Выпуск № 8 (417) | 1973 - страница 4

Ильича Ленина, 50-летие образования Союза ССР.

Появились монументальные музыкальные полотна — прежде всего в ораториальном жанре, — охватывающие одновременно несколько эпох в жизни страны, говорящие о судьбах народа в переломные, революционные периоды его истории, о таких социальных, философских и этических проблемах, как личность и народ, художник и общество. У истоков этой важнейшей линии современного творчества стоят «Поэма памяти Сергея Есенина» и «Патетическая оратория» Г. Свиридова.

Даже в тех случаях, когда авторы обращаются только к одному периоду жизни народа, например, к Великой Отечественной войне, как Д. Кабалевский в «Реквиеме», или даже к одному событию этого периода, одному его дню, как В. Рубин в «Июльском воскресенье», — изображение отдельных эпизодов и лиц решительно подчинено обобщающей идее.

Особо хочется отметить успехи в создании серьезных, крупных произведений, дающих широкую панораму народной жизни, в республиках нашей федерации. Достаточно назвать в качестве примера хотя бы ораторию «Гудящие сосны» Б. Ямпилова.

По-современному раскрывается во многих сочинениях последних лет вечно актуальная для нашего искусства ленинская тема. В прошлом при ее воплощении в музыке чаще всего акцентировались настроения всенародной печали и скорби, вызванные смертью вождя. Теперь же она трактуется прежде всего как тема неувядаемой жизненности Ленина и его заветов. Эта мысль ясно ощутима в оратории «Ленин в сердце народном» Р. Щедрина, хотя в ней говорится о траурных событиях января 1924 года. Та же мысль пронизывает хоровой цикл Д. Шостаковича «Верность» и «Патетическую поэму» А. Петрова.

К повествованиям о В. И. Ленине и о героях наших дней вплотную примыкают вокальные фрески с изображением событий рабочего революционного движения в России, Великой Октябрьской социалистической революции и гражданской войны (например, «Двенадцать» В. Салманова, «Атланты» А. Лемана, «Сны революции» В. Рубина). События революции — это для нас уже история, но вместе с тем и начало современности, ее исток. Поэтому музыка должна говорить и действительно во многих случаях говорит о них романтично, горячо, страстно.

Таким образом, если первая вершина в развитии советской вокальной музыки была достигнута в тридцатые годы на основе эпической и исторической тематики в хоровых жанрах, классической поэзии — в романсе, то нынешний подъем связан преимущественно с образами современности. Надо ли говорить о том, насколько это важно для дальнейшей судьбы вокальных жанров? Расширилось наше представление о их содержательной «емкости». Углубилось понимание принципов партийности и народности советской музыки в целом.

Огромный опыт воплощения современных тем позволяет, на мой взгляд, сделать еще один вывод: чем дальше, тем большее значение в этой области приобретает личная позиция композитора, его художественная инициатива, творческий поиск. Именно потому, что наша современность перестала быть редкой гостьей в композиторском творчестве, само по себе обращение к ней — даже если речь идет о самых высоких и значительных темах — еще не предопределяет ценности произведения. Об этом, на мой личный взгляд, заставляют задуматься некоторые прозвучавшие на Пленуме правления СК РСФСР, посвященном хоровому и камерно-вокальному творчеству, сочинения, в том числе вокальный цикл И. Ельчевой «О Ленине поют народы», в известной мере — оратория К. Массалитинова «Земля моя», «Кантата о Ленине» А. Луппова. Каждый из нас мог бы, вероятно, припомнить и другие случаи, когда те или иные опытные и даровитые авторы, руководствуясь самыми благородными намерениями, обращаются к большим актуальным темам наших дней, но не находят своего подхода к ним, свежего решения.

Очень характерен для вокальной музыки последних лет и интерес к более или менее далекому прошлому, которое, однако, не противостоит современности, а внутренне связано с ней. Как и в двадцатых и тридцатых годах, особое внимание привлекают образы героев народно-освободительного движения («Казнь Степана Разина» Д. Шостаковича, «Сказание о пугачевском бунте» Ю. Буцко) или талантливых народных художников («Мастера» А. Николаева), страницы борьбы против иноземных захватчиков («Слово о полку Игореве» Л. Пригожина). И опять же новое заключается здесь в том, что на первый план — особенно в поэме Шостаковича — выдвинуты философско-этические проблемы, большие исторические обобщения.

Можно назвать еще немало композиторов, обратившихся в своем творчестве к далекой национальной истории, к глубоким корням народной жизни. Их опыт убедительно показывает, что художнику, стоящему на марксистско-ленинских позициях, эта тема позволяет раскрыть значение прогрессивных традиций народа, выразить дорогое каждому советско-

му человеку чувство любви к Родине. Вместе с тем, мы должны помнить об опасности национальной ограниченности, идеализации прошлого, внесоциального, внеклассового подхода к нему — всего того, что противостоит социалистическому патриотизму и интернационализму.

Современные успехи в вокальном творчестве достигнуты нашими композиторами в союзе со словом и во многом благодаря новому отношению к нему. Во всех рассматриваемых жанрах резко возросло значение поэтической основы. Стали более редкими распространенные ранее случаи, когда текст служил лишь сюжетной канвой произведения, не представлял самостоятельной художественной ценности, монтировался из стихов самых разнокалиберных авторов. В связи с этим изменилось понимание цикличности многочастных произведений. Еще в преддверии современного периода, в поэме «Страна отцов» на стихи А. Исаакяна, а затем в песнях на стихи Бернса, в «Поэме памяти Сергея Есенина», цикле «У меня отец — крестьянин» на стихи С. Есенина и «Патетической оратории» на стихи В. Маяковского Г. Свиридов ввел новый принцип построения вокального цикла. Музыкант создает собственную поэтическую композицию (своего рода либретто) из стихов одного автора, как правило, большого поэта, певца своего народа. Этот поэт превращается в главного героя цикла, и его судьба в соотношении с судьбой его земли становится основной темой произведения, пронизанного единой идеей — не только поэтической и не только музыкальной, но музыкально-поэтической.

Собственные оригинальные формы вокальных циклов нашли и другие композиторы. Напомню хотя бы один пример из многих возможных — «Поэторию» Р. Щедрина на стихи А. Вознесенского, в которой главным исполнителем роли поэта выступает сам автор стихов.

Качественный скачок произошел и в отборе литературных источников. Сюда вошла теперь поэзия всех эпох, многих стран и народов. Из русской классики XIX века, наряду с авторами, многократно «озвученными» в музыке, — Пушкиным, Дельвигом, Лермонтовым, Тютчевым, — привлек к себе в последние годы большое внимание поэт-гражданин Некрасов (хоры Т. Хренникова, «Весенняя кантата» Г. Свиридова, цикл С. Разоренова и другие сочинения). Да и у Пушкина нашлись незапетые стихи философского характера (к ним, например, обратился в новом цикле Б. Чайковский).

Широко вошло в вокальные жанры творчество А. Блока, В. Брюсова, С. Есенина (в частности, сравнительно недавно есенинские стихи прозвучали в романсах В. Трамбицкого — последнем сочинении крупного мастера). Притом, эти выдающиеся русские поэты начала XX века впервые предстали в музыке не только «чистыми» лириками, но и гражданскими художниками, запечатлевшими кризис старого общества и рождение нового мира. Вспоминается, какой неожиданностью для многих явилось открытие Г. Свиридовым С. Есенина как великого народного поэта революционной эпохи, а А. Блока (в «Петербургских песнях») — как подлинно демократического художника, наследника некрасовской традиции.

То же произошло и с В. Маяковским. Долгое время его поэзия, считавшаяся немузыкальной, трактовалась преимущественно речитативными или инструментальными средствами (напомню хотя бы о симфонии «Ленин» В. Шебалина, о хорах и романсах В. Белого). После «Патетической оратории» Г. Свиридова к Маяковскому обратились десятки композиторов, в том числе В. Агафонников, А. Балтин, Г. Белов, М. Кацнельсон, Б. Клюзнер, Б. Кравченко, А. Локшин, М. Таривердиев, Б. Тищенко, А. Холминов, А. Эшпай (этот список заведомо неполон). И мы услышали не только поэта-оратора, «агитатора, горлана-главаря», но и песенного Маяковского, эмоционального и лиричного, которого можно и должно петь «во весь голос».

Можно назвать еще несколько «освоенных» нашей музыкой поэтов, которые начали свой путь до революции, а затем стали деятелями советской литературы: А. Ахматова, Б. Пастернак, В. Хлебников, М. Цветаева. И в их поэзии композиторы находят и подчеркивают прежде всего то, что близко сегодняшнему советскому слушателю. В этом смысле примечателен, например, цикл А. Николаева, чутко выделившего в цветаевских стихах народную струю.

Но, пожалуй, центральное место в вокальном творчестве занимает сейчас наследие советских поэтов последующих поколений. Среди них — Н. Заболоцкий, Н. Асеев, И. Сельвинский, В. Луговской, М. Светлов, П. Васильев, Б. Корнилов, О. Берггольц, Д. Кедрин, А. Прокофьев, М. Исаковский, Н. Рыленков, Л. Мартынов, К. Ваншенкин, М. Дудин и, наконец, недавно ушедший от нас классик русской поэзии А. Твардовский... С каждым из этих и многих других авторов теперь уже ассоциируются не только отдельные хоры, песни, романсы, но и камерные и хоровые циклы, кантаты, оратории. А рядом встали имена более молодых поэтов, выдвинувшихся за по-

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание