Во втором отделении звучала камерно-вокальная и инструментальная музыка С. Баласаняна. Неустанный интерес к искусству народов Азии и Африки — отличительная и привлекательная черта этого мастера. Он принадлежит к числу художников, глубоко понимающих и ценящих, фольклор. Народное искусство Таджикистана, Армении, Индии, Индонезии, Афганистана, стран Африки стало для композитора неиссякаемым источником творческого вдохновения.

Тонким вкусом, мастерством миниатюриста отмечены и рубаи Омара Хаяма и Четыре песни Африки, прозвучавшие в концерте. Подробнее остановлюсь на втором цикле. Первая песня «Спи, мой малыш» и третья — «Ночь темна и холодна» написаны на слова Элолонгэ Эпанья Йондо — поэта Камеруна (перевод А. Ревича); вторая, «Дрозды», — на текст Хо Израэл Кафу — поэта Ганы (перевод М. Кудинова), и четвертая, «Две жены», — на малийский народный текст (перевод Т. Сикорской). Отмечу, что композитор неоднократно обращался к творчеству камерунского поэта: его стихи легли в основу пяти баллад для баритона, озаглавленных «Наш край». Вероятно, острая характерность образов, драматизм, тема социального протеста, явно прочерченная в творчестве Элолонгэ Эпанья Йондо, привлекла к нему внимание С. Баласаняна.

Мелодический язык Четырех песен разнообразен и свеж, широта вокальной кантилены органично сочетается здесь с речевыми, в частности, восклицательными оборотами. Партия фортепиано становится в цикле равноправным участником ансамбля: изысканная гармоническая выразительность, острота ритмов еще более подчеркивают экспрессию вокальной линии.

Жанровое начало сочинения своеобразно проявилось в ярких контрастах номеров: нежная колыбельная «Спи, мой малыш» оттенена шуточной сценкой «Дрозды», а драматизм песни «Ночь темна и холодна» острее подчеркнут следующей за ней юмореской «Две жены».

Исполнение вокальных опусов С. Баласаняна М. Мирошниковой и. А. Моксяковым оставило самое отрадное впечатление. Верное ощущение национального колорита, общая культура пения, позволяющая каждый раз точно почувствовать и передать тот или иной музыкальный образ, — все это отличало выступление солистов. Партию фортепиано эмоционально, с вдохновением сыграл А. Мальтер.

Завершила концерт Симфония для струнного оркестра — новое сочинение С. Баласаняна. Не берусь сколько-нибудь широко характеризовать его по первому прослушиванию; выскажу здесь лишь самые общие впечатления. Симфония примыкает к той ветви творчества композитора, которая связана непосредственно с армянским фольклором; яркость тематизма, народная почвенность отчетливо ощутимы в этом опусе. Наиболее масштабна по замыслу первая часть (цикл состоит из трех частей); она становится смысловым центром всего сочинения, ее образы полны энергии, ярких тематических и динамических контрастов. Вторая часть — сосредоточенное Andante; в нем использована подлинная армянская народная мелодия. Финал решен композитором в вариационной форме, отдельными чертами напоминая пассакалью.

Симфонию исполнил Струнный оркестр Московской государственной консерватории, который, в целом несомненно, многое сделал для того, чтобы знакомство с новой музыкой наших мастеров стало для слушателей интересным и радостным.

Т. Копылова

…А. Лемана и А. Пирумова

Вечер, посвященный творчеству этих композиторов, состоялся в Малом зале консерватории. Программы из камерных произведений стали традиционными для подобных концертов. Не составила исключения и эта очередная встреча авторов со слушателями.

В первом отделении исполнялись сочинения Альберта Лемана. Художник зрелый, творчески активный, он создал значительное число партитур в самых различных жанрах. Приятной особенностью вечера было преобладание произведений, звучавших с эстрады впервые; немаловажно и то, что представили их публике прекрасные музыканты.

Вокальный цикл «Из японской поэзии» спела Т. Петрова, и достоинства его выявились особенно полно благодаря необыкновенно чуткой и тонкой трактовке этой певицы. Цикл привлекает прежде всего органичностью воплощения текста. Больше того, композитору удалось «расшифровать» глубокий философский подтекст, сделать явным скрытый в стихах драматизм. Их тончайшие психологические оттенки приобретают в цикле Лемана общечеловеческую значимость.

Музыкальный язык этого, как и других сочинений композитора, многообразен, причем автор безошибочно отбирает технические средства, в зависимости от содержания.

В программе вечера прозвучала и камерно-инструментальная музыка Лемана: Партита для фортепиано, Соната для скрипки и фортепиано и Соната для виолончели и фортепиано.

Музыка партиты остродинамична: автор активно использует ритмическое варьирование, нагнетание звучности путем постепенного уплотнения фактуры, введение кластеров в кульминациях. К сожалению, из пяти частей партиты были исполнены лишь три, и потому цельного представления о цикле не сложилось. Тем не менее прозвучавшие части, виртуозно и энергично сыгранные Б. Печерским, оставили яркое впечатление.

Из исполненных в концерте произведений творческий почерк Лемана ярче всего ощутим, пожалуй, в его инструментальных сонатах. Они отделены значитель-

ным промежутком времени: Соната для виолончели и фортепиано написана в начале 60-х годов, а скрипичная — в начале 70-х годов. Естественно, концерт предоставил возможность сравнения обоих опусов. Но прежде отметим некоторые общие для них черты. Обращает на себя внимание присущий мастеру напряженный характер тематизма, с обилием политональных сочетаний; чрезвычайно широко используются им квартовые гармонии, жесткие созвучия. В развертывании материала композитор часто прибегает к полифоническим приемам. Общим является также и тип контраста в первых частях — это контраст ритмический и динамический, который реализуется в развитии, достигающем огромного накала драматизма. Различие же циклов связано главным образом с трактовкой формы первых частей. В Сонате для виолончели и фортепиано перед нами традиционное сонатное allegro, в Сонате для скрипки и фортепиано первая часть написана в более свободной, мобильной форме. Контраст в ней осуществляется путем сопоставления темы вступления и основной темы. Собственно побочная партия отсутствует.

Для исполнителей оба произведения представляют несомненный интерес, ибо в них изобретательно раскрыты выразительные возможности солирующих инструментов. Эта особенность музыки А. Лемана ярко выявилась в мастерской игре В. Тонхи и Б. Гутникова.

Во втором отделении прозвучали произведения Александра Пирумова, автора трех симфоний, большого числа хоровых и вокальных произведений, четырех струнных квартетов… К сожалению, в концерте его творчество было представлено более чем скромно: значительная часть объявленной программы почему-то не была исполнена. Так, не прозвучали Пять прелюдий для органа и Четвертый квартет. Тем не менее второе отделение в целом оставило приятное впечатление.

Детский хор Института художественного воспитания под руководством В. Соколова показал цикл «Четыре стихотворения» на стихи Пушкина, Лермонтова, Маяковского и Гамзатова. Этот цикл — несомненная удача композитора; подкупает тонкое воплощение поэтического духа стихов. И неудивительно, что дети пели с большим подъемом и видимым удовольствием.

Камерно-вокальные жанры в творчестве Пирумова были представлены вокальным циклом на стихи Гамзатова «Эй, человек». Объединенное одним настроением, одним интонационным строем, это произведение составило выразительный контраст предыдущему.

Из камерно-инструментальной музыки автора прозвучали блестяще сыгранное С. Иголинским Фортепианное скерцо и сочинение крупной формы — Концерт-вариации для фортепиано и оркестра (в переложении для 2-х фортепиано), исполненное С. Асейчуком и автором. Уже само название — «концерт-вариации» — предполагает известную необычность формы произведения: вариационный цикл здесь органично вобрал в себя и черты концерта со всеми присущими этому жанру особенностями. Опус предстал перед слушателями единой динамичной композицией, в непрерывном развертывании которой намечены границы Allegro, медленной части, коды. Это произведение подтверждает представление об А. Пирумове как о художнике, наделенном большой человеческой теплотой высказывания.

Т. Душкина

… Ю. Крейна и С. Аксюка

Многое сближает этих композиторов. Прежде всего — убежденная верность классическим традициям. В произведениях С. Аксюка мы ощущаем родство с музыкой Римского-Корсакова и Глазунова, из советских авторов — Глиэра, Гнесина, в какой-то мере Мясковского. Музыкальный стиль Ю. Крейна представляет оригинальный сплав характерных черт русской и французской школ¹, в лице таких представителей, как Дебюсси и Равель, с одной стороны, Метнер, Скрябин и Ан. Александров — с другой.

Творчество обоих композиторов оптимистично, отмечено желанием запечатлеть радость бытия, созидания, красоту жизни. Сближает этих художников стремление к ясности изложения мысли, простоте и доступности музыкального языка, стройности драматургии. Наконец, их роднит и то, что они работают преимущественно в сфере лирики, при этом С. Аксюк больше тяготеет к эпическим образам, а в музыке Ю. Крейна преобладает романтический настрой.

В программу авторского вечера были включены камерные произведения последних нескольких лет (за исключением фортепианного цикла Аксюка «Русские картинки», созданного в 1962–1966 годах). Думается, именно в камерных опусах сконцентрировались наиболее характерные творческие черты композиторов, хотя оба они обращались к самым разным жанрам².

В ряду сочинений С. Аксюка наиболее яркими, привлекательными кажутся те, в которых автор органично претворяет типичную интонацию народных песен. Среди такого рода произведений — «Русские картинки» для фортепиано и «Псковские песни», прозвучавшие в авторском концерте.

Цикл из 24-х прелюдий «Русские картинки» (А. Казакова) — яркие зарисовки народной жизни, русской природы. И в то же время в нем мы чувствуем авторские размышления, окрашенные, как правило, в лирические тона. Исходный материал каждой пьесы оригинален,

_________

¹ В юности композитор, как известно, жил в Париже. Учился у П. Дюка, выступал с концертами.

² С. Аксюк создал оперы «Вадим» и «Песня про купца Калашникова» (обе по Лермонтову), поэму для хора «Слово о полку Игореве»; Ю. Крейн — Весеннюю симфонию для оркестра и фортепиано, пять инструментальных концертов, вокально-сифмонические сцены по драме Дм. Кедрина «Рембрандт», симфоническую сказку «Серебряное копытце» по сказу Бажова, симфоническую поэму «Сказка о рыбаке и рыбке».