В недавно вышедшем последнем его сборнике около 40 песен. Может показаться странным, но разговор о них я хотел бы начать с оценки аккомпанемента. Ведь в жанре, о котором идет речь, роль сопровождения может приобрести особое, весьма существенное значение. В самом деле, необходимость придерживаться в мелодии доступных, а стало быть более или менее знакомых бытующих интонаций, легкой интервалики, небольшого диапазона в какой-то мере ограничивает воображение автора. Естественно, что он, стараясь избежать примитива, значительную роль в раскрытии музыкально-поэтического образа возлагает на фортепиано. Да и вообще, не слишком ли часто в детской песне этот инструмент выступает в бедной должности дублера партии солиста, служа лишь гармонической поддержкой мелодии? Между тем с вокальной музыкой ребята соприкасаются неизмеримо чаще, чем с инструментальной, и очень ценно, если композитор, увлекая их песней, одновременно раскрывает перед ними богатство выразительных средств рояля.

Подобная «сверхзадача» слышится в ряде сочинений Иорданского. Для многих номеров автор находит свежую, изобретательную фактуру фортепианной партии, интересный гармонический язык. Музыка, порученная фортепиано, звучит как законченная картинка; в то же время она органично связана с мелодическим образом.

Таковы «Солнышко-ведрышко» и «Колыбельная» (обе на народные слова), «В лесу тишина» (слова М. Ивенсен), отмеченные тонким гармоническим колоритом. Светло, по-весеннему журчат фигурации аккомпанемента в песне «Наш Ильич» (текст М. Пляцковского), изобретательна фактура миниатюр «Гуси-гуси» (слова В. Хорол), «Скрипочка» (слова Л. Квитко). Жаль только что в последней трудности слишком велики для пианиста-школьника.

Порой, правда, автор так увлекается поисками свежих гармонических сопоставлений и последовательностей, что мелодия в каких-то отрезках теряет естественность развития. Например, в песне «Это значит осень» (слова П. Кудрявцева) внезапная модуляция из ре минора в си мажор, логично выполненная в сопровождении, у солиста звучит несколько «умозрительно». Более пластично осуществлен необычный, весьма изысканный тональный план в мелодии номера «Зимние гости» (слова Е. Трутневой). Это развернутое произведение, где бесконечная цепь модуляций ставит перед исполнителем (в данном случае хором) сложную задачу.

Следует отметить, что материал сборника вообще неоднороден по степени трудности и имеет разные адреса. Если «Зимние гости» доступны лишь специализированным хорам с хорошей подготовкой, то многие песни написаны для обычных школьных коллективов как старших, так и младших классов. Учащимся среднего и старшего возраста предназначена энергичная, яркая по мелодике «Песня летчика» на стихи В. Маяковского. Выразительна «Песня юности» (текст А. Досталя), по эмоциональному и интонационному строю напоминающая песни борьбы за мир.

Малыши найдут в тетради такие милые, простые миниатюры, как «Внучата Ильича» (слова 3. Александровой), «Рубиновая звездочка» (слова В. Губановой) и, наконец, давно завоевавшую их любовь «У дороги чибис» (слова А. Пришельца).

Можно было бы назвать еще ряд удач композитора, так же, впрочем, как и отметить песни менее заметные. Последние, пожалуй, неизбежны для сборника почти что в сорок названий. Но в целом работа Иорданского, его творческое отношение к музыке для детей бесспорно заслуживают высокой оценки.

ИСПОЛНИТЕЛЬСКОЕ ИСКУССТВО

Е. Грошева

Сергей Ценин

В ответном письме С. Я. Маршака чете артистов Театра имени К. С. Станиславского и Вл. И. Немнровича-Данченко есть стихотворная шутка:

Ваш привет мне очень ценен —
Как младенцу молоко,
Дорогой товарищ Ценин
И чудесная Янко.

О Тамаре Федоровне Янко, ее образах, созданных за тридцатилетнюю жизнь в театре, я уже писала¹. О Сергее Александровиче Ценине писать труднее. И не только потому, что в музыкальном театре он «мастер на все руки». Да, из своего сорокалетнего сценического «стажа» Ценин двадцать семь лет, начиная с первого года Великой Отечественной войны, посвятил также работе над советскими либретто, в основном — опер. Насколько его труд значителен, свидетельствует факт: он пока единственный из либреттистов — член Союза композиторов. И это вполне заслуженно. Сергей Александрович знает музыкальный театр «изнутри», чутко слышит биение пульса его сложного организма и умеет передать это композитору. При его непосредственном участии появилось на свет около пятнадцати опер и балетов; среди них — «Семья Тараса» и «Никита Вершинин» Д. Кабалевского, «Фрол Скобеев» («Безродный зять») Т. Хренникова, «Улица дель Корно» К. Молчанова, «Суворов» С. Василенко и другие, вплоть до «Виринеи» С. Слонимского, где драматургическое мастерство либреттиста, его знание народного языка, песенных традиций сказалось наиболее ярко и помогло рождению великолепной национально-образной музыки. Здесь оригинален почти весь текст, включая большие песенные эпизоды (использованы только две поэтические цитаты). Но тема «Ценин-драматург» требует отдельного рассмотрения, и, мне кажется, обязательно должна найти место в работе, посвященной проблемам советской оперы.

Моя задача — набросать здесь хотя бы эскизный портрет певца-актера, очень яркого и своеобразного, актера, которому трудно подыскать какой-либо прототип в прошлом, да, пожалуй, и в настоящем. И тем не менее в облике Ценина легко обнаруживаются черты, рожденные именно советской сценой, и именно — в театре, освященном гением Станиславского и Немировича-Данченко. Но сначала немного биографии: ведь жиз-

_________

¹ См.: «Советская музыка», 1967, № 9.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

ИСПОЛНИТЕЛЬСКОЕ ИСКУССТВО

Е. Грошева

Сергей Ценин

Содержание