Э. Г. Гилельсу — 60!

Хачатурян

Имя его вошло в историю

...Помню — это было задолго до войны, — как-то я пришел на занятия в Московскую консерваторию. В тот день в Малом зале шло отборочное прослушивание к конкурсу пианистов. В раздевалке, в коридорах все шумело, жужжало, все говорили о чудо-мальчике Эмиле Гилельсе. Я попытался проникнуть в Малый зал, но он был переполнен, мне удалось пробраться лишь наверх — на балкон. Кажется, Гилельс играл тогда «Свадьбу Фигаро» Моцарта — Листа. Меня поразила степень технической яркости и, я бы сказал, артистической зрелости его исполнения.

Игра кончилась. Гром аплодисментов. Мне захотелось посмотреть вблизи на этого действительно чудо-мальчика. С трудом протиснулся в артистическую и был как бы разочарован, потому что увидел невысокого и, прямо скажу, невзрачного рыженького в веснушках подростка, но с очень сильным, выразительным лицом.

С тех пор интерес критики и публики к этому выдающемуся музыканту углублялся, а слава его росла. Может быть, я ошибаюсь, но, по-моему, у него не было поражений: его творческая биография развивалась «по нарастающей линии». Это редкое явление.

Во время моих многочисленных поездок в различные страны и на разные континенты мне доводилось убеждаться в глубоком почитании Гилельса за границей. Имя его всегда было чем-то фантастически-легендарным и одновременно чрезвычайно привлекательным. Доказательств тому множество, приведу одно из них.

В Румынии, на Конкурсе имени Дж. Энеску, где я был членом жюри, я познакомился с Артуром Рубинштейном, которого я называю «королем» всех пианистов. Он тоже был членом жюри. После конкурса знаменитый пианист приехал на гастроли в Советский Союз. Я встречал его уже как доброго знакомого (кстати, у меня дома он так талантливо смешил собравшихся друзей, что Аркадий Райкин весело смеялся). И вот я вижу, что Рубинштейн перед концертами страшно напряжен и безумно волнуется. Спрашиваю: «Артур Игнатьевич, почему Вы волнуетесь?»

— Милый мой! Ведь я выступаю в стране, где живут и работают два гениальных пианиста — Рихтер и Гилельс...

Да, этот «король» пианистов волновался, как юноша (это прекрасное качество!). Вот что значит авторитет наших музыкантов, в том числе Гилельса!..

С удовольствием вспоминаю работу с Эмилем Григорьевичем над моей Фортепианной сонатой. Эта была очень интересная работа. Я приходил к нему, мы обсуждали страницу за страницей, он вносил весьма ценные предложения. Тут же что-то переделывалось, кое-что я пересочинил заново. Не могу не выразить сожаления, что огромная занятость — и моя, и Гилельса — помешала дальнейшему продолжению столь тесного творческого содружества.

Прежде чем сказать о масштабности Гилельса, я хочу подчеркнуть, что свой стиль в исполнительстве — это очень большая и сложная вещь. Редко кто владеет этим качеством, свойственным очень немногим музыкантам. Артистов, по-своему трактующих великие сочинения, которые исполняются веками, — по-моему, единицы. Могу назвать Нейгауза, Полякина, Ойстраха, Оборина, Рихтера, Обухову, Уланову. В том же ряду находится и Гилельс. Я о таких людях говорю, что они — «над искусством», то есть об их искусстве особо думаешь, потому

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Э. Г. Гилельсу — 60!

Хачатурян

Имя его вошло в историю

Содержание