Выпуск № 3 (424) | 1974 - страница 27

Это действительно один из удачнейших образцов нового жанра, где пьеса находится в завидной гармонии с музыкальной драматургией.

Кемеровский театр внес в сочинение свои коррективы с явным желанием угодить не самой взыскательной части публики. Так произвольно увеличена увертюра за счет повторения лирической темы. Звучит она помпезно, с жирной точкой в конце, в то время как у Лоу увертюра предельно лаконична и непосредственно переходит в музыку первой картины. Чуть ли не на целый акт растянута сцена бала, только для того, чтобы «блеснуть» туалетами и очередными хореографическими экзерсисами.

А ведь спектакль мог вполне обойтись без таких «украшений». Он поставлен темпераментно, у него стремительный сценический ритм, интересное художественное оформление. Живы и колоритны народные уличные сценки (режиссер Т. Гогава, дирижер Е. Лугов, художник 3. Лейзерук). Хорошо чувствуют природу мюзикла актеры В. Дегтев (Хиггинс), А. Бобров (Дулитл), Г. Епифанова (Элиза), Г. Семенов (Фредди). Спектакль играется с увлечением, он ничуть не постарел, хотя поставлен сравнительно давно. «Моя прекрасная леди» — не единственный спектакль-«долгожитель» в Кемеровском театре. Эта способность удерживать постановки в репертуаре в течение нескольких сезонов особенно красноречива для периферийного театра, существующего в условиях небольшого города, с весьма стабильным зрительским составом.

...Московские гастроли показали, что не все ровно и гладко в деятельности коллектива, что его поиски репертуара порой бывают противоречивы. Но не свойственны ли подобные противоречия сегодня и самому жанру?

Кроме того, было бы несправедливым не заметить, что театр находится в движении, в пути. Думается, что потенциальные возможности коллектива раскрыты еще не полностью. И хочется верить, что поездка в Москву, встречи с новыми зрителями и критикой, помогут ему в его исканиях, станут новым стимулом для дальнейших художественных открытий.

К 100-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ ВС. Э. МЕЙЕРХОЛЬДА

Ил. 1

Русскому оперному театру повезло. К опере обращались, в ней серьезно и со страстью работали крупнейшие отечественные режиссеры. Один из них — Всеволод Эмильевич Мейерхольд. Еще в 1909 году, когда музыкальный театр только начал робко освобождаться от вампуки, на пышной императорской сцене появилась новаторская мейерхольдовская постановка «Тристана и Изольды» Вагнера. В ней современников поразило не виданное до сих пор слияние движений и мизансцен с музыкальной тканью партитуры.

Дебют в музыкальном театре не был для Мейерхольда случайным. Немногие знают, что он основательно занимался музыкой. «Был в моей жизни один такой перекресток, когда я чуть не стал скрипачом. В середине девяностых годов при Московском университете существовал великолепный студенческий оркестр, целые большие концерты давали. Я учился на юридическом факультете, но страстно любил музыку. Пожалуй, даже больше, чем театр. Увлекался скрипкой. И вот объявили конкурс на вакансию в этом оркестре на место второй скрипки. Я это место во сне видел. Упорно готовился, забросил римское право и... провалился на конкурсе. Решил податься в актеры». Приведенное шутливое автопризнание характерно

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

К 100-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ ВС. Э. МЕЙЕРХОЛЬДА

Ил. 1

Содержание