Выпуск № 8 (381) | 1970 - страница 56

Ясно, что обособленность еврейского дореволюционного уклада, стираемая самим ходом истории еще до революции, после Октября была смело опрокинута теми, кто смотрел вперед. Вот откуда эта широта интонационно-жанровых ассоциаций, которая сразу бросается в глаза всякому, вникающему в мелодический строй современной песенности. Вот откуда эти глубокие родственные связи демократической еврейской культуры с культурой украинской, молдавской или русской. (К слову сказать, жаль, что наше музыкознание уделяет неправомерно мало внимания подобным вопросам.) Но главное, в чем сказался интернационалистский характер, — само содержание. О ком и о чем пела еврейская песня прежде? Она умела радоваться жизни, свету солнца, весне. Но еще ярче и глубже умела она откликаться на страдание и горе «...И скрипка заговорит. Да как заговорит! Живым, подлинно человеческим голосом. В этом голосе — мольба и упрек, душераздирающий стон, мучительный крик, идущий из самого сердца...»⁸.

Герой сегодняшней песни (я, разумеется, имею в виду единственно перспективную социалистическую национальную культуру) — это убежденный строитель нового мира, человек, у которого нет задач или целей, «отдельных» от целей и задач всего социалистического общества. Удивительно ли, что и средства выражения, художественная манера, стилистические приемы, которыми «оперирует» этот герой, во многом близки тем творческим завоеваниям, которые достигнуты в практике братских республик? Нерасторжимая политическая и духовная связь, объединяющая тех, кто отдает свой талант и труд сегодняшней русской художественной культуре, и тех, кто развивает современное искусство национальных республик, — в созидательной работе без громких слов, в общности социальных, нравственных, эстетических идеалов на всех этапах нашего сложного пути. Хорошо сказал об этом Иосиф Уткин:

А мы споем о родине,
С которой столько связано,
С которой столько пройдено
Хорошего и разного!
Тяжелое — забудется,
Хорошее — останется.
Что с родиною сбудется,
То и с народом станется.

Как известно, важнейшим законом развития социалистического искусства в целом является тесное взаимопроникновение особенностей братских культур. Этот сложный процесс лаконично охарактеризован в Программе партии: «...национальные формы не окостеневают, а видоизменяются, совершенствуются и сближаются между собой, освобождаясь от всего устарелого, противоречащего новым условиям жизни».

Следует специально подчеркнуть многосторонность и глубину данной характеристики, со всей серьезностью указывающей на недопустимость националистической замкнутости в искусстве. «Не окостеневают, а видоизменяются»! От скольких трудностей и бед было бы избавлено наше музыкальное творчество, если бы все его представители своевременно прониклись этой важнейшей мыслью! Как далеко еще вперед шагнуло бы оно (даже по сравнению с уже завоеванным уровнем), если бы всегда сознавался вред окостенения национальных форм! Примеры, что называется, под рукой: не столь давно некоторые музыканты считали, что полифоническое письмо «противопоказано» музыкальным культурам республик Советского Востока. Время доказало обратное. Упомяну в этой связи хотя бы талантливые хоровые сочинения узбекского композитора М. Бурханова. И такие примеры есть почти в каждой советской республике. Словом, как сказал Д. Шостакович, «...сегодня над просторами нашей Отчизны в полный голос звучат десятки национальных музыкальных “языков”»...⁹.

Ясно, что прогрессивной культуре еврейского народа также не по пути со сторонниками «эстетического национализма», что ей тоже предстоит огромная и плодотворная работа по освоению жанров и средств, характерных для советской художественной традиции в целом. Собственно, именно в этом направлении трудятся наши композиторы (показательный образец — Симфониетта М. Вайнберга на еврейские темы).

Неоспоримо и значение «обратного» процесса: как и музыка других народов, еврейская народная музыка, песенная и танцевальная, стала одним из «интонационных слагаемых» в становлении нашей интернациональной музыкальной культуры. Преображенные интонации фрейлехса слышны, в частности, в ряде массовых песен, созданных братьями Покрасс, например в превосходной песне «То не тучи — грозовые облака», при всей значительности жанрового (маршевого) переосмысления этих интонаций¹⁰.

В силу всех этих причин «адрес» данной национальной культуры заметно расширился. Побывайте на концерте еврейской музыки. Вы не только услышите там песни старые и новые, вы увидите и многонациональную аудиторию слушателей.

Итак, советская еврейская песня живет и раз-

_________

⁸ Шолом Алейхем, т. 1, стр. 51.

⁹ Дмитрий Шостакович. Верность Родине. «Правда» от 23 апреля 1970 года.

¹⁰ Словно сердцем почувствовав родное, узники Варшавского гетто положили на эту мелодию одну из своих боевых песен. Глубокое впечатление оставило исполнение ее в Москве Полем Робсоном.

вивается, сохраняя наиболее ценные свои черты и в то же время обогащаясь новым содержанием, новой стилистикой.

Конечно, носители любого буржуазного национализма, особенно в современном мире, раздираемом острыми идеологическими противоречиями, рядятся в тогу хранителей «чистой» культуры. Они хотели бы гораздо «большего», чем обособленность в народной песне, в музыке вообще. Достаточно сказать, что сионизм искусственно насаждает древнееврейский язык — иврит. Но поскольку подавляющее большинство евреев, в том числе немалая часть живущих в самом Израиле, не говорят на иврит,— разве не очевидна националистическая претенциозность подобного «культурного норматива»?

Я знаю, что эти строки не понравятся носителям буржуазной идеологии с ее мерзостными порождениями, будь то сионистская апологетизация «народа, избранного богом» или погромная «программа» антисемитизма. Фашиствующих империалистов словами не убедишь. К счастью, исторический прогресс не зависит от субъективной воли националистов. Будущее любого народа — в служении благородным идеалам демократии и социализма.

КОРОТКО О КНИГАХ И НОТАХ

Г. С. Глушчанка, К. I. Сцепанцэвiч. Беларуская савецкая музычная лiтература. Мiнск, «Вышэйшая школа», 1969, 164 стар., тир. 3000 экз.

Авторы рецензируемой работы Г. Глущенко и К. Степанцевич давно зарекомендовали себя как активные пропагандисты музыкального искусства Советской Белоруссии. В течение ряда лет они вели на страницах газеты «Пионер Белоруссии» музыкальный лекторий, посвященный жизни и творчеству композиторов республики. Несколько лет назад вышли в свет две их книжки — «Школьникам о музыке» и «Наши композиторы». Юным читателям адресована и новая работа этих авторов — учебное пособие по курсу «Белорусская советская музыкальная литература» для седьмого класса музыкальной школы.

В книге дан краткий исторический обзор развития белорусской профессиональной музыки за полвека Советской власти; специальные главы посвящены характеристике белорусской народной песни и инструментальной музыки, рассказу о народных исполнителях и фольклористах, о роли белорусской народной музыки в профессиональном творчестве. Книга знакомит читателей с различными жанрами профессионального искусства, с исполнительскими коллективами республики. В приложении к учебнику содержится краткое описание жизни и творчества отдельных композиторов, сыгравших важную роль в развитии национального искусства.

Авторы просто и доступно рассказывают учащимся о музыкально-стилистических особенностях отдельных произведений. Анализ подтверждается нотными примерами, которые значительно облегчают усвоение материала. Сосредоточивая внимание читателей на художественно-эстетических особенностях произведений, привлекая внимание к их эмоционально-выразительному содержанию, Глущенко и Степанцевич стремятся вызвать у детей интерес и любовь к музыке.

Достижения советских белорусских композиторов рассматриваются авторами в неразрывной связи со всей многонациональной культурой нашей страны, в развитии которой немалую роль (и это подчеркнуто в книге) играет Коммунистическая партия.

Работа Глущенко и Степанцевич — первый и во многом удачный опыт создания учебной литературы по белорусской музыке для республиканских музыкальных школ. Книга бесспорно принесет свою пользу в области музыкально-эстетического и профессионального воспитания школьников. Думается, что сейчас следует поставить вопрос о переиздании этого пособия, так как его тираж (3000 экземпляров) явно недостаточен. Ведь в Белоруссии свыше 150 музыкальных школ, и все учащиеся седьмых классов должны быть обеспечены учебником.

Хочется порекомендовать авторам в случае переиздания книги учесть некоторые замечания. Полагаем, что следует несколько пересмотреть первую главу, посвященную историческому обзору белорусской музыки, уточнить даты и более четко определить место некоторых композиторов в истории белорусской музыки. На наш взгляд, целесообразно было бы исключить из этой главы некоторые подробности, мешающие усваивать основные сведения о музыкальной жизни республики; необходимо снять, например, перечисление произведений художественно слабых, утративших свое значение; следовало бы шире осветить роль в развитии белорусского профессионального искусства таких деятелей, как Н. Чуркин, М. Анцев, В. Теравский, А. Туренков, Т. Шнитман, А. Гриневич и другие. Выступая в качестве композиторов, теоретиков или хормейстеров, они вели с первых дней Великой Октябрьской революции чрезвычайно интенсивную творческую, исполнительскую, педагогическую и музыкально-общественную работу.

Желательно увеличить число нотных примеров, особенно там, где речь идет о неизданных произведениях; хорошо бы дополнить книгу фотографиями известных белорусских исполнителей, художественных коллективов. Это внесло бы элемент наглядности, сделало бы книгу эстетически более привлекательной.

Б. Смольский

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

КОРОТКО О КНИГАХ И НОТАХ

Содержание