Выпуск № 4 (473) | 1978 - страница 41

исхождению) ритуальной маски козла; красочные карнавальные шествия со звездой и традиционные игры ряженых с пением колядок; инструментальные наигрыши, пляски... Фильм может служить своего рода антологией белорусской колядки. Его звуковая ткань предельно насыщена яркими, экспрессивно звучащими праздничными народными напевами. В то же время это безусловно ценное этнографическое пособие и незаменимый фактический материал для художников-прикладников и искусствоведов, дающие возможность комплексного научного изучения народной культуры Белоруссии.

Единодушно высокую оценку получил литовский черно-белый телефильм «Старинная купишкянская свадьба» (объединение «Вильнюс» Литовской студии телевидения, 1971, режиссер Е. Шальтис, консультант А. Вишняускайте, оператор Р. Ошкинис, художник В. Станялис, звукорежиссер Ч. Бивейнис). Сценарий не был написан заранее как общепринятый «литературно»-кинематографический, он естественно формировался А. Вишняускайте и Е. Шальтисом в процессе съемок самого фольклорно-этнографического материала. Народный ансамбль, руководимый своим самодеятельным режиссером (и великолепным актером) местным учителем П. Зулонасом и местным самодеятельным хормейстером В. Зинкявичюсом, в тесном содружестве со всей киногруппой максимально полно реконструировал купишкянский традиционный свадебный обряд. Роли всех его участников настолько точно «сыграны», народные «актеры» — певцы, танцоры, музыканты и все участники живут настолько подлинной, полнокровной жизнью обряда, что этот на первый взгляд скромный, не претендующий на обобщения научно-популяризаторский документальный телефильм поражает глубиной достоверности народного искусства. Хотелось бы увидеть также цветной вариант этого фильма с титрами и подробными дикторскими комментариями и переводами поэтических текстов на русский язык. В такой редакции этот фильм несомненно стал бы подлинно общенародным достоянием многонациональной художественной культуры нашей страны.

К фильмам, реконструирующим некоторые эпизоды быта и связанные с ними фрагменты народного искусства, можно отнести также «Грузинские трудовые песни» (Грузинская студия телефильмов, 1974, сценаристы С. Лапаури и М. Чиаурели, режиссер М. Чиаурели, оператор Р. Одишелидзе, консультант Д. Кахидзе) — вдумчивый неторопливый рассказ о красоте труда, о сопровождающих его обрядах и песнях, о гармонии человека и природы. Ком

позиция фильма незамысловата. Рассказ в кадре попеременно ведут Д. Кахидзе и пожилой крестьянин, текст иллюстрируется цветными натурными съемками и при этом, что очень важно, начисто лишен какой-либо красивости. Вот группа мужчин собирает урожай в пышных зарослях кукурузы, перекликаясь песней

«Одойя» (эта песня — один из непревзойденных шедевров грузинского многоголосия). Снова рассказ — и следующий «натурный»

эпизод: мужчины с пением точат, отбивают, налаживают серпы для жатвы. Затем коллективная жатва вручную, вновь сопровождаемая пением. Ритм движения работающих и музыка слиты воедино, и зрителю ясно, что трудовой процесс, ритуал и народный театр здесь неразделимы. В фильме соблюдены временная, эстетическая и этическая мера показа того главного, чему он посвящен. Возраст участников его самый разный — пожилые люди, молодежь (а в коллективном обмолоте хлеба участвуют даже и ребятишки). Изумительное полифоническое богатство грузинской народной песни словно озаряет нас солнцем, радостью человеческого общения, теплом душевной щедрости. Венец фильма — широко распространенная в Грузии песня сборщиков винограда «Мравалжамиер». Здесь она звучит как вдохновенный гимн человеку, труду, жизни, радости...

Черно-белый фильм «Васпуракан» (студия телефильмов «Ереван», 1973, сценарист и режиссер О. Ахвердян, фольклорный консультант Э. Петросян, оператор Р. Жамгарян) по научной и творческой задачам и их воплощению примыкает к той же группе фильмов-реконструкций. Некоторая доля театрализации (ансамбль исполняет народные пляски среди заповедных археологических развалин), пожалуй, не мешает восприятию. Однако представляется, что это музыкально-хореографическое фольклорное искусство, будучи заснятым в естественной повседневной бытовой обстановке, произвело бы еще большее впечатление. На дискуссии фильм получил высокую оценку. К числу его несомненных достоинств относятся большая слаженность и единство задач сценарной, режиссерской и операторской работ, а также их постоянная поверка фольклорноэтнографической спецификой. Казалось бы, в фильме о народной хореографии такая слаженность подразумевается сама собой. Но именно о недостаточном внимании ряда съемочных коллективов к мнению консультантовспециалистов шла речь на конференции. Приводившиеся примеры выглядели на первый взгляд даже анекдотично: «Люди поют — а в это время крупным планом показаны их ноги. Люди пляшут — а на экране лица. Или белая

лошадь на фоне заката»,.. В ходе дискуссии некоторые киноработники высказывали довольно странное мнение о том, что фольклорные консультанты и даже сам фольклор в фильме должны подчиняться самодовлеющим законам кино. Но, как абсолютно справедливо заметила наша польская коллега 3. Яворская и как неоднократно показывает практика, в фольклорном фильме все должно быть максимально обусловлено закономерностями и спецификой самого народного творчества. В этом смысле очень убедителен абхазский цветной телефильм «Песня гор» (телеобъединение «Экран», 1976, сценарист А. Аргун, режиссер Ю. Мастюгин, оператор И. Рогачевский, музыкальный редактор В. Луняков) с участием широко известного в нашей стране и за рубежом фольклорного ансамбля долгожителей Абхазии «Нартаа». В качестве сюжета избрано событие, довольно типичное для сегодняшней Абхазии: образованный молодой человек приезжает в родной аул, чтобы по-старинке, «по завету дедов и отцов» сыграть свою свадьбу. Древнейшая в своей основе многоголосная певческая культура Абхазии, ее исполненные сдержанно-гордого достоинства обряды, пламенно мужественные танцы, головокружительные состязания джигитов, архитектура, природа, многочисленные этнографические подробности — все это показано правдиво, тактично, без постановочного «блеска».

Не столь убедительно, но достаточно достоверно снят азербайджанский цветной телефильм «Яллы» («Азербайджантелефильм», 1975, сценарист Р. Джабиев, режиссер Н. Дадашев, фольклорно-хореографический консультант А. Дильбази, оператор О. Казиев). В нем рассказывается о бытовании древнего хороводного танца в исполнительской практике народного коллектива «Шарур» Ильичевского района Нахичеванской АССР.

Другой черно-белый телефильм той же студии «Народное представление» (1975, авторы сценария М. Марданов и М. Аллахвердиев, режиссер Н. Дадашев, оператор Ф. Фарзалиев, консультант М. Тахмасиб), казалось, должен был бы тоже примыкать к группе фильмовреконструкций. На деле получилось иначе. Непонятно по какой причине исполнение народного театрализованного обрядового представления, приуроченного к празднику весеннего равноденствия «Новруз-байрам», поручено профессиональным актерам. Вероятно, они разучили это действо с помощью фольклорных знатоков. Тем более закономерен вопрос: не лучше ли было заснять народный праздник в реконструкции самих хранителей традиции? Среди показанного выделилась группа фильмов (различных по творческим задачам, тема

П. Хубулава — солист ансамбля долгожителей

тике, стилистическому воплощению), объединенных принципом документальности. Например, в телефильме «Музыка столетий» («Казахтелефильм», 1975, сценарист и режиссер Р. Ерназарова, оператор С. Кельдыбаев, фольклорный консультант Б. Сарыбаев) весьма подробно фиксируются этапы большой работы, проделанной Б. Сарыбаевым по выявлению и реконструкции старинных (и даже древнейших) казахских народных инструментов. На основе научно-исследовательской деятельности Сарыбаева создан экспериментальный молодежный вокально-инструментальный ансамбль, и его деятельность, занимающая особое место в фильме, воспринимается как интересный поиск в этой области и в то же время как реальный практический результат работы ученого-мастера. К группе документальных фильмов примыкает и лента «Поет Айрик Мурадян» (студия телефильмов «Ереван», 1976, режиссер и оператор Р. Баласанян). Сфокусировать внимание на творческой личности народного исполнителя — задача интересная, нужная, но сложная. В армянском фильме-концерте самобытный, талантливый исполнитель городского фольклора, обладатель прекрасного баритона, поставлен авторами в довольно претенциозные рамки условной концертности. Из-за этого и сам певец и его интересный репертуар во многом проигрывают. В группе документальных фольклорных фильмов особое место занимают ленты, которые можно было бы назвать «полевыми экспедиционными кинозаписями» или «полевыми экспедиционными киноочерками». Казалось бы, их значение сугубо вспомогательное, рабочее. Однако в силу объективной ценности зафиксированного в них материала значение таких кинолент часто перерастает эти узкие

Абхазии

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание