музыкальную картину о подвиге 28 гвардейцев-панфиловцев для эстрадного инструментального квинтета. Честно говоря, музыка тогда получилась иллюстративной.

Однако именно этот опус положил начало моему обращению к военной тематике. И сейчас я возвратился к мысли написать о гвардейцах-панфиловцах, но уже на более серьезных основаниях.

Созданная раньше Эпическая поэма памяти Масанчи, прославленного командира Дунганского кавалерийского полка, адресовала меня к эпохе гражданской войны. Одна из тем (марш) оказалась близкой к песням тех лет (к этому я пришел интуитивно, и указали мне на данную особенность мои коллеги). Есть в поэме и тема белогвардейцев, и конфликтная ситуация. Вступление построено на эпических интонациях. По ходу развития звучат и кавалерийская песня, и «канонада» (здесь я использовал сонористический эффект), в репризе тема вступления переосмысливается в реквием. Мне, возможно, в какой-то степени удалось передать внешние черты изображаемых событий, но поэме явно недоставало психологической глубины и точной сопряженности музыкального материала с выбранной темой.

Начиная следующую свою «военную» работу — симфоническую поэму «Двадцать восемь», я прежде всего обратился к художественной литературе, посвященной героям-панфиловцам. Нетрудно было установить различия в характере освещения подвига двадцати восьми героев в военные годы и после войны. В первом случае — острота и страстность высказывания, зримость отображенного, а порой и несоответствие между новым содержанием и привычными литературными приемами. Во втором же (я имею в виду, главным образом, изданную в 1973 году книгу А. Кривицкого «Неподвластно времени») — преобладает осмысление подвига, его увековечение. Ценя и то, и другое, я более склонен идти вторым путем. В психологическом аспекте меня интересует рождение подвига, а в историческом — его бессмертие. «Бессмертие — это память»,— так говорил генерал И. В. Панфилов. Яркий образец памяти народной — слова старой колхозницы, документально записанные в упомянутой книге А. Кривицкого: «Старушка Глазова, подведя к могиле (гвардейцев-панфиловцев, погибших в 1941 г. — Б. Б.) шестилетнего Витю Мурашева, начала, словно прекрасную сказку, рассказывать ему все, что знала о героях: "И вот вышли они, красавцы, как на подбор, в чисто поле и наставили свои ружья-пулеметы на немецкие танки-поганки... И будто от Панфилова-героя знали они такое слово чудесное, что как скажут его да как стрельнут, так машины эти немецкие и рассыпаются"». Это высказывание в духе народного эпоса глубоко правдиво. Именно Панфилов-герой еще в дни формирования своей дивизии учил солдат в далекой от фронта Алма-Ате бесстрашию, готовил их к роли «истребителей танков». Уже здесь зарождался тот массовый героизм, об одном из примеров которого я должен поведать языком музыки. Работа в самом разгаре, и чем больше она продвигается, тем больше растет чувство ответственности. Предстоит экзамен на творческую и гражданскую зрелость.

В своих военных сочинениях я, пожалуй, больше стремился к воплощению подвига. Вообще же военная тематика очень многообразна и неисчерпаема, не говоря уже о том, что разрабатывать ее можно во многих жанрах. Опыт выдающихся композиторов современности подсказывает, что к ней надо обращаться чаще и находить различные аспекты ее претворения. Одна из трудностей современной трактовки военной темы состоит в том, что многие ее пути уже «исследованы» композиторами XX века. Это — образы борьбы, зла, разрушения, выраженные определенными композиторскими средствами. Новые прочтения патриотической темы возникнут в результате поисков новых концепций, новых воплощений традиционных образов войны. И, конечно, результат работы во многом зависит от мастерства композитора, его интеллектуального и эмоционального опыта, чуткости к требованиям времени.

Редакционные беседы

Подвиг поэтической души народа

В Минске, на Центральной площади, высится строгое серое здание, увенчанное надписью: «Подвиг народа бессмертен!» Это Белорусский музей истории Великой Отечественной войны. И в праздники, и в будни не зарастает сюда тропа народная. Очень много приходит молодежи — школьники, студенты, солдаты... Какая-то особая тишина стоит в его залах: люди движутся молча, потрясенные грандиозной картиной всенародной борьбы, развернувшейся на территории Белоруссии в годы войны. То, что борьба была всенародной, — наиболее отчетливо ощущаешь в тех залах, где рассказывается о белорусском партизанском движении. Партизанили уроженец 1844 года Василий Иванович Талаш (дед Талаш, как звали его в отряде) и школьник Марат Казей, артист Театра имени Янки Купалы Николай Александрович Сченснович и ткачиха Евдокия Федоровна Варыгина. Люди разных профессий, разных возрастов, и, конечно, прежде всего, того возраста, который именуют комсомольским. В партизанских залах музея, куда ни кинешь взгляд,— портреты юношей и девушек. Какие открытые, мужественные, какие светлые лица! Летопись героических партизанских подвигов — так можно назвать эту экспозицию. Однако нашлось в ней место экспонатам, казалось бы, совсем не боевым.

Вот обыкновенная гармонь, сильно потрепанная, видавшая виды, вот отпечатанная на машинке программа концерта художественной самодеятельности, вот фотография партизанского агитотряда... Жила, звучала на войне музыка.

Чем она была для тех, кто воевал? Развлечением, отдыхом? Или еще одним боевым оружием? Об этом-то и шла речь на очередной редакционной беседе журнала «Советская музыка», проходившей в Минске, в помещении музея. Директор его ветеран партизанского движения Петр Спиридонович Ловецкий вместе с другими своими сотрудниками гостеприимно принимал участников встречи. А ими были, помимо представителей редакции журнала, бывшие бойцы партизанских отрядов и одновременно участники партизанских ансамблей, агитбригад, создатели песен и стихов о партизанской борьбе, а также белорусские композиторы и музыковеды — те, кто в годы войны сражался на фронте, и те, кто служил фронтовикам своим искусством.

Здесь, в хранилище боевой славы, где, казалось, сами стены помогали оживить в памяти былое, шел продолжавшийся несколько часов рассказ о борьбе и музыке, о мужестве и творчестве, ибо жили они на войне бок о бок.

Первым взял слово старейший деятель советского музыкального искусства — композитор, музыковед, фольклорист, председатель Правления композиторской организации Белоруссии Григорий Романович Ширма:

Редакционную бeceдy подготовила к публикации ответственный секретарь редакции С. Рыбакова, участница Великой Отечественной войны.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Редакционные беседы

Подвиг поэтической души народа

Содержание