Выпуск № 5 | 1967 (342)

ХРОНИКА

 

В ГОД ВЕЛИКОГО ПЯТИДЕСЯТИЛЕТИЯ

ПО СЛЕДАМ СТАРЫХ ФОТОГРАФИЙ

АРТИСТИЧЕСКИЕ УДАЧИ

НОВЫЕ ФИЛЬМЫ

ПОМНИТЕ!

В ГОД ВЕЛИКОГО ПЯТИДЕСЯТИЛЕТИЯ

Над чем вы работете?

В. Трамбицкий (Ленинград)

Мной закончена в клавире (и частично — в партитуре) опера по повести московского писателя Федора Кнорре «Одна жизнь». Либретто А. Машистова и А. Пикара. Повесть привлекла меня жизненностью содержания, ясностью образов и тоном глубокой человечности, свойственной перу этого писателя. В центре сюжета — судьба советской актрисы, которая с первого дня своей сценической деятельности, начавшейся во фронтовом театре в годы гражданской войны, до последнего вздоха в блокированном Ленинграде отдавала свои силы народу.

Построение повести и наличие в ней отступлений типа авторских раздумий в известной мере предопределили форму оперы: пролог и эпилог обрамляют развитие пьесы и содержат хоровые реплики, раскрывающие философский смысл событий.

Остановлюсь лишь на двух проблемах, наиболее меня занимавших во время сочинения оперы. Я не раз задумывался над тем, насколько сложна работа памяти, происходящая в сознании слушателя при восприятии оперного спектакля! Насколько активную роль играет здесь непрерывное сопоставление драматургических положений, и как поэтому важно точно соотнести акценты в развитии оперного действия!

В этой связи мне думается, что контрастная смена эмоциональных планов (разумеется, художественно оправданная) — один из наиболее важных «рычагов» оперной формы. С этой точки зрения повесть Ф. Кнорре мне показалась благодарной.

Развитие сюжета позволило также сопоставлять романтическое начало и характерно-бытовое, интимное и народно-массовое. Естественно, что столь различные планы требовали декламационной гибкости вокальных партий (этого же потребовал и язык Кнорре, очень чутко передающий оттенки речи).

Не менее важна, на мой взгляд, и мелодико-тематическая основа оперного замысла.

Здесь тоже можно говорить (пожалуй, в еще большей степени) о роли слуховой памяти: даже не склонный к анализу слушатель эмоционально воспринимает в ходе спектакля развитие музыкальных тем, изменение их характера, их взаимодействие — подчас на значительных временных расстояниях.

Поэтому я не вижу оснований отказываться от лейтмотивной организации оперы. При этом мне представляется, что в условиях монументальной формы темы по своей протяженности должны быть достаточно масштабными, а по интонационному содержанию — предельно конкретными.

Как-то мне довелось услышать от С. Самосуда: «Если слушатель, уходя со спектакля, не может спеть ни одной темы, то он должен хотя бы захотеть их спеть!..» Очень тонкое наблюдение.

Все сказанное в основном относится к области творческих принципов, которым я хочу следовать, и стоящих передо мною задач. Понятно, насколько сегодня сложно их практически осуществить.

В итоге, мне б хотелось услышать в создаваемом спектакле правдивую повесть о судьбах советских людей, которые мужественно шли по трудному, но славному пути служения своему народу. Их помнит и сегодня наша возмужавшая Родина!

  • Содержание
  • Увеличить
  • Как книга
  • Как текст
  • Сетка

Содержание

Личный кабинет