Выпуск № 11 (420) | 1973 - страница 14

нашем журнале), когда утверждает, что молодые украинские композиторы не могут и не должны развиваться изолированно. Видимо, им нужно больше общаться с коллегами из других республик, больше слушать и знать «хорошей и разной» советской музыки...

Песенный концерт оставил тягостное впечатление. И даже не столько самими сочинениями, обильно уснащенными сладостными «украинизмами» (подобно тому, как в русской песне бесконечно обыгрываются «бирюзовые колечки да тесовые крылечки»), сколько обликом исполнителей. То, что Т. Миансарова плохая певица, известно давно; я слышу ее не первый раз, она не меняется и, видно, уже не изменится; видно, огромная творческая удача исполнения песни А. Островского «Пусть всегда будет солнце!» так и останется «вершиной-источником»; все, что было дальше, — спад. Тут уж ничего не поделаешь. Но вот судьба такого ансамбля, как «Mpiя», очень беспокоит и тревожит. Тревожит потому, что он из тех коллективов, что создавались в противовес стандартным концертно-эстрадным ансамблям, создавались с учетом некоторых особенностей народного музицирования. Красочные национальные костюмы, свой стиль интерпретации, свежие молодые голоса — все это поначалу обещало творческие открытия. Однако идет время, и постепенно мы убеждаемся в том, что противопоставленное, по замыслу, штампу само становится штампом. Холодноватая ремесленность квазифольклорной «Мрiи», увы, не исключение для ансамблей подобного типа, потому-то она и особенно огорчительна.

О самих же песнях прежде всего хочется сказать: как правило, ужасные тексты. Я не буду их цитировать (даже не знаешь, что цитировать из огромного моря «поэтической» небрежности), но столь заметное ныне — и в принципе столь доброе — тяготение авторов к вокальному монологу просто разбивается о высокопарные, а зачастую малограмотные вирши. Как можно надеяться создать что-либо пристойное, обращаясь к заведомой халтуре?

И вот какой еще вопрос невольно возникает. О недостатках песенного вечера здесь очень точно говорили авторитетнейшие украинские музыканты, в том числе Н. Гордейчук. Изменится ли что-нибудь в повседневной концертной жизни республики после их критики? Или та же Миансарова будет продолжать бесконечные гастроли по городам Украины? Должен же кто-то, в конце концов, отвечать за художественный брак! Или мы поговорим и мирно разойдемся, а все останется по-прежнему?

...Самый факт проведения на Украине молодежного смотра (и это через два года после специального пленума!) свидетельствует об огромном росте национальной композиторской школы. Сколько новых сочинений, новых авторов! И каждый будто говорит: я очень много знаю, очень много умею. Это и в самом деле, кажется, так. Проблема настоящего профессионализма молодых до недавнего времени была, как известно, довольно острой на Украине. Видимо, теперь она усилиями опытных наставников решена. Но все это еще полдела в искусстве, где уменье найти оригинальный прием ценится не более, чем уменье отказаться от него, если он — сам по себе.

Как будет дальше развиваться музыка услышанных на смотре композиторов? На такой вопрос ответить нельзя — они ведь очень разные. Во всяком случае, поиски новых связей с фольклором, освоение закономерностей смежных искусств — поэтического слова, кино- и театральной драматургии, наконец, свое восприятие традиций крупных мастеров XX века, и не только украинских, но и Шостаковича, Бартока, Стравинского, — все это отчетливые приметы нынешнего «переходного возраста» молодой украинской музыки. Приметы эти, пока, на мой взгляд, не проросшие по-настоящему, сулят много интересного и свежего в будущем. Может быть — в близком будущем.

М. Скорик

Не случайно сегодня ораторы касаются вопросов умения, мастерства. Действительно, в недалеком прошлом наша композиторская молодежь зачастую не владела настоящим профессионализмом, таким профессионализмом, который основывался бы на достижениях реалистической музыки XX столетия. Это приводило к тому, что некоторые молодые авторы нетворчески относились к традициям прошлого, сбивались на пассивный традиционализм и подражательство, а другая группа бросалась в объятия так называемого «авангарда», некритически принимая все ультрасовременные новинки буржуазной музыки.

Такую полярность устремлений, которая в определенной мере объяснялась именно слабым профессионализмом, удалось преодолеть, и в этом значение данного этапа развития творчества украинской молодежи. Большинство произведений, прозвучавших на смотре, отличает должный уровень технической оснащенности. Юные композиторы освоили обширный арсенал выразительных средств реалистического искусства XX столетия. Общий уровень

качества произведений за последние годы значительно возрос. Налицо хорошее владение оркестром, хором, жанровое разнообразие. Если раньше авторы работали преимущественно в области камерной и симфонической музыки, то сейчас появляются произведения вокально-симфонические, хоровые; отрадно также то, что молодые гораздо чаще, чем прежде, обращаются к наиболее демократическому жанру — песенному. И хотя здесь им (впрочем, как и во многом другом) далеко не все удается, сам этот факт следует признать весьма положительным.

С удовлетворением хочется отметить, что молодые композиторы активно интересуются фольклором, пытаются по-новому обращаться с народными интонациями, избегать иждивенческого отношения к народному мелосу, пытаются по-новому почувствовать в нем дух народа, его глубокий жизненный мир.

Теперь конкретно о показанной музыке. Концерт клуба молодых композиторов и музыковедов, который мы услышали, — фактически заседание этого клуба. Исполнителями здесь выступают обычно или сами авторы, или их товарищи-музыковеды. Они же и обсуждают новые произведения. Это интересная и полезная форма работы.

Конечно же, исполнение пьес на смотре на отличалось совершенством, чувствовалась робость и самих авторов. Во многих случаях ощущалось, что вопрос о том, «как» сделан опус, был для его создателя важнее, чем вопрос о том, «что» он хотел им сказать. Правда, процесс становления творческой индивидуальности иногда включает такой этап. Приятно отметить, что студенты увлекаются обработками народных песен; среди показанных было, на мой взгляд, несколько очень неплохих.

Среди имен участников смотра есть такие, что уже завоевали себе признание предыдущими сочинениями. Я имею в виду, прежде всего, Л. Дычко и Ю. Ищенко. Согласен с Н. Гордейчуком: жаль, что мы не смогли показать самых новых партитур Л. Дычко. Она сейчас много работает для хора a cappella, а проблема хорового исполнительства, как это ни странно, очень болезненна в нашей республике, и просто не нашлось коллектива, который смог бы подготовить произведения как Л. Дычко, так и некоторых других авторов. Но романсы, которые мы услышали, еще раз подтвердили основные качества ее музыки — лиричность и своеобразную «женскую» пластику.

Несмотря на мастерство, проявленное Ю. Ищенко в вокальном цикле на стихи М. Цветаевой, его можно упрекнуть в определенной одноплановости и сгущении мрачных красок, из-за чего страдает драматургия восприятия (здесь я вновь соглашаюсь с Н. Гордейчуком). «Акварели» того же автора мне лично по душе. Может быть, цикл пьес несколько растянут, но многие из них сделаны мастерски.

В. Филиппенко в новой редакции Поэмы-концерта удалось преодолеть известную растянутость формы. Сейчас сочинение звучит более компактно и производит хорошее впечатление. К сожалению, в разработке автор все же прибегает к несколько шаблонным приемам, хотелось бы пожелать ему более разнообразно модифицировать основной тематический материал.

Теперь несколько слов о композиторах, недавно принятых в нашу организацию. С удовлетворением можно констатировать, что многие из них уже очень хорошо себя проявили, а произведения Е. Станковича и И. Карабица по праву стали одной из кульминационных «точек» смотра.

Очень перспективными кажутся мне также Ю. Шамо, О. Кива, В. Ильин, Г. Сасько. Несмотря на определенные недостатки, в их музыке подкупает яркость дарования, разнообразие творческих устремлений. Все это позволяет надеяться, что в дальнейшем каждый из них разовьется в оригинального композитора.

Новыми и в значительной мере интересными средствами выражения пользуется В. Бибик. Однако их одноплановость, узкая образная направленность приводят к тому, что композиция, к тому же, довольно протяженная по времени, утрачивает свою форму, вернее — так и не обретает ее, и в какой-то момент изложение материала перестает восприниматься как естественное.

Во Второй сонате для фортепиано и Фортепианном трио В. Бибика, действительно, ощущается некая нарочитость в применении избранных приемов. Однако она, на мой взгляд, отсутствует в других опусах этого автора, очень интересных с точки зрения и средств, и национального колорита. Я имею в виду, например, его кантату о Довбуше или цикл прелюдий и фуг для фортепиано...

Конечно же, мы неудовлетворены концертом песни, но в нем отразились проблемы, которые необходимо решать. Из сочинений, там прозвучавших, я бы хотел выделить те, в которых национальные интонации претворены органично и современно. Это песни «Зачарована скрипка» и «Тиха вода» И. Доклада, «На верховині» В. Ильина, «Мати сіяла сон» В. Тылика, «Водограй» В. Ивасюка. В других песнях, особенно там, где ощущается отрыв от нацио-

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

М. Скорик

Содержание