Выпуск № 4 (473) | 1978 - страница 43

крозского. Повод, казалось бы, вполне подходящий, но использован он так, что порой возникает стилистическая пестрота. Так, например, в резком противоречии со строгими северными хороводами-шествиями находится неожиданное, ничем не мотивированное исполнение разудалой казачьей плясовой песни, причем демонстрация ее в кадре не объявлена и не объяснена — а ведь это фильм для широкого зрителя, который не может сам ориентироваться в показываемом материале.

Последний пример вновь подчеркивает, что в поисках формы подачи материала в фольклорных лентах надо исходить из него самого. Думается, это возможно только при условии обязательного привлечения к работе тех фольклористов, которые изучают быт и искусство данного ареала. Тогда фильмы в той или иной форме объективно подводили бы итоги проделанной ими многолетней работы. При соблюдении указанного условия вряд ли возможны были бы досадные неточности и «срывы» в цветном телефильме «Праздник на Печоре» (телеобъединение «Экран», 1976, сценарист Д. Покровский, фольклорно-хореографический консультант Е. Руднева, режиссер К. Апрятин, оператор Л. Зотенко, музыкальный редактор В. Луняков). Здесь в качестве ведущих народных мастеров хоровода в кадр выдвинуты второстепенные участники, а М. Тиранова, знаток традиции, многие годы руководящая «праздником горки», оказалась оттесненной на второй план. Да и само древнее действо — усть-цилемская «горка» как-то потерялось среди многочисленных и случайно попавших в кадр односельчан. И уж вовсе невозможны были бы некоторые комментарии, подчеркивающие, по замыслу авторов, современность формы бытования древней традиции: «Секретарша печатала одним пальцем (?!) на пишущей машинке, а одета была она в сарафан XV (?!) века»... Все это тем более досадно, что уникальный фольклорный материал, легший в основу фильма и представляющий исключительную историческую, эстетическую и этическую ценность, вряд ли может быть вторично документально заснят после столь объемной работы, потребовавшей к тому же немалых затрат.

В цветном телефильме «Зимняя фантазия» (телеобъединение «Экран», 1976, сценарий С. Богатыревой, режиссер Э. Нечаева, оператор И. Рогачевский), посвященном традиционным народным празднествам зимнего календарного цикла Брянской, Костромской и Вологодской областей, казалось бы, есть все: богатый и разнообразный документальный материал, вполне этнографический подход к показу коллективного начала в крестьянских домашних трудовых процессах, внимательный операторский взгляд. Здесь и насыщенное цветовое решение, и занимательность, и эмоциональность... Но в киногруппе отсутствовал научный консультант-фольклорист, и вероятно, вследствие этого стержневой замысел фильма, к сожалению, выявлен нечетко, что делает ленту местами фрагментарной, вносит в нее суетливость, черты рекламное™. К тому же отсутствует какой-либо пояснительный текст. В результате даже опытные фольклористы, знающие данный материал, не могли различить, в каких кадрах какой именно коллектив заснят. Что же говорить о широкой аудитории, наконец, о наших потомках, для которых сегодняшние фольклорные фильмы приобретут смысл исторического документа! Не до конца раскрыты возможности материала и в цветном телефильме об одном из

Слева направо: Ф. Носова, М. Тиранова, А. Булыгищ, П. Чупрова и К. Чупров на съемках фильма «Праздник на Печоре»

уникальнейших явлений народного искусства — празднестве Курской области «Тимоня» (теле

объединение ('Экран», 1969, автор сценария

В. Голованов, режиссер Т. Богданова, оператор Г. Шпаклер). Авторам удалось выразить в нем свое романтическое видение мира, свою увле

ченность родной природой, романтической стороной деревенского быта, использовав сельский летний праздник «Тимоня» всего

лишь как предлог для такого самовыражения. Естественно, что специалисты отказываются отнести данную работу к жанру документальных фольклорных фильмов. Ни в какой мере не соответствуют теме «Фольклор на экране» цветные фильмы «Рига звенит» (Рижская киностудия, 1970, сценаристы Б. Штейна и А. Леиньш, режиссер Л. Жургина, операторы Л. Урбасте, Д. Симанис и А. Селецкис) и «Так танцуют в Латвии» («Латвтелефильм», 1969, автор сценария А. Леиньш, режиссер Р. Калниньш, оператор 3. Дудиньш, композитор Л. Гедравичюс), хотя на конференции они были представлены именно в таком качестве. Обе работы — нечто среднее между внешне помпезной постановочной и развлекательной лентами. Налицо не только небрежное, неуважительное отношение к фольклору, подмена его эстрадой, но и кое-где прямая фальсификация. Вот, например, в кадре — крестьянский танец в исполнении фольклорного ансамбля (фильм «Так танцуют в Латвии»). Народные музыканты играют на традиционных инструментах, ритмический рисунок хореографических движений и музыкального сопровождения, казалось бы, синхронны. Однако музыка звучит в исполнении... эстрадного джаз-ансамбля с участием электронных инструментов. Такое обращение с фольклором — свидетельство неуважения и недоверия к нему. Оба фильма вызывают тем большее недоумение, что высокий уровень традиционной крестьянской и городской культуры и общественное отношение к ним в Латвии общеизвестны. Подобной же тенденцией отмечен армянский цветной телефильм «Длинный день весны» (студия телефильмов «Ереван», 1975, сценарист, постановщик, режиссер и оператор М. Варжапетян, фольклорный консультант Э. Петросян, композитор Т. Мансурян). Штамп, дурновкусие, слащавость буквально захлестывают зрителя... Воркуют голуби, унося в небо одежду героев и принося в клювах взамен

гирлянды цветов, бегают некие «средневековые» ряженые в ярких обтягивающих трико... из синтетической ткани... Думается, время от времени такого рода фильмы просто необходимо показывать на конференциях в качестве иллюстрации того, как не нужно обращаться с народной культурой. *

Подводя итоги работы первой конференции-показа «Фольклор на экране», участники ее пришли к единодушным выводам: 1) в фольклорном фильме нужно исходить из самого фольклора, предварительно уяснив цели и задачи каждой ленты, ее жанр; 2) необходимо максимально привлекать к участию в фольклорных киногруппах профессиональных фольклористов, в первую очередь тех, кто работает с данным конкретным материалом; 3) желательно постоянное творческое общение киноработников и фольклористов, возможно, с организацией своеобразного «ликбеза», взаимно возмещающего пробелы, недостатки образования в этих областях. Единодушно была признана важной проблема так называемых «отходов», «обрезков» отснятой кинопленки, возникающих при монтаже фольклорных фильмов, в процессе которого срезаются материалы (порой — ценнейшие), не укладывающиеся в хронометраж. Эти «обрезки» уничтожаются. В фильме «Праздник на Печоре», например, зафиксированное хороводное действо длится около трех часов, а телефильм — немногим более получаса. Возможно, именно это привело к тому, что основное содержание хоровода осталось вне ленты. Каждый же фольклорно-этнографический кадр ценен в первую очередь как документ. По общему мнению специалистов, такие кадры следует передавать на хранение в архивы учреждений, занимающихся собиранием и изучением фольклора. Однако всесторонне и полностью эта проблема (как и многие другие) может быть разрешена только с организацией Института фольклора РСФСР. Наличие в нем профессионально оснащенного киноотдела позволило бы документально фиксировать любой ценный факт бытования народного творчества, не деформируя его прокрустовыми рамками хронометража. И уже на основе таких максимально достоверных документальных фильмов можно было бы создавать кинои телезарианты, сообразуясь со спецификой этих жанров.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание