Высшая красота гармонии всегда покоится на крепком содружестве слова и музыки. Такой чудесный сплав двух родственных искусств вызывает «чувствуемую мысль» (В. Маяковский), обладает не только эстетической, но и большой нравственной силой. Музыка в союзе с литературой развивает образное мышление, даже самая незначительная музыкальная деталь способна раскрыть смысловые глубины произведения.

Читая литературное произведение, часто поражаешься, как отдельные музыкальные эпизоды органически связаны со сложными жизненными конфликтами. Вот, например, в «Тихом Доне» М. Шолохова. Картина, изображающая пленных музыкантов, играющих перед смертью «Интернационал», обретает особый символический смысл. Измученные музыканты с небывалым воодушевлением отдали все силы родному гимну: «И в наступившей тишине, в полуденном зное, словно зовя на бой, вдруг согласно и величаво загремели трубные, негодующие звуки «Интернационала». Когда взбешенный есаул приостановил игру, «оркестр разом умолк, лишь валторна запоздала, и надолго повис в раскаленном воздухе ее страстный незаконченный призыв...» 2 . В этой потрясающей своим драматизмом картине выражены неисчерпаемые моральные силы восставшего народа, здесь сталкиваются две эпохи, две идеологии, непримиримые классовые силы. Несомненно, этот эпизод в романе с наибольшей эмоциональной силой утверждает победное торжество идей Великого Октября. Музыка может быть решающей в раскрытии художественного образа. В этом отношении характерна пьеса А. Островского «Бесприданница». В. Ф. Комиссаржевская, прекрасно игравшая роль героини, подчеркивала, что романс в третьем действии для нее был «чуть ли не ключом всей роли». Пушкин не только солнце русской поэзии, но и русской музыки. В содружестве с ней рождался и его мир прекрасного, удивительная гармония стиха, его народность. Он говорил в первоначальном варианте «Памятника»:

И долго буду тем любезен я народу, Что в русском языке музыку я обрел...

К сожалению, сообщения об этом ученик не найдет в учебном пособии для 8-го класса. Этот же недостаток отмечает и анализ творчества других писателей, часто очень близких искусству звуков. Нельзя, например, представить себе жизнь и творчество Тургенева без общения с музыкой. По его собственному признанию, она помогала ему проникать в тайны красоты, в духовный мир человека. Живя во Франции, Тургенев общался с известными всему миру композиторами, деятелями искусства, которые поражались его знаниям в области музыки. Альфонс Доде с восторгом говорил: «Меня очень обрадовало, что он

1 М. Шолохов. Собр. соч. в 8-ми т., т. 5.

любит музыку. Во Франции литераторы обычно ненавидят музыку: все заполонила живопись. Теофиль Готье, Сен-Виктор, Банвилль, Гонкур, Золя, Леконт де Лиль — музыкофобы» 3 . И опять-таки в учебном пособии для 9 класса средней школы под редакцией Б. Бурсова почти ничего не сказано об отношении Тургенева к музыке.

А какими тонкими знатоками музыки были Грибоедов, Л. Толстой, Чехов... В книгах Н. Островского «Как закалялась сталь» и А. Фадеева «Молодая гвардия», которые особенно любит наша молодежь, изображение героев все время дается сквозь призму их отношения к музыке и песне. С каким задором корчагинцы поют народные песни на фронтах гражданской войны, лихие частушки против врагов революции; они звучат в повседневной кипучей комсомольской жизни, в глухих селах. Удивительно красива коммунистическая вечеринка в честь содружества товарищей, где «играла гармонь о прошлом, об огневых годах и о сегодняшней дружбе, борьбе и радости» *.

В романе «Молодая гвардия» есть замечательные слова автора: «Ни в чем так свободно не проявляется народный характер, как в песне и пляске». В этом убеждается читатель, соприкоснувшись с миром Павла Власова, Павки Корчагина, молодогвардейцев. К сожалению, и об этом в учебниках не сказано ни одного слова.

После всего изложенного нас не удивляет и то, как в журнале «Литература в школе» односторонне прошла дискуссия по вопросу «Об эффективности занятий по литературе». Обсуждение такой темы длилось почти год (1971 — 1972), но никто из словесников, участвовавших в дискуссии, не сказал о роли музыки в литературе вообще или в конкретном литературном произведении.

В свое время А. Блок писал: «Россия — молодая страна, и культура ее синтетическая: неразлучимы в России живопись, музыка, проза, поэзия... Вместе они и образуют единый мощный поток, который несет на себе драгоценную ношу национальной культуры... Это признак силы и юности»... 5 . Сказанное особенно относится к нашему времени. Наша эпоха, вся система формирования советского человека настоятельно требуют совершенствования форм эстетического воспитания, создания соответствующих условий для более глубокого приобщения учащихся, молодых современников к великому и прекрасному миру — литературы и искусства.

В. Капустин, профессор Киевского государственного университета имени Т. Г. Шевченко

Н. Машенко, преподаватель Киевского государственного музыкального училища имени Р. Глиэра

1 Альфонс Доде. Собр. соч. в 7-ми т., т. 7. М., 1965,

С. 429. * Н. Островский. Как закалялась сталь. М., 1963, с. 271. 5 А. Блок. Собр. соч. в 8-ми т., т. 6. М.— л., 1962, с. 175—176.

103

ФОЛЬКЛОР НА УРОКАХ МУЗЫКИ

Богатый опыт многих республик нашей страны, прежде всего Прибалтийских, а также ряда социалистических стран (Болгария, Венгрия, ГДР и др.) показывает, что в основе музыкально-эстетического воспитания каждой нации лежит ее народно-песенная культура. Нет оснований полагать, что татарская народная песня в данном вопросе составляет исключение. На воспитательное значение этого «самого дорогого и ценного наследия предков» современных татар указывал поэт Г. Тукай: «Из любви к песням, окрепшей в душе моей еще с детства, родилась во мне любовь к родному языку». По мнению Г. Тукая, народная песня, зеркало народной души, «при тонком исследовании и изучении... без сомнения раскроет перед нами душу народа, расскажет о его чаяниях, поведает думы и мысли» '. Естественно, чтобы фольклор стал первоосновой в музыкально-эстетическом воспитании молодежи. Именно через его освоение можно прийти и к пониманию серьезной музыки, и к умению различать хорошее и дурное в легком жанре. Следует при этом иметь в виду, что условия бытования песенного наследия сегодня значительно изменились по сравнению с дореволюционными. Это требует серьезного социологического изучения и позволит музыкальной педагогике найти лучшие пути и формы использования фольклора в целях эстетического воспитания. В связи с этим возникает задача изучения информированности школьников в области народной песни. С этой целью кафедрой хорового дирижирования Казанской консерватории был произведен анкетный опрос 1203 школьников-татар Казани, Альметьевска, Лениногорска, а также Азнакаевского, Бавлинского, Муслюмовского и Сармановского районов Татарии. К опросу привлекались школьники 8 — 10 классов группами в среднем по 35 человек. С каждой группой проводилась беседа анкетера о целях опроса и способе заполнения анкеты. В ней были представлены 40 наиболее ценных песен из сокровищницы татарского фольклора, в том числе 20 — дореволюционного и 20 — послереволюционного периодов. Список составлялся в процессе многочисленных консультаций со знатоками татарского фольклора: композиторами, педагогами, хоровыми дирижерами, певцами. В основу списка легли песни из сборника М. Музафарова.

Результаты измерения, произведенного с помощью нескольких индикаторов, показали, что по трем качественным классификационным оценкам («хорошо»,

«удовлетворительно», «плохо») общий уровень знаний всего песенного материала соответствует средней — «удовлетворительно». Обращает на себя внимание низкий процент ответов, касающихся возможности исполнения знакомых песен. В подавляющем большинстве случаев школьники могут лишь узнать ее, что свидетельствует о пассивном общении с песенным фольклором.

104

'Г. Тука й. Избранное, I. И. Казань, 1961, с. 20.

Анализ источников песенной информации (ответ на второй вопрос) дал следующие результаты. Основными источниками знакомства с песней являются радио и телевидение. На них давались ссылки 1 1 757 раз. Далее следуют: граммофонные пластинки — 3521, школа — 3448, клуб — 3103, знакомые — 2636, члены семьи — 2336.

Из результатов анализа можно сделать вывод, что условия бытования народной песни резко меняются по сравнению с дореволюционным периодом. Если раньше каждое молодое поколение имело возможность узнать фольклор лишь от членов своей семьи и знакомых, то теперь оно слышит народную песню по радио и телевидению, изучает в школе, имеет возможность приобрести соответствующие граммофонные записи и т. д.

Приступая к данному исследованию, мы предполагали, что уровень знания фольклора б сельских районах будет значительно выше городского, ибо на селе, как нам казалось, больше условий для сохранения народнопесенных традиций. Однако наши предположения не подтвердились, более того, уровень знания песен в городе оказался чуть выше. Такое положение, вероятно, можно объяснить тем, что основным источником информации как в городе, так и на селе стало радио и телевидение.

Возникает вопрос: в каких же формах должно осуществляться изучение народной музыки? И тут необходимо признать, что важное место в его решении должна занять общеобразовательная школа. Анализ показывает, что радио и телевидение при всей йх значимости все же не могут одни подготовить высокоразвитого слушателя. Как писал Б. Асафьев: «Для этого необходимо вызвать в слушателе инстинкт исполнителя <„.) Особенно участие в хоре создает возможность весьма быстрого роста музыкального сознания и восприимчивости...» 2 . Создание в школах небольших оркестров и хоровых коллективов, исполнение ими татарских народных песен в высшей степени способствовало бы воспитанию музыкальных слушателей. То, что активно усвоено в школе, как правило, остается с человеком на всю жизнь. Примером тому может служить популярность песен «Родной язык» и «Пара коней», изучаемых в татарской школе на уроках литературы . Другой немаловажной формой познания фольклора является систематическое знакомство школьников с произведениями профессиональных композиторов. Большой интерес в этом представляют обработки татарских песен для хора. Интонационную основу многих инструментальных произведений камерного и оперносимфонического жанров также составляют татарские народные мотивы. Знакомство с ними во многом способствовало бы приобщению молодежи к миру серьезной музыки.

В. Лукьянов, и. о. доцента Казанской Госконсерватории

3 В. Асафьев. Избранные статьи о музыкальном просвещении и образовании. М. — Л., 1965, с. 23.