Выпуск № 8 (417) | 1973 - страница 48

не могу быть с Вами сегодня ¹, осужден еще на недельное сидение, по крайней мере.

Как быть с моим голосом на заседании консерваторском? На всякий случай на обороте пишу заявление о передаче своего голоса Вам по вопросам выборов; если это заявление достаточно, то не откажите его использовать ².

Еще просьба: из-за моей болезни я могу несколько опоздать с моими ф[орте]пианными пьесами, что может меня поставить в затруднительное положение. Поэтому я прошу очень Вас и Глазунова считать их в числе заявленных, т. к. во всяком случае в мае я их представлю, кроме того, я бы просил выдать мне гонорар не после 1-й корр[ектуры], а тотчас по представлении пьес; надеюсь, что к этому препятствий не имеется. Не найдет ли комитет ³ возможным увеличить мой гонорар до 100 р. за пьесу? Ведь я уже старый черт! М. П. Беляев давно очень увеличил мне плату с 25 на 50 р[ублей] за пьесу. Трудно писать о деньгах, а приходится...

До свиданья, дражайший, позвольте Вас хоть мысленно обнять.

Ваш Ф. Блуменфельд

P. S. Пробел в заявлении оставлен для внесения чисел, т. к. я не знаю, когда будет заседание.

Ст. Петергоф, Местный лаз[арет], у D-ra Неймана

18 мая 1906 г.

Дражайший Николай Андреевич!

Ну, что за досада!! С чего это Вы так поторопились с приездом и отъездом??!! Не можете себе представить, как я огорчился, когда узнал вчера, приехав в 6 ч[асов], что Вы уже были у Неймана! Теперь я уж Вас не увижу до осени! Напишите мне на всякий случай Ваш летний адрес. Я до ноября здесь, а потом, Скопинь, Рязанская губ., с. Пердерово (название Вам несколько знакомое по учебнику консерватории).

В концерте я был, но Теляковского ¹ не видел, т. к. он уехал не на охоту, как Вы думали, а за границу. Говорил с [неразборчиво] и Кучерой, и решили дело с трубами (колокола) отложить до осени, а пока заказали итальянские колокола ².

Ради бога, сочините что-нибудь для оркестра, умоляю Вас. Если Вы в субботу будете еще в городе, то я бы приехал раньше, чтобы повидать Вас. Нельзя ли часа в 2–3? Если можете, то телеграфируйте: Ст. Петергоф, д-ру Нейману.

Прощайте, дорогой мой, обнимаю Вас крепко, как люблю.

Ваш Ф. Блуменфельд

СП[етербург]

20 августа 1906 г.

Дорогой Николай Андреевич!

Пишу Вам впопыхах, в режиссерской комнате и на режиссерском бланке. Дело вот в чем: «Садко» уже назначен на 6 августа ¹, репетиции начинаются на будущей неделе, орк[естровая] репет[иция] — 5 августа. Если Вы надумали купюры, сообщите их раньше, дабы можно было внести в партии и проверить на оркестровой] реп[етиции]. Пишу Вам здесь, т. к. сам еще на даче, а хочу, чтобы письмо дошло как можно скорее.

Что нового? Что значит, что «Сервилия» объявлена в част[ной] опере? Как поживаете, каково настроение?

Напишите обо всем по адресу: Ср. Подъяческая, 9.

Обнимаю Вас и прошу передать искренний привет Н[адежде] Н[иколаевне].

Ваш Ф. Блуменфельд

Мы с детьми все лето прожили в Лигово. Когда приедете?

17 [апреля]/1 мая 1907 г.

Здравствуйте, дорогой мой!

Мой адрес: Hôtel d’Orient, Rub Daunon (около avenue l'opéra). Видел вчера Шевильяра ¹. Альт[овой] флейты не будет, вероятно Trombo Alto будет транспонировать. Я согласен с Шевильяром, что надо сделать [неразборчиво] репетицию для «Триглава» ² . Не могли бы приехать в пятницу ³. Крайности, впрочем нет.

До скорого свиданья.

Ваш. Ф. Блуменфельд

СП[етербург], Б[ольшая] Мастерская, 11

21/VllI.1907 г.

Простите, дражайший Н[иколай] А[ндреевич], что пишу на открытке: делается это ради экономии времени, т. к. почт[овой] марки нет под рукой. А спешу Вам писать, чтобы сказать, что к великому моему беспокойству, «Китеж» ¹ назначен на 31 ав[густа] и без Шкафера ², кот[орый] очень болен и находится еще в Крыму. Вы желали сделать некоторые изменения. Как быть с этим? На заявление с моей стороны администрация оперы отвечает, что ждать Шкафера невозможно, т. е. неизвестно, когда он будет здоров, и что ждать с «Китежем» вообще нельзя. Если бы Вы не

желали, чтобы «Китеж» шел теперь и без перемены, о кот[орой] Вы думали, то примите меры от себя: снеситесь с директором; а мне, во всяком случае, сообщите о Ваших намерениях и желаниях. Начинаем сезон «Ж[изнью] з[а] ц[аря]» с Касторским ³. Куза ⁴ ушла, так что Феврония пока одна у нас.

Поздравляю Вас от души с окончанием «Петушка» ⁵. Когда прибудете?

Всем Вашим искреннейший] привет, а Н[адежде] Н[иколаевне] ручки целую.

О себе ничего хорошего написать не могу; болел и еще не здоров. Машина портится.

Ваш Ф. Блуменфельд

Б[ольшая] Мастерская, 11 26/VIII. [1]907 г.

Дорогой Николай Андреевич!

До сих пор распоряжения свыше отложить «Китеж» не последовало. Я сделал уже три репетиции; вчера на сцене с хором и должен сказать, что хор помнит превосходно сценические требования, т[ак] ч [то] отсутствие Шкафера не должно отразиться на исполнении; завтра у меня оркестровая репетиция. Направнику и Монахову ¹ я передал кое-что из Вашего письма и с своей стороны высказал резко и определенно возмущение по поводу того, что, действительно, ни одна Ваша опера не сохраняется в репертуаре, на что получил ответ от Монахова, что вина не его в том, что «Китеж» отправляют в Москву ², а что «Садко» — опера репертуарная. Относительно «Китежа» Направник говорил, что опера назначена в Москву с Вашего согласия, на что я посмеялся: смешно было бы автору протестовать; но с другой стороны, так же, как и я, весь комитет оперный должен был бы заявить, что Москва должна была бы «Китеж» поставить самостоятельно, а наш материал оставить нам и никак не увозить оперу после одного года!!

Воронье поганое!!! В данное время мы находимся действительно в положении затруднительном, т. к. у нас единственное драм[атическое] сопрано — Черкасская ³. Куза ушла, Медеи ⁴ еще нет, и Черкасской приходится много петь: в пятницу — «Китеж», в воскр[есенье] — «Гугеноты», во вторник — опять «Китеж». Монахов утверждает, что без «Китежа» он бы не знал, что делать; его аргументы: «Китеж» дает сборы, надо успеть его дать всем абонементам до отправления в Москву и т. д. Вам нужно будет, Н[иколай] Андреевич], по возвращении в П[етер]б[ург], поговорить с Теляковским относительно «Китежа». Пусть его ставят в Москве самостоятельно, если не теперь (могут не поспеть), то на будущий сезон; Относительно «Салтана» не могу Вам пока ничего сказать, т. к. некого было спросить. Теляковского я еще не видел, но при первом свидании поговорю со своей стороны о «Китеже».

[...] На будущей неделе предполагается еще «Дубровский» и, кажется, «Лакме». О себе мне Вам писать нечего. Занят я уже целыми днями; сегодня окончились курсы орк[естровых] муз[ыкантов]; в нашем оркестре много будет новых [...]

Был у меня Дягилев и в грустном настроении после Вашего последнего письма ⁵. Не знает, как ему быть и что делать? Сейчас он в Москве. Как трудно писать обо всем. Наверное, много не скажешь, а подчас и самого важного. Приезжайте скорее, душа ноет по Вас.

Обнимаю Вас крепко и прошу всем Вашим передать мой искренний привет.

Весь ваш Ф. Блуменфельд

На днях жду приезда детей; в настоящее время нахожусь в состоянии жесточайшей мерихлюндии.

10.

Среда, 11/IX. 1907 г.

Дорогой Николай Андреевич!

Страшно рад, что получил Ваше письмо и что могу Вас совершенно успокоить насчет вчерашнего исполнения «Китежа»: «Китеж» вчера прошел не только хорошо, но даже оч[ень] хорошо, а если бы не случай с завесью перед последней картиной (с кот[орой] опоздали), то можно было сказать, что «Китеж» прошел превосходно. Хоры пели очень хорошо и в точку в смысле интонации, а в конце III картины — и настроения! Оркестр местами был великолепен, о чем я даже услышал заявления из публики во время конца III картины, даже 1-я толпа спела верно, чего не бывало раньше. Жаль, что нет Ершова ¹. Смирнов ² тоже слабее Шаронова ³.

Могу Вас уверить, что исполнение «Китежа» «не загрязнено», и постараюсь Вам это доказать, когда приедете.

Tromba Picc[olo] привела меня в ужас вчера при первом вступлении, и я ему сделал резкий знак, чтобы он не играл, но он меня не так понял; все же след[ующий] раз сыграл гораздо нежнее, и вышло, конечно, лучше; я был бы весьма согласен с Вами — упразднить трубу — ась?! Здоровье мое направляется, я начинаю себя чувствовать значительно бодрее и крепче со дня на день; в день, когда Вы были в П[етер]б[урге], у меня снова было неладно с желудком; я терпел с 6-и часов, а засим увидел, что надежды на поправку к вече-

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание