Выпуск № 3 (472) | 1978 - страница 63

Советская музыка

и музыканты

на эстрадах и сценах мира

«ВСЕ ОНИ — ВЕЛИКОЛЕПНЫЕ АРТИСТЫ...»

В канун 60-летия Великого Октября многие солисты и художественные коллективы из Советского Союза выступали за рубежами нашей Родины. Академический симфонический оркестр Московской государственной филармонии под управлением своего главного дирижера и художественного руководителя Дмитрия Китаенко в течение месяца гастролировал в ФРГ, Австрии и Швейцарии. Оркестр МГФ хорошо знаком любителям музыки за рубежом — и по многочисленным «личным встречам», когда он выступал со стоявшим до недавнего времени за его пультом Кириллом Кондрашиным, и по большому числу грамзаписей. Хорошо знают в ФРГ, Австрии и Швейцарии и советского дирижера Китаенко, одного из первых лауреатов Международного конкурса имени Г. Караяна (1969), неоднократно выступавшего во главе западноевропейских оркестров, представлявшего спектакли Московского Музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко во время его гастролей в ФРГ в 1975 году. Но если раньше Симфонический оркестр МГФ и дирижер Китаенко появлялись перед любителями музыки на Западе порознь, то на этот раз им предстояло впервые музицировать здесь вместе. Слушателям же — убедиться в плодотворности нового творческого содружества.

Несколько мнений рецензентов.

ка и красота звучания даже в крайних динамических моментах — вот его качества». Штутгарт: «Звучание этого огромного оркестра в первую очередь определяется мощным блеском струнной группы, обладающей огромным потенциалом звучности. Музыканты работают вдохновенно, напряженно. Все они — великолепные артисты, а на первых пультах сидят подлинные

«Молодой Дмитрий Китаенко виртуозно владеет своим мощным инструментом... Его жесты экономны, но убедительны и красноречивы». Ганновер: «Его манера дирижирования, отличающаяся светской элегантностью, далека от какого-либо манерничания. Опытный и дисциплинированный оркестр охотно музицировал под его управлением». Зальцбург: «Уже в ходе первого концерта Китаенко доказал, что хотя и сохранил свои юношеские черты, но приобрел большую техническую зрелость и уверенность».

Вена: «Китаенко стал спокойнее, увереннее, раскованнее. Его свободная манера и общий облик очень напоминают Рудольфа Кемпе. Его удивительное умение выявить небрежное очарование проистекает от традиций доброй старой школы и совсем не похоже на современную модную акробатику иных дирижеров».

Едва ли не все рецензенты обращали внимание на насыщенные и серьезные, разнообразные и глубоко продуманные программы оркестра. В концертах его прозвучали произведения Моцарта, Бетховена, Вебера, Мендельсона, Брамса, Листа, Равеля, Чайковского, Лядова, Рахманинова, Стравинского, Прокофьева, Хренникова. Отметим, что советская музыка могла бы быть представлена в программах оркестра шире.

123

Вена: «Оркестр Московской филармонии обладает тем совершенством музицирования, которое в наши дни с полным основанием является единственно желанным. Ни небрежность, ни муштровка ныне никого не удовлетворяют. Поэтому концерт должен быть не только совершенным, но и сочетать в себе непосредственность музицирования с энергией и шармом. Звучание московского оркестра образцово. Точность и согласованность, блестящая, фантастическая техни

Третья симфония Т. Хренникова, исполненная в нескольких городах, была тепло принята слушателями. В числе наибольших достижений оркестра и дирижера пресса отмечала исполнение «Оберона» Вебера. Вместе со Второй симфонией Брамса, Скрипичным и Пятым фортепианным концертом Бетховена «Оберон» входил в «немецкую программу» москвичей, и успех ее в ФРГ и Австрии был им особенно дорог. Как всегда в зарубежных гастролях советских оркестров, большим успехом пользовалось исполнение симфоний Чайковского — Четвертой, Пятой и Шестой.

Зальцбург: «Поистине завораживающей была интерпретация Четвертой симфонии Чайковского». Ганновер: «Поразительно последовательно, без какой-либо драматической аффектации была исполнена Пятая симфония Чайковского. Дирижер не пренебрег деталями, тончайше соблюдал нюансировку, но при всем этом сумел убедительно провести всю линию симфонического развития».

НОВЫЙ «ПЕТРУШКА»

Русская классика была представлена впервые (!) прозвучавшими в Вене «Волшебным озером» Лядова и Симфоническими танцами Рахманинова.

Зальцбург: Об исполнении «Жар-птицы» Стравинского: Китаенко «сумел наделить это сказочное существо удивительными красками и изысканной утонченностью».

По пять концертов с оркестром исполнили В. Крайнев (Пятый Бетховена, Es-dur’Hbw Листа, Первый Чайковского, Первый и Третий Прокофьева), Л. Исакадзе (Пятый Моцарта, Бетховена, Мендельсона, Чайковского, Первый Прокофьева), выступления которых несомненно способствовали успеху московских «филармонистов»... Вот примечательный отзыв одной из газет ФРГ.

Аахен: «Мы убедились, что в Советском Союзе талантливые музыканты постоянно пользуются поддержкой государства. Им нет необходимости

дожидаться милости какого-либо мецената» В. Ю.

сок, многократно повторенная заркалами, производит тем больший эффект еще и потому, что Васильев полностью околдован своей ролью, Он воссоздает одержимого юношу, охваченного волнением, которое сам себе не может объяснить. Лицо его сокрыто под масками, лишь движения, посадка головы и особенно руки, струящиеся или беспомощно обмякшие, рассказывают об исполненной внутренних сомнений борьбе. Любители виртуозности будут разочарованы. Бежар поставил Васильеву несколько скупых в классическом вкусе вариаций. Главное же — танец неизменно увязан с развитием действия». «...Россия представила Западу звезду первой вели

чины. Бежар загорелся идеей максимально этим воспользоваться и создал новую интерпретацию шедевра Фокина — Стравинского. Три персонажа — Бале

рина, Арап и Петрушка слились во внутренней драме героя — молодого человека, ищущего свое «я». Бежар сохранил верность музыке, которая совпала с новой версией, сохранил атмосферу ярмарочного гулянья. Тонко стилизованы русские народные костюмы. Хореография не самая новая и не самая характерная для Бежара, который одарил Васильева драматической ролью, на что на Западе давно уж никто не осмеливается». Так откликнулся на брюссельскую премьеру парижский еженедельник «Экспресс» в заметке Сильви де Нюссак. Критик тонко подметила влияние артистической индивидуальности Васильева на стилистику новой постановки Бежара, воздействие принципов музыкально-хореографической драматургии и режиссуры русского и советского классического балета. Об этом свидетельствует и отзыв обозревателя французской газеты «Орор» Рене Сирвина: «Герой теперь не паяц, а современный парень в джинсовой блузе, ловкий и бойкий, без проблем в жизни до тех пор,

Никто еще за шестьдесят шесть лет со дня памятной парижской премьеры «Петрушки» не решался прикоснуться к версии М. Фокина — А. Бенуа, по праву канонизированной мировым хореографическим театром. И только в ноябре 1977 года, в Брюсселе, в труппе гБалет XX века» известный бельгийский хореограф Морис Бежар создал новое оригинальное прочтение партитуры И. Стравинского специально для солиста Большого театра Владимира Васильева 1 . Широко известны интерпретации М. Бежара сочинений И. Стравинского «Весна священная» и «Жар-птица», с которой советские зрители познакомились во время недавних гастролей труппы Grand Opera в Мо

скве и Ленинграде. Многочисленные отклики европейской прессы подтверждают плодотворное сотрудничество известных мастеров М. Бежара и В. Васильева, необычность и современность истолкования этого знаменитого произведения национальной русской классической музыки. Процитируем статью критика парижской газеты «Монд» Марселя Мишеля: «М. Бежар заново прочел шедевр Фокина для того, чтобы в полной мере выявить выразительные возможности великрго. советского артиста. ...У этой истории веселый зачин: праздник и юноша, подталкиваемый любопытством, попадающий в ярмарочный павильон фокусника с кривыми зеркалами. Он примеряет маски и попеременно становится мечтательным Пьеро, свирепым Арапом и кокетливой Коломбиной. Эта впечатляющая и символичная игра ма

1 В год дебюта В. Васильева в партии Петрушки (1964), которая перешла к нему от ставшего легендой танцовщика В. Нижинского, артист был награжден Парижской академией танца премией Нижинского и тогда же - признан лучшим танцовщиком мира.

122

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание