Выпуск № 3 (472) | 1978 - страница 8

нально крепкий, его участники, кстати, хорошие вокалисты.

В то же время многим ВИА, на мой взгляд, не хватает настоящей профессиональной квалификации. В их составах струнные не всегда органично сочетались с электроинструментами, рояль зачастую выполнял исключительно функцию ударных. К тому же допускались явные излишества: порой на сцену выходил не ансамбль, а небольшой оркестр — столько в нем было инструментов (и трубы, и тромбоны!). Это делало сопровождение громоздким, чересчур громким. А тут еще ударные не только во время сво : их обязательных soli, но и во время пения обрушивали на зал лавину грохота. По части forte не отставали от инструменталистов и певцы. Такая чрезвычайная динамическая краска, как fortissimo, возникала постоянно по любому поводу и без повода. В кульминационные моменты поющие переходили на открытый, белый звук. Пение (если это только можно назвать пением) становилось нарочито некрасивым, неблагородным.

Подобные черты идут от манеры, не нами придуманной, давно культивируемой в буржуазных странах (хотя, кажется, сейчас и там она выходит из моды). Я не хочу сказать, что многие наши ансамбли представляют собой точный слепок с западных. Но заимствование чужих правил дает о себе знать и безусловно мешает нашей молодежи искать свое, двигаться вперед. Кроме того, надо подумать о дальнейшей судьбе ансамблистов- певцов. Многие из них обладают приятными, свежими голосами. А ведь то, что

Ангамбль «Иверия»

дой исполнительнице нужен умелый руководитель, который направил бы ее по верному пути 2 . Ведь такие качества, как вкус и такт, можно и должно воспитывать. В этом смысле не всегда были безгрешны и некоторые лауреаты. Большей сдержанности, большего контроля над собой хочется пожелать и Г. Минасяну, и А. Артеменко. Им также очень не помешали бы советы опытных наставников. Мысль о наставничестве возникала не раз во время выступлений вокально-инструментальных ансамблей. Эта форма музицирования последние годы прочно вошла в нашу концертную жизнь и в музыкальный быт. Среди профессионалов у ВИА есть уже свои корифеи, заслужившие признание и в нашей стране, и за рубежом. В дни конкурса мы прослушали несколько коллективов. Звуковую палитру некоторых из них очень украсило, придало ей своеобразие умелое, тактичное введение народных инструментов, что позволило интересно исполнить и народные песни. Среди лучших первым заслуженно стал грузинский ансамбль «Иверия» (руководитель А. Басилая). Коллектив очень музыкальный, профессио

2 Признаюсь, я был очень удивлен, когда в очередной передаче телеконкурса «С песней по жизни» услышал выступление А. Орловой с теми же песнями, спетыми в той же исполнительской манере. Думается, что номера, уже отвергнутые жюри, в составе которого были многие известные музыканты, не стоило делать объектом широкой пропаганды и выносить на суд зрительского жюри. Такая нескоординированность действий отнюдь не способствует воспитанию вкусов широких слушателей.

им приходится делать в смысле певческой нагрузки, — это работа на износ, с опасностью быстрой потери голоса, Все сказанное позволяет сделать вывод: ансамблям тоже нужны высококвалифицированные музыкальные руководители, опытные аранжировщики. Хорошо, если бы на помощь коллективам пришли композиторы, которые сейчас находятся несколько в стороне от этого музыкального движения, по существу неуправляемого. Хочу сказать еще несколько слов об исполнительской манере ансамблей, и вот в связи с чем. В их репертуаре, как и у певцов, много произведений о драматических событиях гражданской и Великой Отечественной войн. Интерес к такой тематике закономерен. Но в трактовке ее подчас преобладают какие-то страдальческие нотки, желание всячески подчеркнуть ужасы войны. В ход пускаются сильные средства: кровавокрасное освещение, грохот ударных, до предела форсированное звучание, вскинутые вверх руки... Получается опять-таки не драматично, а скорее надрывно. Да, война принесла нам много горя. Но ни на минуту не забывая о наших потерях, надо помнить и о том, что в те трудные времена жил в людях неистребимый оптимизм, потому что понимали люди: наше дело правое, мы обязательно победим. Наверно, поэтому великолепно воспринимались тогда и на фронте, и в партизанских отрядах, и в тылу веселые шуточные песни. Мы, композиторы, тоже охотно их писали («Вася-Василёк», например, родился как раз в войну), а певцы охотно пели. Драматизм же был тогда сдержаннее, суровее, что ли. Без криков и стенаний. Я не против экспрессивных красок. Но ими надо уметь пользоваться, проявляя вкус и меру. Ныне же подобные «экспрессивные» номера возникают в программах многих ансамблей, становясь своего рода штампом. Обращение к героическому прошлому нашей страны преследует воспитательные цели — на примере отцов и дедов вырастить сильных, мужественных людей. Мне думается, что отмеченная мною тенденция способна скорее напугать, расслабить, чем мобилизовать молодежь.

Замечу еще, что в исполнение песен ансамблисты очень часто вносят элементы театрализации: во время пения они много двигаются, образуют мизансцены. А раз так, то нужен режиссер, способный придать всем этим передвижениям, позам больший смысл (подчас попытки театрализации носят откровенно дилетантский характер), помочь более продуманно составить программу (она

бывает иной раз либо разношерстной, либо напротив утомительно однотонной). Надо позаботиться и о том, чтобы костюмы соответствовали репертуару. Нельзя петь о расстрелах и пытках, нарядившись пестро и вычурно, сделав пышные прически.

Словом, пришедшая на профессиональную эстраду из недр самодеятельности, со дворов и улиц новая форма музицирования требует самого пристального внимания, умелого, чуткого руководства, в частности, повторяю, и со стороны композиторской. Ведь в тех просчетах, о которых я говорил, в известной мере повинны и мы, поскольку то, как поют, неразрывно связано с тем, что поют.

В этом смысле конкурс тоже дал пищу дл я размышлений. Сначала о вещах радующих. Конкурс подтвердил композиторскую активность в области гражданской тематики. Большинство прослушанных нами песен значительно по содержанию и с профессиональной точки зрения написано добротно: они удобны для пения, отличаются широким диапазоном, что позволяет исполнителям полнее выявить свои голосовые данные. Уверен — эти песни будут петь.

Сказанное относится не только к произведениям, чьи достоинства были отмечены премиями. И я бы не взялся здесь перечислять всё заслуживающее внимания. Важно, что появились в песне новые, во всяком случае, для нас, москвичей, имена. Назову несколько примеров. Мне очень понравилась песня молодого украинского композитора И. Карабица на слова И. Бараха «Партийный билет» — мужественная, динамичная, складная по форме. А в песне «Мой Казахстан» К. Кумисбекова (слова Ш. Мухамеджанова) мелодия развивается неторопливо, даже величаво, как в повествованиях акынов. Ее национальная почвенность, благородство очень привлекают. Запомнился «Апрель» А. Руднянского на слова Л. Бережных, где образ весеннего цветения земли связан с образом Ленина. Авторы тактично воплотили эту тему в лирическом ключе. Перечень достойных работ, повторяю, можно продолжить.

Тем не менее проблем у нашего песенного цеха еще немало. Одну из них, касающуюся отражения военной тематики, я уже затрагивал: надрывные, страдальческие эмоции присутствуют порой в избытке и в самих песнях о войне (а где же мужество, радость победы?!). Свои требования предъявляет нам сегодняшний день, рождающий своих геро

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание