Выпуск № 10 (455) | 1976 - страница 17

Постоянный признанный интерпретатор скрипичных сочинений Т. Хренникова, Л. Коган не только с блеском воплотил авторский замысел, но внес в него оригинальные черты, обусловленные характером индивидуальности артиста. Государственный симфонический оркестр под управлением Е. Светланова чутко уловил приметы жанра, подчеркнул проступившие здесь новые качества стиля советского мастера и вместе с тем верно воплотил самый дух его творчества...

Второй симфонический концерт пленума в Большом зале консерватории представил публике очень разные творческие опыты, принадлежащие перу представителей Азербайджана, Таджикистана, Армении, Украины, Грузии и, наконец, Российской Федерации.

Кантата «Знаменосец эпохи» К. Караева прозвучала в исполнении Большого симфонического оркестра и Хора Центрального телевидения и Всесоюзного радио; коллективами дирижировал Дж. Кахидзе. Эта славица в честь Коммунистической партии написана с подлинным размахом, сочными, «звонкими» красками, призванными усилить ее торжественно-гимнический характер. Национальный колорит, столь неповторимый в сочинениях Караева, сообщает кантате терпкое своеобразие, делает ее темы особо выпуклыми, динамичными. В богатой мелодико-интонационной и метроритмической сфере переосмыслены многие характерные элементы восточного музицирования. Отлично чувствуя природу хорового письма, композитор тонко использует возможности вокальной звукописи — мощные туттийные построения, полифоническую «вязь», контрастные тембровые переклички. Хор, руководимый К. Птицей, отлично воплотил внутренний динамизм сочинения, прорисовал гибкие мелодические линии; оркестр же подчеркнул яркую ритмическую стихию.

Поэму для виолончели с оркестром А. Арутюняна и Концерт для фортепиано с оркестром (в подзаголовке — «Три симфонических этюда и постлюдия») О. Евлахова, при всем различии их музыкального языка и средств художественного решения, сближает одно доминирующее качество. Оно, на наш взгляд, заключено в схожем — экспрессивном, лирико-драматическом — тоне высказывания. И потому, вероятно, на первый план в обоих сочинениях выступают диссонантная напряженность ткани, образные контрасты. Такое впечатление было подкреплено и исполнительской трактовкой; солисты (в поэме — М. Абрамян, в концерте — П. Гилилов) стремились выявить прежде всего остроту драматического развития музыки. Другое дело, что отмеченное свойство, разумеется, в каждом из сочинений раскрыто с неодинаковой силой и обеспечивает в целом различный художественный эффект.

Концерт построен на чередующихся взрывах и спадах звучности, броских речевых возгласах оркестра и фортепиано, сменяемых протяженными «задумчивыми» мелодическими построениями. Динамические контуры поэмы мягче, пластичнее, чему в немалой степени способствует преобладающее в ней кантилен-

К. Базарсадаев исполняет арию из оперы «Цыремпил Ранжуров» Б. Ямпилова

На концерте Московского камерного хора под управлением В. Минина

ное начало, заложенное, кстати, в самой природе солирующего инструмента. В материале сочинения, особенно в сольных фрагментах, ощутимы связи с национальной почвенностью.

Буйным, живым воображением, неудержимым движением очаровало публику произведение молодого таджикского композитора Т. Шахиди «Туёна» («Празднества»), Главенствующий здесь принцип развития — постепенное уплотнение, а затем разрежение звукового пространства — непосредственно влияет на ладово-интонационную, ритмическую и динамическую структуру ткани. Отличительной приметой «Празднеств», своего рода «опознавательным знаком», становится ритм, наделенный непридуманной национальной характерностью. Остинатные формулы, пронизывающие крупные разделы музыки, четко дисциплинируют всю композицию, сообщая ей живую пульсацию, содействуя общей вычерченности драматургии. Нельзя не вспомнить в этой связи о подобных свойствах творчества Стравинского. Однако ярко выявленная в сочинении Т. Шахиди национальная природа — свидетельство индивидуального переосмысления известных традиций, перенесенных на иную художественную почву.

Говоря об инструментовке «Празднеств», хочется отметить успешное освоение молодым автором новых принципов звуковой разработки, чувство тембрового колорирования, интересные формы подачи материала (активное включение в оркестровую ткань многочисленных ударных инструментов, острые полиритмические сочетания). Правда, порой оркестровка представляется слишком густой и плотной. Это в известной мере отразилось на мелодической стороне сочинения, показавшейся несколько однообразной. Возможно, введение значительной темы сделало бы его более красочным, заметно оживило мелодико-интонационный строй.

Очень свежими, привлекательными для самых разных слушателей оказались Три украинские свадебные песни для голоса с оркестром М. Скорика (на народные тексты), которые удивительно вдохновенно спела Э. Акритова. На основе старинного народно-обрядового жанра композитор создал сочинение индивидуальное по стилю, выразительное по музыкальному языку, достаточно развернутое по структуре (трехчастный цикл).

Первая песня, напоминающая народный причет, наиболее жанрово определенна. Свет-

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

К. Базарсадаев исполняет арию из оперы «Цыремпил Ранжуров» Б. Ямпилова

На концерте Московского камерного хора под управлением В. Минина

Содержание