щего автора должны стать просто нормой художественного существования. С грустью заметил на съездовской дискуссии А. Эшпай, что большинство представителей молодежи будто боится забыть то, чему их учили. Красноречиво подтвердили это и Б. Дубоссарский, и В. Верхола, странно и невыгодно для себя перевоплотившиеся в инструментальных сочинениях по сравнению с вокальными (имеются в виду сольная виолончельная Соната первого и Фортепианное трио второго, продемонстрированное в записи). О детском цикле Дубоссарского речь уже шла. Верхола показал на съезде выразительный цикл «Перезвон» на слова советских поэтов, причем, каждого поэта композитор пытается распеть соответственно звучанию его стихов, заботится о разнообразии и выпуклости интонационно-жанровой основы романсов, самостоятельности фортепианной партии (правда, не слишком ли явны возникающие здесь стилистические аналогии, в частности, с музыкой Г. Свиридова?). Оба автора, как уже сказано, совершенно меняются в Сонате и Трио. Все тут, казалось бы, на месте, все грамотно, добротно, но выполнено сухо, как будто по заданной схеме, лишено живого дыхания мысли и эмоциональной наполненности. К несчастью, раннее «постарение», еще до достижения зрелости, — явление, которое наблюдается далеко не только в Молдавии. (Об этом неоднократно шла речь на наших съездах и пленумах. Редакция «Советской музыки» также неоднократно обсуждала данную проблему в связи с отдельными сочинениями молодых авторов Москвы, Украины, Свердловска и т. д.) Тем важнее разобраться, в чем причины такого явления и как их устранить.

Разумеется, среди молдавской молодежи есть и фигуры интересные, перспективные, наделенные своеобразным дарованием. Это, прежде всего, И. Маковей, о котором уже шел разговор. Это В. Биткин, недавний выпускник Московской консерватории, живущий и работающий в Кишиневе. Квартет, который мы услышали, характеризует его как вдумчивого художника. Явно стремление как в отдельных частях, так и в концепции целого выдвинуть своеобразные структурные и интонационно-ритмические идеи. Оригинальна и драматургия Квартета, насквозь тематичен его материал, иногда очень красивый, возвышенно-благородный, в других же случаях — в зависимости от требуемой смысловой задачи — нарочито «кривляющийся». Это В. Логинов, увлекший своей естественной музыкальностью во Флейтовом концерте (к сожалению, сыграли его не целиком) — произведении, написанном в лучших традициях советских молодежных инструментальных концертов. Развитие материала выдает руку чуткого музыканта, оркестр гибкий, легкий, прозрачный. Это, наконец, тот же Дубоссарский. Кстати, отмеченные только что разные «обличья» одних и тех же авторов свидетельствуют просто об их незрелости, неустоявшемся творческом характере, то есть о факторах, будем надеяться, временных. Между прочим, и упоминавшийся Люксенбург в оркестровой Симфониетте выступил намного лучше, нежели в фортепианных пьесах. Композитор отобрал более интересный тематический материал и проявил известную выдумку, в частности, в оркестровке, драматургическом решении. Остроумная, компактная пьеса — оркестровая увертюра Верхолы. В ней весьма удачно, «визуально характеристично» используется материал, близкий молдавскому фольклору, что содействует легкости, доступности восприятия...

Прежде чем завершить разговор о молдавской молодежи, хочется отослать ее к авторитету известного советского педагога, замечательного музыканта Б. Яворского: «Нужно иметь громадную силу воли, — утверждал он, — чтобы отказаться от подсовывающихся, но отрицаемых мышлением, случайных, назойливо лезущих возможностей».

Аксиома: творчество и исполнительство взаимно стимулируют развитие друг друга. Успехи молдавских композиторов достойно разделили на съезде симфонический оркестр Государственной филармонии и его руководитель Т. Гуртовой. Из инструменталистов самым добрым словом хочется отметить Струнный квартет Госкомитета по телевидению и радиовещанию (в составе — А. Кафтанат, А. Мирочник, Б. Дубоссарский, Н. Татаринов), пианистку Г. Страхилевич, кларнетиста Е. Вербицкого, совсем молодого флейтиста Г. Мосейко; из вокалистов — Т. Алешину, О. Чухрий.

...Возвращаюсь к услышанному, стараюсь осознать свои впечатления. Видимо, нынешнее состояние молдавской композиторской организации в целом — нормальное состояние растущего и действующего творческого организма:, есть серьезные сдвиги вперед и талантливая молодежь, есть и просчеты и отставание отдельных жанров; наряду с поисками — академическая инертность мышления. Словом, СК Молдавии живет естественной жизнью, крепнет, переживает трудности и со-

Д. Дараган

Пора зрелости,
пора исканий

Имя Алексея Давидовича Мачавариани широко известно. Балет «Отелло», симфонические и вокально-симфонические произведения, Скрипичный и Фортепианный концерты, вокальные циклы и отдельные романсы вошли в репертуар исполнителей и заслужили внимание и успех у слушателей. Интерпретация «Отелло» стала классическим достижением грузинского хореографического искусства. Образ, созданный В. Чабукиани, надолго сохранил свою неповторимую индивидуальность и свежесть и оказал влияние на многие трактовки Шекспира на балетной сцене. Поставленный в Токио, балет выдержал 220 представлений, что само по себе свидетельствует об огромном интересе к нему зрителей японского театра.

Воспевая красоту и благородство человека, человеческих чувств, музыка А. Мачавариани полна оптимистического жизнеутверждения, ее облик неизменно светел, он несет людям ту высшую мудрость «воли к жизни», которая отличает народное искусство. Это свойство композитора в разных сочинениях выразилось поразному. В сочности красок и живом ритме пластического узора в балете, в эпическом размахе оратории «День моей Родины», в изысканной и терпкой остроте просодии Монологов на слова Важа Пшавела, в романтически возвышенных и чистых интонациях лирических романсов, в энергичной моторике Скрипичного концерта. Во всех этих сочинениях проявилось и другое качество художника — волевое конструктивное начало. Поэтому даже в эпизодах непринужденного эмоционального высказывания композитор не просто «берет материал» из жизни, ко всегда трансформирует его, пропуская сквозь призму индивидуального сознания, памятуя истину: «художник заново творит мир».

Впрочем, не характеристика творчества и творческого пути А. Мачавариани в целом — задача этих заметок. Цель иная — рассказать о новой работе композитора, его Второй симфонии, в которой он, по мнению многих, открылся необычно, непохоже на себя прежнего.

Это так — и не так. Так — потому, что действительно в его музыке прозвучали «новые нотки», и прозвучали по-новому. Не так — потому, что и в этом сочинении запечатлена жизненная сила известного нам большого художника, потому, что пластическая лепка балетной ткани, динамическая приподнятость инструментальных концертов, психологическая насыщенность «Пяти монологов» своеобычно отразились в музыке новой симфонии.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Д. Дараган

Пора зрелости, пора исканий

Содержание

Пора зрелости,
пора исканий