые обработки народного английского контрданса для вирджинела выполнил Д. Плейфорд в 1651 году: это сделал его соотечественник У. Бёрд, умерший за 28 лет до появления сборника Плейфорда. В «Песне о Земле» Малера использованы тексты не трех китайских

_________

¹ Compozitori și musicologi români. Mic lexicon. București, 1965.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание