Кремер — превосходный интерпретатор произведений Б. Бартока. Необыкновенная техника артиста полностью подчинена стремлению не удивлять, а восхищать легкостью обращения с техническим виртуозным материалом. Скрипач достиг этого большим, самозабвенным трудом.

В истекшем сезоне в Вильнюсе и Каунасе Кремер сыграл цикл «Скрипичные концерты XVII–XX веков». Один лишь перечень произведений свидетельствует об огромном охвате скрипичной литературы: Торелли, Вивальди, Бах, Моцарт, Бетховен, Паганини, Шуман, Брамс, Шоссон, Барток, Сибелиус, Эльгар, Бернстайн, Прокофьев, Караев, Б. Чайковский, Шнитке.

Сегодня Кремер — один из наиболее интересных скрипачей молодого поколения. Его возможности практически не ограничены. Для своих лет он обладает незаурядными знаниями в музыке и смежных искусствах.

Означает ли это, что развитие артиста проходит «бесконфликтно»? Нет. Оно нарушает порой установившиеся «классические нормы». Порой в его даровании имеют еще место и диспропорции: то доминирование изощренности вкуса над разумной простотой, то преувеличенное внимание к оригинальности. Думается, что это закономерный этап: Кремер — скрипач огромной способности к саморазвитию. Его прежде всего отличает индивидуально-творческое, тонкое понимание своих задач, интеллектуальность рационально-конструктивного мышления. Кремера не увлекает копирование, даже переосмысление уже существующих решений. В трактовке каждого играемого сочинения он стремится сказать свое, собственное слово. У него оригинальное эмоциональное восприятие. Он слышит в музыке то, что не дано услышать другим. Главное же в том, что, активизируя поиск, он прокладывает собственный путь в исполнительстве, упорно борется за гармонию своего искусства.

...Итак, три артиста — три яркие индивидуальности. Что их объединяет? Прежде всего постоянное, действенное стремление к артистическому самовыражению. Каждый из них последовательно ищет свою творческую тему, создает свой репертуар, свою сферу влияния на слушателя, отрабатывает индивидуальное артистическое мастерство. И вместе с тем, талантливая молодежь, воспитанная Д. Ойстрахом, наследует существенные особенности его школы, собственного его исполнительского стиля. Далеко не каждый выдающийся артист-музыкант становится создателем собственной школы. Вслушиваясь в игру талантливой молодежи и зрелых скрипачей, взращенных Д. Ойстрахом, мы безошибочно узнаем «почерк» его школы. Художественно-артистическая направленность этой школы проявляется и в ритмическом воспитании, и в стройности конструктивного. формообразующего начала. и в характерной манере индивидуального артистического самовыражения. Все то, что ценит Д. Ойстрах в самом инструменте, в его природе, возможностях, — находит выражение в особой инструментальной культуре: певучести и точности смычка, легкости и мобильности в движениях на грифе, индивидуальном выразительном portato, модернизации аппликатуры, штрихов и многом другом.

Редкий педагогический такт и подлинный артистический пафос привлекают в класс Д. Ойстраха скрипачей самых различных художественных индивидуальностей. В их творческом облике мы видим преломление таких исключительных качеств выдающегося артиста, как его великолепное, безошибочное чувство стиля, редкое ощущение биения времени, его способность просто и оригинально выражать в звуках своего инструмента многогранное отношение к жизни, миру, людям.

Художественные принципы Д. Ойстраха, его собственный исполнительский стиль и особенности его школы оказывают непреходящее влияние на развитие всего советского исполнительского искусства и музыкальной педагогики.

Ю. Брейтбург

ДВА КОНЦЕРТА НАДЕЖДЫ ЮРЕНЕВОЙ

Минувшей весной в Москве состоялись два концерта известной ленинградской камерной певицы Надежды Юреневой. Программа первого из них (Малый зал консерватории) была обширна и многокрасочна: Гендель, Брамс, Малер, Веберн, Р. Щедрин, С. Слонимский, Б. Тищенко. Воплотить ее могла только певица, обладающая очень тонким ощущением стиля каждого исполняемого автора. Столь сложная программа с чередованием сочинений композиторов различных эпох (от XVIII до XX века) таила в себе вместе с тем и большую привлекательность — певица могла показать многочисленные грани своего дарования, совершив вместе со слушателями увлекательное путешествие.

Юренева в совершенстве владеет тембровыми красками голоса, она и внешне перевоплощается, исполняя такие, например, диаметрально полярные сочинения, как романсы Слонимского и сразу после них (на «бис») «Фиалки» Скарлатти. И все это пелось артисткой так искренне, с такой щедрой отдачей, словно каждое из прозвучавших произведений и есть ее самое любимое.

Не буду перечислять все номера программы. Расскажу об особенных ее удачах.

В первом отделении концерта ими были «Песни странствующего подмастерья» Малера, Ария Генделя из оратории «Иисус Навин» и его же «Аллилуйя». Песни Малера тронули своей чистотой, искренностью. В Генделе певица порадовала легкостью музыкального «кружева» в технических

пассажах и безупречной ровностью звучания голоса во всех регистрах.

Цикл песен Б. Тищенко на тексты М. Цветаевой, открывший второе отделение, посвящен Юреневой. Она необычайно тонко передала и трепетный характер стихов поэтессы, и обаяние самой музыки. Юренева — постоянный интерпретатор многих сочинений С. Слонимского. И в этом концерте она с особым успехом спела цикл романсов этого автора на стихи А. Ахматовой. Романсы привлекли свежестью гармоний, своеобразием интонационного строя.

Кроме сочинений ленинградских авторов, во втором отделении прозвучали еще и «Сольфеджии» Р. Щедрина. Мне кажется, что это скорее вокализы, а не сольфеджии, поскольку каждая часть этого сочинения несет в себе определенное содержание. Поэтому Скерцо, например, требует от исполнительницы, помимо высокой техники и ярких актерских данных, и большого чувства юмора. И то, и другое — в природе дарования Юреневой. Все сложности «Сольфеджий» певица преодолевала незаметно для слушателей. Не в этом ли одна из задач исполнительского искусства? Творить так, чтобы слушатель не догадался о многих часах труда, поисков, сомнений, разочарований...

Н. Юренева долгое время училась и работала под руководством Т. Салтыковой — большого специалиста в области камерной музыки, в свое время бывшей постоянной партнершей З. Лодий. В исполнительском стиле Юреневой я с удовлетворением улавливала те традиции и манеру, которые были свойственны замечательной камерной певице, выступавшей на эстраде в двадцатые–тридцатые годы. Это как бы эстафета, переданная из рук в руки, от души к душе.

Понятно, что на концерте Юреневой было много публики, в Москве знают и любят артистку, и ее гастроли встречаются с большим интересом. Немало народу пришло и на ее второе выступление в зале Дома ученых, состоявшееся в дни Пленума Московского отделения Союза композиторов РСФСР. На сей раз в ее программе было только одно произведение — моноопера Г. Фрида «Дневник Анны Франк». Юренева не впервые участвует в концертном исполнении опер. В памяти остались выступления певицы в «Человеческом голосе» Ф. Пуленка, «Театрике маэстро Педро» М. де Фальи и в пуччиниевском «Плаще».

Юренева нашла особенную, присущую ей манеру сценического поведения, отличающуюся выразительной мимикой, точностью движений на небольшом пространстве эстрады, умением использовать немногие аксессуары, помогающие подчеркнуть и объяснить ситуацию действия, обаятельным артистизмом.

Все эти качества помогли певице создать запоминающийся трогательный образ девочки, перенесшей недетские страдания, но не потерявшей мужества и веры в высокие гуманные идеалы. Тонко передала артистка разнообразную гамму эмоций своей героини, особенно чувство зарождавшейся первой любви и чувство страха перед неизвестностью, перед гибелью.

В вокальных паузах на первый план выступал, как рассказчик, рояль, рисуя обстановку, в которой живет маленькая героиня, передавая ее внутреннее настроение. Очень выразительно и красочно прозвучала партия фортепиано у пианистки М. Карандашовой.

Публика сердечно и тепло поблагодарила исполнителей и автора.

Н. Рождественская

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

ДВА КОНЦЕРТА НАДЕЖДЫ ЮРЕНЕВОЙ

Содержание