Выпуск № 3 (424) | 1974 - страница 54

Полицейскому надзору Габсбургов было мало того, что каждое венгерское или словацкое слово крутили, вертели, ощупывали, словно оно обладало огромной взрывчатой силой; этот надзор добрался и до бессловесных музыкальных произведений. «Заметьте, — писал Лист той же д'Агу, комментируя со свойственной ему тонкой иронией неслыханный произвол властей, — что не было ни эпиграфа, ни каких-либо слов, кроме f, р».

В Братиславе Лист часто выступал (особенно как дирижер) и в последние годы своей жизни. В этом городе у него были верные друзья, в их числе известный музыкальный критик, братиславский архивариус Ян Батка, до конца своих дней неустанно пропагандировавший музыку Листа. Здесь неоднократно исполнялись монументальные кантатно-ораториальные произведения Листа, в том числе оратории «Легенда о св. Елизавете» и «Христос», «Венгерская коронационная месса», «Гранская месса», «Реквием». Словом, Лист занимал значительнейшее место в культурной жизни города и остался в памяти братиславцев как один из самых близких им по духу музыкальных гениев.

Конференция, посвященная Листу, открылась в одном из лучших залов города, находящемся в бывшем приманциональном (архиепископском) дворце. Зал этот — удивительно красивый, благородный по линиям, свободный от тяжеловесных излишеств барокко и вычурностей рококо — словно утопает в зеркалах. Его внутренняя отделка впечатляет художественными лепными украшениями. Как я узнал позднее, здесь неоднократно выступали многие крупные музыканты, в том числе и Лист; здесь состоялось подписание мирного договора — через некоторое время после знаменитого Аустерлицкого сражения — между Наполеоном и императором Австрии Францем I.

Здание, где проходила конференция

После вступительных речей Л. Мокрого и 3. Новачека, научного секретаря конференции, приветственного слова Л. Доброводы — от Городского дома культуры и просвещения, на конференции был заслушан ряд докладов. Из них, прежде всего, назовем доклады 3. Новачека («Франц Лист и Братислава»), В. Феликса из Лейпцига («Франц Лист и классика»), Г. Крафта из Веймара («Франц Лист в зеркале своих записных книжек»), Э. Хорвата из Эйзенштадта («Европейское общество имени Франца Листа и его устремления»), Г. Иогансона из США («Интерпретация Листа»). Несомненный интерес представляли также рефераты молодых словацких музыковедов А. Тауберовой, В. Житка, касающиеся связей Листа с братиславскими музыкантами и деятельности братиславских хоровых коллективов. Автор этих строк выступил с докладом «Некоторые особенности музыкальных рукописей Листа». Профессор Будапештской музыкальной академии И. Антал говорил (в рамках исполнительского семинара) о фортепианных произведениях Листа и их интерпретации. Были представлены также и содержательные библиографические работы, связанные с жизнью и творчеством Листа.

Конференция, естественно, вызвала большой интерес. Аудитория, состоявшая не только из музыкантов солидного возраста, но также из молодежи, была на редкость внимательной и отзывчивой: лишнее свидетельство того, что традиции Листа живут в Братиславе и передаются от поколения к поколению. Замечу, что форум, о котором идет речь, проходил в рамках осенних «Братиславских музыкальных торжеств», продолжавшихся свыше двух недель и включавших в свою программу, помимо конференции, симфонические и камерные концерты, оперные и балетные спектакли, выступления хоровых коллективов, специальный интерподиум (внеконкурсный смотр молодых исполнителей социалистических стран), различного рода выставки. Праздник проходил под эгидой правительства Словацкой Социалистической Республики. Факт знаменательный, красноречиво свидетельствующий о том огромном внимании, которое оказывает государство музыкальному искусству. Братислава была и остается городом музыки. Ее музыкальное прошлое чрезвычайно значительно, и о нем не забывают. Да и как можно забыть это прошлое, если всё, буквально всё, даже стены домов и камни мостовой, напоминают о нем?

Вот вы идете по улицам города. Останавливаетесь на одной из его центральных площадей. В глубине площади стоит прелестное двухэтажное здание. Ныне — это Дом пионеров имени Клемента Готвальда. На одной из боковых сторон здания вы обнаруживаете мемориальную доску, при чтении которой у вас невольно начинает чаще биться сердце. Оказывается, здесь, на втором этаже, в удивительно изящном зале (мы побывали и в нем) дирижировал своими произведениями не кто иной... как Иосиф Гайдн. Здесь в домашнем кругу своих почитателей и друзей он ставил оперы, здесь сочинял и импровизировал, здесь общался с местными музыкантами. Недаром об этом доме

братиславские любители музыки говорят: «Дворец Гайдна», — у них есть все основания гордиться им.

Вы продолжаете свой путь по направлению к старому городу. Проходите через ворота Михалской башни, на которой некогда играли городские трубачи (кстати, эта традиция ныне восстановлена в Братиславе; в иные праздничные дни здесь звучит башенная, фанфарная и другая тому подобная музыка). Вы спускаетесь по Михалской улице, которая как-то незаметно переходит в улицу Ирасека (названа так по имени известного чешского писателя Алоиза Ирасека). У ворот красивого старого дома в стиле рококо — обычная сцена отнюдь не в стиле рококо. Мальчишки, вооруженные хоккейными клюшками, гоняют по асфальту шайбу. Она попадает в стену дома, на которой совсем низко помещена мемориальная доска. Прочтя ее, вы узнаете, что в этом доме, принадлежавшем некогда графу Пальфи, в 1762 году концертировал шестилетний Вольфганг Амадей Моцарт. Невольно дух захватывает: неужели это было здесь? Да, именно здесь, на втором этаже, который, как и весь дом, ныне реставрируется и скоро обретет свой первоначальный вид (и больше того: станет одним из концертных помещений города). А наискосок от этого дома на здании университетской библиотеки — еще одна памятная доска, из которой вы узнаете, что где-то здесь, в находящемся во внутреннем дворе дома музыкальном павильоне, принадлежавшем некогда семейству Эстергази, выступал девятилетний Франц Лист.

Совсем неподалеку отсюда — еще один немой свидетель великого культурного прошлого города. Через туннельный проход, ведущий на Кларискую улицу, вы выходите к зданию бывшей монастырской гимназии. В ней ряд лет учился и ее окончил Бела Барток. Об этом повествует мемориальная доска. На упомянутой Клариской улице, совсем вблизи от здания гимназии, жила семья одноклассника и товарища Бартока Эрнста фон Донаньи, того самого Донаньи, который впоследствии стал одним из известнейших европейских пианистов. К сожалению, как мне сказали мои братиславские коллеги, не сохранился стоявший в самом центре старого города, на бывшей Рыбной площади, дом семьи Брунсвиков, как известно, тесно связанной с Бетховеном. Зато сохранился на углу Налепковой и Страковой улиц двухэтажный дом, некогда принадлежавший весьма влиятельной в городе семье Кеглевич. Одна из представительниц этой семьи Бабетта Кеглевичева была ученицей Бетховена, причем Бетховен посвятил ей ряд своих сочинений и, как полагают братиславцы, бывал у нее дома.

Можно было бы еще много сказать о немых свидетелях великого музыкального прошлого города. Сохранился, например, дом, принадлежавший семейству Зичи, где Лист давал концерт совместно со своим

Выступает Л. Мокрый

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Здание, где проходила конференция

Выступает Л. Мокрый

Содержание