Лавровский, незаметно для самого себя, дает прекрасное объяснение этому в своих воспоминаниях: «Третий акт из балета. Ромео только что покинул спальню Джульетты. Потрясенная Джульетта остановилась у балкона, всматриваясь в удаляющуюся фигуру Ромео. Распахиваются двери, и под звуки музыки бала в спальню входят отец, мать и жених Джульетты Парис. Вспоминаю общее недоумение актеров: они были уверены, что для входа родителей и жениха будет использована блестящая бравурная музыка в мощной оркестровке. И вдруг они слышат фрагмент музыки из бала, исполненный приглушенно, как бы вполголоса» ¹⁵.

Да, актеры были уверены, что в оркестре прозвучит «блестящая бравурная музыка в мощной оркестровке». Почему? Да потому, что они слышали ее в фортепианном изложении в динамике forte на многочисленных постановочных репетициях. Но, как говорится, forte — forte рознь! Действительно, в клавире (цифра 237) написано forte, но пианист, следуя авторской динамике, не знает, да и не обязан знать, что это forte будет достигнуто в оркестре солирующим струнным квинтетом (пять человек) в сопровождении деликатнейшей педали двух флейт в низком регистре и бас-кларнета (три человека). Для пианиста это forte ничем не отличается от forte в аналогичном эпизоде первого акта (цифра 60), а в оркестре разница между этими forte огромна: в третьем акте, как я уже говорил, солирующий квинтет с «подкраской» духовых, а в первом акте полнокровное tutti всего оркестра (110 человек), включая «сверкающий» удар тарелок! Отсюда и «общее недоумение актеров»...

Постановка Лавровского чрезвычайно уязвима и с точки зрения соответствия темповым указаниям Прокофьева. Вот несколько примеров. Номера 2 и 3 («Ромео» и «Улица просыпается») соотносятся между собой кратно (в № 2 ♩= 63, в № 3 = 63). В Большом театре № 2 исполняется в значительно замедленном темпе (Файер дирижировал его «на 4»), что уничтожает естественную связь между номерами и нарушает форму первой картины.

№ 6 — «Бой». Совершенно игнорировались указания Прокофьева о двукратной смене темпа (цифры 30 и 33).

№ 18 — «Гавот». Взятый Прокофьевым из Классической симфонии изящнейший двухдольный «Гавот» превращен в четырехдольный тяжеловесный дуэт, исполняемый приблизительно в два раза медленнее, чем следует. Внутри «Гавота» — лишенные всякого смысла изменения темпа, вызванные неправильно поставленными движениями (прыжки мужчин).

№ 21 — «Любовный танец». Изобилует отсутствующими у Прокофьева ritenuti, опять-таки рожденными неправильно поставленными движениями (цифры 148 и 149). В восьмом такте цифры 150 Лавровский на каждую четверть поставил шаг Джульетты, что превратило эти четверти в половины с точкой.

№ 22 — «Народный танец». В цифрах 159 и 164 — резкое Meno mosso: иначе «масса» не успевала размахивать руками!

№ 25 — «Танец с мандолинами». Никакого намека на авторское Vivace, вместо него тяжелое и скучное Moderato pesante, плюс ко всему темп номера «садился» к концу примерно вдвое из-за прыжков Шута.

№ 44 — «У Лоренцо». Нелепейшие, лихорадочные смены темпа почти что в каждом такте, многократные изменения динамики при несоответствующей оркестровке. Номер с музыкальной точки зрения — абсолютный абсурд.

Если ко всему сказанному прибавить изрядное количество купюр, вставки одного номера внутрь другого — № 12 («Маски») оказался вставленным внутрь № 11 («Менуэт»), а № 25 («Танец с мандолинами») внутрь № 24 («Танец пяти пар») с «добавлением» корявейшей модуляции, заключающейся в пятикратном повторении духовым оркестром А-dur’ного трезвучия !!!, произвольные перестановки инструментов из «ямы» на сцену (№ 25), то нельзя не прийти к следующему выводу: постановка Лавровским балета «Ромео и Джульетта» на сцене Большого театра не выдерживает никакой критики с точки зрения ее соответствия партитуре Прокофьева.

За последние годы появилось несколько новых постановок прокофьевского балета (балетмейстеры — О. Виноградов, В. Василёв и Н. Касаткина, А. Шекера). Каждая из них — яркая страница в сценической истории «Ромео и Джульетты». Настало время для новой постановки этого балета на сцене Большого театра. Старая же постановка Лавровского, лишенная самой сильной своей стороны — блистательного состава исполнителей¹⁶, и на сегодняшний день ценная, с моей точки зрения, только великолепными декорациями П. Вильямса, должна быть «сдана в архив».

_________

¹⁵ Л. Лавровский. Сейф творческого дара. «С. Прокофьев. Материалы. Документы. Воспоминания», с. 518–519.

¹⁶ Джульетта — Г. Уланова, Ромео — М. Габович, Тибальд — А. Ермолаев, Меркуцио — С. Корень.

Музыкальное образование

Новое поколение

Говорят председатели Государственных экзаменационных комиссий

Каждый год музыкальные вузы страны выпускают сотни музыкантов разных специальностей. Что представляет из себя это новое пополнение? Каков уровень его подготовки? Какие здесь есть достижения и какие просчеты? Что нужно сделать для того, чтобы процесс обучения стал еще более плодотворным? С такими вопросами редакция обратилась к председателям Государственных экзаменационных комиссий, работавших в ряде музыкальных вузов страны в прошлом учебном году¹.

Судя по присланным ответам, сегодня можно говорить о значительном прогрессе высшего музыкального образования в целом у нас в стране. Музыканты исполнительских специальностей, заканчивая вуз, владеют, как правило, всем арсеналом технического мастерства, свободно ориентируются в произведениях самых различных жанров и стилей.

«Вокальный и дирижерско-хоровой факультеты Одесской консерватории дали в нынешнем году стране большой отряд молодых певцов, хорошо подготовленных к предстоящей профессиональной деятельности, — подчеркивает К. Птица, усматривая, в частности, причину этого отрадного факта в существовании на Украине традиций хорового пения, носителем которых в Одессе был виднейший советский хоровой дирижер, профессор Константин Константинович Пигров. — Ученики Пигрова работают сегодня во многих городах, продолжая и развивая традиции своего учителя. Особенно же это касается Одессы. Прошло уже более десяти лет, как не стало Пигрова, но и сегодня дирижерско-хоровое отделение консерватории, как и прежде, славится отличным хором. Руководит им один из самых одаренных учеников Пигрова, в прошлом его помощник, профессор Д. Загрецкий. Хоровой класс является для студентов действительным центром, вокруг которого группируются специальные дисциплины».

Другую причину успеха одесской школы дирижеров-хоровиков К. Птица видит в существующей здесь системе занятий со студентами, во многом несхожей с тем, что делается в других вузах. Так, во многих других наших консерваториях работа с хором по подготовке дипломной программы всецело поручается самим дипломникам, здесь же она сосредоточена в руках профессора, а студенты выполняют при нем роль ассистентов. И только во время, непосредственно предшествующее экзамену, и на самом дипломе они получают возможность самостоятельно продирижировать хором. В результате дипломный экзамен превращается в концерт превосходного исполнительского коллектива с разнообразной и сложной программой. Выступить во главе такого хора (а в этом состоит первая часть госэкзамена) — нелегкое дело для начинающего дирижера.

Второй раздел госэкзамена проходит в Одессе так же, как во многих других консерваториях. В течение двадцати-тридцати минут каждый дипломник демонстрирует свое умение работать с хором над новым произведением. По мнению Птицы, эта часть

_________

¹ Среди тех, кто ответил редакции, были: К. Аджемов (фортепианный факультет Ташкентской консерватории), Е. Витолинь и Ю. Гаудримас (историко-теоретический факультет Московской консерватории), Т. Гайдамович (фортепианный, оркестровый, историко-теоретический факультеты Кишиневского института искусств), М. Готлиб (кафедра камерного ансамбля и аккомпанемента Московской консерватории), А. Дмитриев (историко-теоретический факультет Института имени Гнесиных), Г. Козолупова (оркестровый факультет Института имени Гнесиных), К. Птица (дирижерско-хоровой и вокальный факультеты Одесской консерватории), Р. Терехин (оркестровый факультет Ленинградской консерватории), Е. Шендерович (кафедры камерного ансамбля и аккомпанемента Киевской консерватории).

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Музыкальное образование

Новое поколение

Говорят председатели Государственных экзаменационных комиссий

Содержание