Выпуск № 1 (422) | 1974 - страница 29

русской песни, выступающие на концертной эстраде, по радио и телевидению, иногда откровенно пренебрегают характерными признаками не местного, областного, а вообще русского народного пения. В результате, мы наблюдаем все больший крен в псевдонародность (об этом убедительно говорит в своей статье и Ф. Рубцов). В свое время высокие образцы фольклорного пения демонстрировали Аринушка Колобаева, Мария Кривоколенова, Аграфена Оленичева, Ольга Ковалева, Мария Мордасова. Как я уже говорила, концертная деятельность народных хоров и отдельных исполнителей не могла не отразиться на их певческой манере. Развитие народного искусства — процесс динамичный. Происходит как бы постоянная поправка «на современность». Голоса нынешних молодых певиц звучат свободнее и мягче, тембровые краски выявляются ярче, произношение диалектных слов становится более современным. Но нельзя не замечать и того, что в манеру многих исполнителей с удивительной «пробойной силой» проникают слезливый мещанский сентимент, вульгарные эстрадные штампы, надрыв, развязность, неоправданные художественным вкусом ферматы и «подъезды». Русская молодецкая удаль подменяется разухабистостью, спокойная полнозвучность — криком; вместо звонкого, ровного, текучего (кантиленного) пения мы слышим зычный, вибрирующий или «утробный» звук, вместо неподражаемой игры голоса — горловое «иканье». Все сказанное относится, прежде всего, к эстрадным певцам и певицам так называемого «русского плана»⁶, хотя нечто подобное можно встретить и в концертах русских народных хоров. Возможно, они вызовут у моих коллег — хормейстеров, музыковедов, фольклористов — желание высказать свою точку зрения по затронутым мною проблемам, в чем-то поспорить со мной. Убеждена, что настало время серьезного разговора о состоянии исполнительства в жанре народного пения. Проблема народности искусства требует такого же государственного подхода, как и проблема сохранения природной среды для жизни человека.

_________

⁶ Состояние данного жанра — тема особой статьи. Здесь же хотелось бы только отметить, что упомянутые мной недостатки связаны с отсутствием у многих исполнителей достаточного общего и музыкального развития, а также специальной подготовки в области народного пения. Если певец или певица решили посвятить себя этой области, то они должны изучать специфику манеры фольклорных певцов, пользуясь хотя бы магнитофонными записями.

МУЗЫКА И ЕЕ ЖИЗНЬ В НАРОДЕ

М. Ростропович

виолончелист
Москва

В последние годы я очень много ездил по стране, был во многих городах РСФСР, провел цикл концертов в столицах пятнадцати братских республик в ознаменование 50-летия СССР.

Из гастрольных маршрутов последних двух-трех лет назову самые, на мой взгляд, примечательные: Камчатка, Чукотка, Магаданская область. Играл в таких «неконцертных» местах, как города Святой Лаврентий, Провидение, Уэлен (самый восточный поселок СССР).

Конечно, не обошлось без экзотики. Не каждый день приходится ездить на концерт... на собаках или, что, может быть, и более прозаично, на вездеходе (такой вид транспорта оказался единственно приемлемым для того, чтобы добраться до совхоза «Сиреники»). Но не в экзотике дело. И не ради нее я изменил один из своих маршрутов, предлагавших концерты в «освоенных» уже городах Дальнего Востока, в пользу отдаленных окраин Магаданской области. Я убежден в необходимости расширения географии концертно-гастрольной деятельности; выступления на целине (в кавычках, как это было в Магаданской области, и без них, если вспомнить концерты с баянистом Ю. Казаковым в Казахстане лет пятнадцать назад) всегда кажутся мне особенно ответственными. Скажу в этой связи, что я никогда не чурался формы концертов-бесед. Поговоришь с публикой, расскажешь о виолончели, о нашей музыкальной профессии, о произведениях, включенных в программу, почувствуешь, что публика поверила тебе как человеку, — и играть как-то легче. В Уэлене, например, установился настолько непосредственный контакт со слушателями, что стерлась граница, отделяющая зал от эстрады. И не успел я завершить программу своего шефского концерта, как оказался зрителем импровизированного выступления самодеятельного танцевального коллектива. А затем меня попросили послушать маленьких детишек — до удивления талантливых. Я рад был узнать, что мой совет возымел действие, и в Уэлене недавно открыт филиал Анадырской детской музыкальной школы.

Я говорю все это не просто ради воспоминаний. Мне думается, что, при весьма разных уровнях музыкальной образованности слушателей, просветительская миссия должна оставаться в центре внимания каждого исполнителя. Помнить об этом обязаны, однако, не только они. Я бы сказал, что лишь объединенными усилиями концертантов и тех, от кого зависит организация концертной жизни, просветительская миссия может осуществляться успешно. И когда я говорю об организаторах, то имею в виду не только руководителей филармоний, хотя от них зависит очень многое, но и всех, кто ответствен в данном городе за культурную жизнь. Однажды мне довелось быть случайно в одной из филармоний за несколько дней до гастролей знаменитого эстрадного певца. «Разрывались» телефоны, «бронь» расхватывалась, кабинет директора напоминал воинский штаб перед боем... И я подумал тогда, что присутствие руководителей идеологической и культурной жизни города на симфонических концертах — по крайней мере событийных — могло бы во многом изменить сам климат музыкальной жизни любого города.

Хотелось бы сказать и о неверной, с моей точки зрения, практике, когда филармонии слагают с себя всякую ответственность за проведение концертов в районных центрах, сельских Дворцах культуры. Недавний пример. В июле 1973 года, после отлично организованных гастролей в Белгороде, я столкнулся с полнейшим отсутствием какой-либо подготовки моего выступления в Губкине. Никто не позаботился об организации афиши, публики. В филармонии царила какая-то растерянность, заставившая вспомнить детскую шалость, когда бросается вверх горсть песка и с криком — «На кого бог пошлет!» — все разбегаются. Факт не единичный. А вот Вильнюсская филармония, работу которой под руководством Д. Тринкунаса хочется особенно отметить, обеспечивает безупречную организацию концертов гастролеров во всех городах Литвы. Надо, чтобы практика вильнюсцев стала нормой жизни для всех филармоний.

В последнее время много говорится о чрезмерно выросшем числе солистов-гастролеров. Я не сторонник сокращения ради сокращения. Я за то, чтобы играли (и как можно больше) все, кто соответствует по своему художественному уровню возросшим сегодня стандартам концертной жизни, все, кого хочет слушать публика.

Если гастролер «х» или гастролерша «у» не соответствуют этим «стандартам» (отнюдь, конечно, не в плане унификации творческих индивидуальностей), художественный руководитель филармонии должен иметь право послать «рекламацию» в ту организацию, которую представляют данные исполнители, и в дальнейшем отказаться от их повторных выступлений. Таким образом, сама концертная практика заменит тарифика-

_________

Продолжение публикации ответов на анкету редакции, Начало см.: «Советская музыка», 1973, № 12.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

МУЗЫКА И ЕЕ ЖИЗНЬ В НАРОДЕ

М. Ростропович

Содержание